Христианство в Армении

За то, что ты всю свою жизнь посвятил вину.

в единое целое. На своих парадах и шествиях нацисты стремились показать, что отдельно взятый человек всего лишь часть упорядоченного национального сообщества. Однако нацистам удалось создать только иллюзию порядка. "Фюрер собственной персоной ведёт смотр своих войск. Это чистая пропаганда. И все говорят: "Вот порядок для тебя. Все стоят в едином строю". Только не вздумайте смотреть за кулисы. Никакого порядка там нет". ХАОС И КОНФОРМИЗМ: НАЦИСТСКИЙ РЕЖИМ В ГЕРМАНИИ 30 января 1 933 года Адольф Гитлер стал канцлером Германии. Больше всех этой новости радовались штурмовики, военизированное крыло нацистов, возглавляемое старым товарищем Гитлера по партии Эрнстом имом. "В этот час эти восемь тысяч бойцов собрались здесь, чтобы поклясться в верности своему фюреру. Нашему фюреру! Зиг хайль!" "В 33-м все думали, что это новый период в истории Германии. Народ был полон энтузиазма. Недовольны были лишь те, кто в душе остался социалистом, кого преследовали, кто был вынужден иммигрировать или оказался в концлагере. Об этих лагерях знали и говорили: "Ну и что? Если бы коммунисты пришли к власти, сделали бы то же. Революция, есть революция". Первыми, кто в результате этой революции оказался в тюрьме, Были коммунисты и социалисты. Их согнали в одно место и отправили в концлагеря. Герман Геринг хвастался, что идёт "сведение счётов". Оно происходило в атмосфере хаотичного террора.

"Все арестовывают друг Все пугают друг друга тюрьмой. Все угрожают друг другу отправкой в Дахау.

Сегодня каждый дворник чувствует ответственность за то, в чём он ничего не понимает".

Среди первых пострадавших был социал-демократ Йозеф Фельдер. Его отправили в только что созданный под Мюнхеном лагерь. "Меня заковали в кандалы и охранник принес тарелку с сосисками и кренделями. Он протянул мне тарелку и "Это твой последний обед перед казнью, но ты не достоин даже обеда". Нам о тебе всё известно, мы о тебе знаем всё, и так далее. "Мы с тобой живо разберёмся". Он захлопнул окошко и ушёл, а я так и остался голодным. Потом он вернулся с верёвкой и стал показывать, что нужно делать, чтобы повеситься. Я ему сказал, что у меня семья, и я вешаться не собираюсь. А он мне: "Тебе всё же придется повеситься". Йозеф Фельдер был освобожден из Дахау через 1 8 месяцев. Большинство заключенных в 1 933 году отпустили менее чем через год. Режим в лагере был жестоким. Над заключёнными издевались. Но нацистских лагерей смерти ещё не было. Лагеря использовались в качестве инструмента подавления, а не систематических убийств. В 1 933 для многих немцев они были приемлемой составляющей нацистской революции. Может быть, происходившее чем-то напоминало французскую революцию. Французским дворянам в Бастилии, тоже было не сладко. Поэтому тогда говорили: "Ну и что? Это же революция. Пускай и мирная, но всё-таки революция". И о концентрационных лагерях говорили: "Это изобретение англичан. Это они в Африке отправляли в них буров". Понимаете, люди не могли заглянуть в будущее. Живя в тридцать третьем трудно заглянуть в сорок пятый. Сорок пятый от тридцать третьего отделяет всего двенадцать лет. Но заглянуть вперед на двенадцать лет очень трудно. Но не прошло и двенадцати недель пребывания Гитлера у власти, а немцы увидели, каким будет положение евреев в новом государстве. 1 апреля 1 933 партия организовала однодневный бойкот всех еврейских магазинов. Нацисты сделали евреев козлами отпущения не только за поражение в первой мировой войне, но и за многое другое. В первые же месяцы нацистского режима евреи стали жертвами жестоких погромов, которые устраивали штурмовики. "В 1 933-м штурмовики ворвались в наш дом, схватили отца и вместе с другими Нюрнбергскими евреями отвезли на стадион. Там их заставили есть траву. Рвать траву зубами и жевать.

О том, что было, я узнал позднее, отец об этом не рассказывал. Всё это было сделано для того, чтобы их унизить, показать им, что они люди низшего сорта". Нацистские штурмовики совершали и другие дикие выходки. В 1 933 вместе с сочувствовавшими нацистам студентами они устроили публичное сожжение "неугодных"книг. В основном, в огонь летели книги, авторами которых были евреи. им хотел, чтобы его штурмовые отряды стали частью армии. Военные были в ужасе. "В армии штурмовиков терпеть не могли за их выходки и за их внешний В конце концов, их невзлюбили почти все солдаты. Было ясно, причём не только военным, что главнокомандующий штурмовиков им стремится подмять под себя им хотел стать министром вооруженных сил и создать свою собственную Гитлер симпатизировал революционному рвению има. Однако к лету Гитлер понял, что их власть нужно ограничить, и сделать это не только затем, чтобы успокоить военных. им стал ещё более опасным врагом, чем руководство армии. У странение има спланировал Гиммлер, который рвался к власти и в системе нацистской иерархии подчинялся иму. Гиммлер написал Гитлеру донос, в котором сообщил, что им готовит заговор, и Гитлер поверил ему. 30 июня, когда им был на празднике в Баварии, его арестовали, бросили в тюрьму, а через 2 дня расстреляли. Военные были благодарны Гитлеру за то, что тот устранил има. Чтобы выразить благодарность, они присягнули Гитлеру человеку, который после смерти президента Гинденбурга был не только канцлером, но и главой государства. "Клянусь Богом быть верным фюреру немецкого Рейха и немецкого народа Адольфу Гитлеру". "Кто-нибудь читал текст, а мы поднимали руку и говорили: "Клянусь". И насколько серьёзно к этой клятве относились вы и ваши товарищи? Очень серьёзно. Я был солдатом. И эта клятва останется со мной до конца. Клятва есть клятва. Нарушать её нельзя. А если клятву сдержать нельзя, то лучше покончить жизнь самоубийством. Для солдата клятва очень важна". Убрав има, Гитлер, казалось, восстановил порядок. Уличные беспорядки прекратились. Закрепившись у власти, Гитлер стал приезжать на отдых сюда, в горы под Берштесгаденом на юге Баварии. В 1 938 году на вершине горы Оберзальцберг ему построили дом, чтобы Гитлер и его гости могли любоваться пейзажем. Собственная резиденция Гитлера находилась ниже по склону горы. Постепенно вокруг неё вырос целый комплекс построек, официальный дом для гостей. Но от собственной резиденции Гитлера "Бергхофа" остались только развалины. Здание было разрушено, чтобы его не превратили в памятник. Чтобы останки здания не было видно, вокруг них посадили деревья. Когда Гитлер находился здесь, то так же, как в Берлине, вокруг него вращалась вся нацистская элита. Его личность определяла стиль управления всей Германией. Но рабочий день Гитлера совсем не походил на день трудоголика. Он был ленивым, что подтверждают наблюдения его окружения. "Гитлер появлялся перед обедом, просматривал вырезки из газет, которые готовил шеф по делам печати и отправлялся обедать. Когда Гитлер приезжал в Оберзальцбург, всё было ещё хуже. Раньше двух часов дня он вообще не покидал своей комнаты, а когда выходил, то сразу шёл обедать, а вечером, после ужина, смотрел кино". За 1 2 лет пребывания у власти Гитлер внёс в управление делами такую сумятицу, какой не знала ни одна цивилизованная страна.

"Иногда он принимал решения по самым важным вопросам даже не взглянув на относившиеся к делу документы. Он вообще считал, что многие проблемы исчезнут сами собой, если ни во что не вмешиваться". Совершенно иной образ Гитлера предлагался зрителям здесь. Огромный стадион, построенный в Нюрнберге для проведения партийных съездов. Здесь в тридцатые годы публика видела в Гитлере уверенного и сильного вождя, который в своих речах обещал немцам новую Германию. "Мы хотим быть единым народом. И ты, моя молодежь, станешь этим народом. Ты присоединишься к нам. Сегодня широкие ряды нашего движения идут победным маршем по Германии. И я знаю молодые примкнут к этим Мы знаем: перед нами лежит Германия, Германия марширует в нас, Германия идёт за нами". "В Гитлере должны были видеть всесильного и всезнающего вождя, возвышающегося над системой тотального порядка. Но отличие этого образа от реальности было разительным. Нацистское государство не было упорядоченной структурой, наоборот, его устройство было неорганизованным и хаотичным.

Оно представляло собой удивительную систему если это вообще можно назвать системой в которой не было коллективного руководства, а глава государства вовсе не диктовал свою волю". Гитлер и нацисты создали уникальную форму правления. Гитлера окружали подхалимы, которые знали, что их будущее зависит от того, насколько они смогут ублажить своего фюрера. Они всегда старались быть рядом и сопровождали его в поездках. Хотя Гитлер не любил работать и вникать в детали политики, у него были свои представления о том, какой должна быть Германия. И когда фюрер произносил свои нескончаемые монологи, честолюбивые наци его внимательно слушали. Затем, по собственной инициативе, пытались превратить эти мечты в реальность, самостоятельно вырабатывали политику и говорили, что выполняют "Волю фюрера". "Они ссылались на мнение однако очень сомнительно, чтобы Гитлер говорил об этом. Если им удавалось подслушать что-нибудь в разговоре Гитлера, то потом они утверждали: "Такова воля фюрера". Гитлер с самого начала открыто говорил, что у него нет детальной программы действий". "Когда у меня спрашивают: "В чём заключается ваша программа?", я могу только ответить: после вашего правления с экономикой вашего типа, вашего типа управления делами и вашего разложения, немецкий народ придётся перестраивать сверху донизу. Мы не хотим лгать, мы не хотим обманывать. Поэтому я навсегда отказался выступать перед народом и давать дешёвые обещания". Зато Гитлер открыто говорил, чего он хочет от немецкой экономики главным образом оружия для создания новой армии. Перевооружение стало главным приоритетом в экономике. В первый же год нацисты увеличили бюджет армии настолько, что та не смогла израсходовать все выделенные ей средства. Нацисты обещали избавить Германию от безработицы. И сдержали свое обещание путём осуществления программ по созданию рабочих мест, таких, как строительство автобанов. Однако производство вооружений и строительство автобанов могли быть лишь краткосрочным решением экономических проблем. "Строительство автобанов не привело к появлению ни одной лишней пачки кофе и ни одной лишней булки в витринах магазинов. Обе сферы финансировались на инфляционной основе. Вначале население не замечало потому что простому человеку трудно понять, как происходят экономические процессы". Чтобы население почувствовало давление инфляции, нужно время, поэтому и казалось сначала, что всё идёт прекрасно.

Особенно так было в 1 936 году, когда Гитлер приказал войскам войти в демилитаризованную часть Германии Рейнланд. Другие страны против этого почти не протестовали. Немцы увидели в этом знак того, что страна становится уважаемой. "Это, конечно, радовало. Почему массы шли за этим человеком? Ведь этому должна быть причина. Всё так и было, многое становилось лучше. Понемногу всё становилось В нашей семье всё улучшалось. Я чувствовала, что наступило лучшее время. Тогда было намного лучше и безопаснее, чем сейчас. Я понимаю, что говорить такое значит рисковать. Но я всё равно говорю это".

Для увеселения масс нацисты устраивали карнавальные праздники вроде "Ночей амазонок" проводившихся в Мюнхене в тридцатые годы.

Праздники, в которых участвовали только те, кого нацисты считали принадлежащим к "чистой расе". "Я была мадам Помпадур. На мне было платье с глубоким вырезом и юбкой-кринолином. Я чувствовала, что мой наряд прекрасен. В том, что происходило, было что-то высокомерное: мы, немцы, народ особенный. Нам говорили, что немцы должны быть "чистой расой", возвышающейся над другими народами. Девушки на празднике были обнажены. Как в соборах, например.

В Сикстинской капелле девушки тоже обнажённые, там вообще все обнажённые. Но настоящей целью было создать праздник для глаз. Для назидания и радости людям, которые там были. Потом был фейерверк. Я его почти не видела. Я так волновалась, что с трудом держалась на лошади. Но если вы не соответствовали представлениям об идеальном немце, ваша жизнь становилась другой. Здесь, в Мюнхене, в том же городе, где устраивали карнавалы, нацисты разрушили одну из самых больших синагог в Германии, заявив, что им необходимо место для автостоянки. Евреев систематически вытесняли из общественной жизни Германии. Например, Нюрнбергские законы образца 1 935 года запрещали браки между евреями и немцами и лишали немцев гражданства. Этим дискриминация не кончалась. Вас не смущало, что вы работаете в системе, которая дискриминирует евреев, лишает их положения в обществе, состояния и имущества? Ведь это несправедливо. Как вы относились к этому? Что ж, тогда все считали, что евреи в Германии зашли слишком далеко. Из 4800 адвокатов в Берлине 3600 были евреями. Кроме "Фюртванглера"в Германии едва ли можно было найти театр, директор которого не был евреем. В один прекрасный день чаша терпения переполнилась. Против общего мнения, что евреев пора осадить, никто не возражал". Антисемитская пропаганда нацистов сильно преувеличивала количество евреев, занимающихся юридической практикой и театром. Нацисты не говорили о причинах того, что евреи занимались этим, что им на протяжении столетий запрещалось заниматься другим.

В тридцатые годы Германию покинули тысячи евреев, так как они понимали: пока в Германии правят нацисты, им невозможно будет занимать достойное место в обществе.

Те, кто остался, рисковали привлечь внимание Государственной тайной полиции гестапо. В Вюрцбурге, сохранились архивы, проливающие свет на то, как действовала эта организация. Почти все архивы гестапо были сожжены нацистами, когда союзники вошли в Германию, но в Вюрцбурге американцы помешали уничтожению. Изучены они были лишь недавно. Открылась поразительная картина того, как работало гестапо. Во-первых, выяснилось, что во всем районе Вюрцбурга, а здесь поживало более миллиона человек, было всего 28 чиновников, работавших в тайной полиции. "Я считаю, что без помощи простых граждан гестапо не могло бы функционировать. Сама структура гестапо не позволяла этого. Для тотальной слежки за всеми у гестапо просто не было сотрудников. 80-90 % преступлений, которые расследовала тайная полиция, попадало в её поле зрения благодаря доносам граждан. Основная работа гестапо заключалась в обработке этих доносов. Похоже, это и было главным занятием тайной полиции". Жители Вюрцбурга не так боялись гестапо, как доносов со стороны соседей. Жертвой доноса мог стать каждый немец. Женщина, которая в 1 938 году жила в этом домике в Вюрцбурге попала в поле зрения гестапо, когда на неё донёс родственник. Её звали Ильза Зоня Тоцка, и её дело находится в архиве. После нескольких лет доносов и пристального внимания гестапо, её отправили в концлагерь "Равенсбрюк", где она и погибла. Её преступление заключалось в том, что она не вписывалась в рамки режима, избегала соседей и дружила с евреями. "Общее наблюдение за ней было установлено отнюдь не гестапо, а соседями, которых об этом попросили в тайной полиции. Соседи Ильзы один за другим по той или иной причине являлись в гестапо с очередной порцией информации. В результате вырисовывается такая картина: Ильза ведёт себя не как все, а провинциальный менталитет жителей небольшого городка вынуждает их обращать на это внимание, которое обостряется ещё больше с каждым новым доносом". Доносы в деле Ильзы Тоцка в основном содержат одни сплетни. В них говорится, что она себя подозрительно ведёт. Но в деле Ильзы нет сведений, позволяющих обвинить её. В одном из доносов имеется намёк на то, что Ильза лесбиянка. В нем так и написано: "У госпожи Тоцка ненормальная ориентация". Под доносом вместо подписи стоят слова: "Хайль Гитлер". Другие доносы подписаны её двадцатилетней соседкой. Рези Краусс. "С марта 1 938 года Ильза Тоцка живёт рядом с нами в садовом коттедже. Посетители у неё бывают редко. Но к ней часто приходит женщина лет 36, похожая на еврейку. Она всегда ей сочувствовала. Хочу сказать, что госпожа Тоцка не отвечает на приветствие "Хайль Гитлер". По-моему, госпожа Тоцка ведёт себя подозрительно". О вышеупомянутом сообщаю, потому что у неё еврейская внешность". Это какая-то чушь, чушь. Так, значит, всё это неправда? Нет, неправда. Я прочту всё до конца. По-моему, госпожа Тоцка ведёт себя подозрительно. Возможно, она занимается деятельностью, опасной для Рейха. Поэтому я и даю эту информацию Государственной тайной полиции. Других полезных сведений нет. Прочла и подписала Рези Краусс. Да, Рези Краусс это мое имя. И это ваша подпись? Да, моя. Не понимаю. Не знаю. Не могу сказать. Как же вы объясняете существование этого документа? Не понимаю. В то время допрашивали многих. Не помню. Не помните. Не знаю. Адрес верный. Подпись моя. Но откуда это, не знаю. Вы улыбаетесь. Значит, считаете меня доносчицей. Да, документ любопытный. Да, но я говорила со своей подругой. И она сказала: "Боже правый! Ворошить всё это через пятьдесят лет?" Но ведь это вы начали. Не знаю, слышали ли вы раньше. Я ведь никого не убивала, не убивала. Я даже не вступала в "Девичью Лигу", Гитлерюгент для девушек. Мой отец говорил мне: "Никакой "Девичьей Лиги"! Я не позволю тебе два раза в неделю шататься по городу ночью". Я ведь уже рассказывала вам, как строго меня воспитывали. Дождь пошёл". "Мы привыкли считать, что населением манипулировали, что немцам промывали мозги. Теперь, изучая историю в том её плане, в каком она открывается в этих гестаповских досье, мы начинаем понимать, что системой манипулировали снизу. Ей манипулировала масса людей по разным причинам. Одни по эгоистическим, другие по идеалистическим. В целом, как мы теперь понимаем, картина коренным образом отличалась от той, к которой мы привыкли". Простые немцы могли повлиять на гестапо путём доносов. Но ни одно крупное начинание не могло утвердится, если не было одобрено Гитлером. Поэтому члены нацистской элиты постоянно искали новые способы ублажить своего фюрера. Пробиться к сердцу Гитлера можно было, потакая антисемитизму. Этим и занимался министр пропаганды и ненавистник евреев Йозеф Геббельс. Геббельс хвастался, что нацистам удалось изгнать евреев из культурной жизни Германии. "У нас есть немецкий театр, фильмы, немецкая пресса, немецкая литература, немецкое искусство, немецкое радиовещание. Раньше нас упрекали в том, мы не сможем убрать евреев из театров и культурной жизни, потому что евреев слишком много и мы не сможем заполнить все освободившееся места.

Всё это нами блестяще опровергнуто".

Осенью 1 938 года у Геббельса появилась возможность больше угодить фюреру. Когда Гитлер узнал, что молодой еврей, Хершель Грюншван, возмущенный расправой над его семьёй, совершил покушение на немецкого дипломата Эрнста фон Рата. В годовщину пивного путча, когда вся элита собралась в Мюнхене, Геббельс попросил у Гитлера разрешения позволить штурмовикам отомстить евреям. Гитлер согласился, и началась "хрустальная ночь". "Утром штурмовики ворвались в наш дом и начали всё крушить. Их было две группы. Первая сломала всё, что могла Вторая явилась потом. Вместе с нами на первом этаже жили три пожилые женщины. Одну из них выволокли из комнаты и избили неизвестно за что, наверное, потому что она подвернулась им под руку. Меня избили и бросили в подвал. Когда штурмовики ушли, я поднялся наверх и увидел, что мой отец умирает. Я как мог делал ему искусственное дыхание, но это не помогло. Наверное, уже слишком поздно. Я был в состоянии шока случившееся выходило за рамки. Я этих людей не знал, и они меня не знали. Я ничего им не сделал. Они просто пришли делать то, что считали нужным". В "хрустальную ночь"погибло более восьмисот евреев, было разрушено около тысячи синагог. "Для меня это было настоящим потрясением. С этого момента я стала задумываться. Сначала я плыла как по течению. Нас несло на волне надежды. Потому что жизнь улучшалась, и в стране воцарился порядок. Мы чувствовали себя в безопасности. Но потом мы, действительно, стали задумываться. По крайней мере, я стала задумываться. Я немного повзрослела. Это был жуткий шок. Надо признать это". Но вы не стали сопротивляться. Нет, нет, нет. Это нет. Это было. Тогда ещё было можно, но потом. "Когда огромные толпы вопили: "Хайль!", уже ничего нельзя было сделать. Приходилось быть, как все, идти в ногу со всеми". Какова была реакция знакомых вам немцев, когда они узнали, что с вами случилось, что вас избили и убили вашего отца? Они приходили к вам, выражали сочувствие? "Нет, нет. На самом деле, на следующее утро, люди, которых принято называть простыми немцами, проходили мимо и бросали камни в наши окна". Значит, никто не сочувствовал? Популярность Гитлера после "хрустальной ночи"не уменьшилась. Поскольку Гитлер никогда публично не говорил об этом, немцы продолжали верить, что ответственность за случившееся лежит на штурмовиках, и любовь к Гитлеру его последователей продолжалась. "Господь да прибудет с фюрером, Да благословит Господь руку его.

Боже, храни нашу Германию, Нашу горячо любимую Отчизну". В 1 938 году было построено новое здание Канцелярии символ могущества и порядка нацистского режима. Но в его стенах Гитлер продолжал использовать методы, которые могли привести лишь к административному хаосу. Огромная Рейхсканцелярия была похожа на кишащий муравейник. Соперники сражались за благорасположение Гитлера. Организацией рабочего дня Гитлера занимался не один, а пять отделов: отдел рейхсканцелярии, возглавляемый Гансом Ламмерсом; отдел личного адъютанта Гитлера Вильгельма Брюкнера; отдел президентской канцелярии под руководством Отто Майсснера; отдел канцелярии фюрера, которым заведовал Филипп Булер; отдел, представлявший помощника фюрера, под началом Бормана. Хотя отдел Бормана находился в другом здании, его чаще всех видели рядом с Гитлером. Каждый старался показать, что он представитель Гитлера. И большая часть времени уходила на борьбу соперников друг с другом. "Он любил поручать двум одно и то же или похожие задания. Но не думаю, что он хотел Я уверен, что он не предвидел последствий человеческой зависти и борьбы за исполнение обязанностей, которая всегда возникает, когда людям поручают делать почти одно и то же. Соперники просто вцеплялись друг другу в волосы это происходило почти автоматически". В борьбе за власть ожесточенной была драка за доступ к почте, к тысячам писем, адресованных "моему фюреру". Их авторы обращались к Гитлеру с разными просьбами. Были тривиальные с вопросом, можно ли колокола называть в честь Гитлера, и серьёзные от евреев, которые доказывали, что они исключение из правила, и дискриминационные законы на них не распространяются. Доступ к этим письмам был равносилен доступу к Гитлеру. Они давали возможность влиять на политику партии. Честолюбивый наци Филипп Булер добился этого права и использовал его в своих личных целях. В конце 1 938 или в начале 1 939 года одно из писем, которое Булер показал Гитлеру, имело ужасающие последствия. Его написал Гитлеру отец умственно отсталого ребёнка. В нём он просил у фюрера разрешения ребёнка убить. Гитлер согласился. Ведь он уже приказал подвергать инвалидов стерилизации. Это письмо натолкнуло его на мысль об убийстве "неполноценных". Булеру было поручено разработать тайную процедуру отбора и уничтожения детейинвалидов в первые дни их жизни. Этот бланк нужно было заполнять при рождении ребёнка с недостатками. Заполненный бланк читало трое врачей, и если они считали, что ребёнка следует умертвить, то ставили на бланке крест. Через несколько месяцев убивали уже не только новорожденных, но и детей-инвалидов. Брат Герды, Бернхардт Манфред, был одним из пяти тысяч детей, ставших жертвами нацистских палачей. Манфред был умственно отсталым. "Когда я вспоминаю своего брата, то вижу милого мальчика. Конечно, он был умственно отсталым и вёл себя, почти как младенец. Внешне он был очень мил, но умел только говорить "мама"и "папа". В умственном развитии он отставал, и очень поздно научился ходить. Если мама просила принести уголь из погреба, то он спускался туда снова и снова, приносил куски угля спускался в подвал. Отец хотел поместить его в специальную больницу. К нам пришли люди из "Аплербека" и сказали, что у них есть большая ферма, и они найдут занятие мальчику. Но "Аплербек"был одним из специальных детских учреждений. Через два года после того, как нацисты стали уничтожать детей-инвалидов, врачи в заведениях, подобных этому, уже не утруждали себя заполнением бланков Булера, и сами решали, каких детей убивать. "Детям делали инъекции со смертельной дозой люминала или морфия. Это случалось с детьми, которых решали уничтожить. Конечно, в истории болезни врачи-убийцы не писали: "Мы убили этого ребёнка". Вместо этого они писали, что ребёнок погиб от не проявлявших себя болезней, от общей слабости или от кори". "Они ввели Манфреда в приёмную. Когда я уходила, там была санитарка. Манфред стоял у окна и махал мне рукой, а я махала ему в ответ. Больше я его никогда не видела". В аплербекской книге регистрации смертей записано, что Манфред умер от кори 3 июня. В ту же неделю в Аплербеке "умерло"ещё одиннадцать детей. Манфред Бернхардт был убит, потому что был не нужен идеальному государству нацистов. У мер, потому что честолюбивый наци подсунул Гитлеру письмо на тему, близкую сердцу В нацистском государстве любая идея моментально доводилась до крайности, потому что последователи Гитлера всеми силами старались угодить своему бесноватому вождю, произносившему речи в состоянии Так управляли Германией в тридцатые годы. Миру ещё предстояло пострадать от последствий радикального способа принятия решений в государстве Гитлера.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< А потом вышел за дверь.

Вы знаете что делать. >>>