Христианство в Армении

Чтоб твои парни нас догнали?

Сможет ли он сделать то, ради чего был построен, или все будет напрасно? Тем утром мы пришли в центр управления, зная, что будет то, что будет, и все произойдет сегодня. Атмосфера была очень нервной. Абсолютно все, с кем я встретился, были очень возбуждены и нервничали по поводу всей миссии. Откровенно говоря, я думаю, мы все оцепенели. Но произошло самое ужасное, чего не должно было случится. Как оказалось, это стало большой проблемой. Мне хотелось просто уйти и зареветь в углу. Все нервы были взвинчены, пропущена команда, где еще мы ошиблись? Тогда мне действительно казалось, что 17 лет потрачены напрасно.

# песня "Red Planet Rock" группа Don Lang & His Frantic Five # Everybody, watch the sky #The weather's all jumping and I'll tell you why.# Я вырос в поздние 50-е и почерпнул все свои знания о космических путешествиях из книжек про Дэна Дэа, например из комикса "Яйцо". О планетах я знал очень мало, только по учебникам. Все, что мы знали, было по довольно нечетким, расплывчатым фотографиям с наземных телескопов. Думаю, я знал, что Сатурн был большим газовым шаром. Мы называли его газовым гигантом и он был в 1,5 милн. км. от нас здесь на Земле, но я, конечно, ничего не знал о Титане. Я не знал, что он был одной из лун на орбите Сатурна. В смысле, не забывайте, у нас не было никаких фотографий с космических кораблей, а потом случилось то, что все изменило. "Полтора часа назад русские объявили, что они запустили первого человека в космос. Вот голос из космоса майора Юрия Гагарина.

Это одно из величайших научных достижений в истории человечества." Я был совершенно потрясен. Сейчас невозможно представить, какой фурор это произвело. Человек в космосе. Простите, что вы думаете о новостях? Это фантастика! Я могу вам сказать, что он вернулся живой и здоровый. Правда? Я не думал, что он вернется. Ну, я пожелал парню большой удачи. Через несколько месяцев после полета он отправился в мировой тур, и, я думаю, это справедливо, что первой остановкой стал Лондон в Великобритании. Майор Гагарин, скажите, как вас принимает британская публика? речь Гагарина речь Гагарина Ну а Вы хотели бы стать космонавтом? Ну, это от многого зависит. Если бы все так поступили, то, думаю, я бы тоже полетел. Вы бы полетели? Что вы думаете о майоре? Мне нравится его форма и нравятся люди вокруг нас. Школа, в которой я учился, находится очень близко к Хайгейтскому кладбищу. Естественно, любое официальное лицо из России должно было посетить могилу Карла Маркса. Я помню, как отменили занятия. Это было очень важное событие: Гагарин приезжает в Лондон в Хайгейт. Помню, я решил пойти туда в последнюю минуту. Я не знаю почему. Не думаю, что я верю в судьбу, но это, должно быть, была она. Для меня стало откровением увидеть этого человека стоящего там, невысокий парень, но, подумать только, он пробыл в космосе. сколько?.. 96 минут? Первый космонавт и в тот момент я попался на крючок. Полет Гагарина был только началом. Он перенес нас из эры научной фантастики в эру практики, и любой может заметить, что это был первый шаг в наших исследованиях Солнечной системы людьми и автоматическими космическими станциями (АМС).

Если вы выросли в конце 60-х, начале 70-х, то помните, что тогда космос был на слуху. Это было самым увлекательным, все хотели бы поучаствовать в этом, невозможно было вообразить, что так и будет. Было время изобилия, когда рухнул ряд социальных границ и барьеров. Тогда происходила так называемая молодежная революция и я участвовал во множестве демонстраций против Вьетнамской войны. Это было восхитительное время. Это маленький шаг для человека и гигантский скачок для человечества. Я всегда интересовался космосом.

Меня интересовали исследования космоса при помощи космических аппаратов, хотелось увидеть вблизи другие планеты. Все это и дало нам надежду, мечту, что я смогу зайти так далеко. Я смогу достичь предела своих физических возможностей.

Я смогу защитить докторскую и принять участие в космических исследованиях мирового масштаба. Черт возьми, у меня все получится. Вот, я могу увидеть его отсюда. Он оранжевый. Один раз в 175 лет взаимное расположение крупнейших планет Юпитера, Сатурна, Урана и Нептуна будет таково, что комический корабль сможет посетить их все за один полет. Редкая возможность исследовать эти планеты пришлась на это десятилетие, 1970-е, и не повторится до середины 22-го века. Большая часть известной тогда информации о Титане была получена от АМС Вояджер. /АМС автоматическая межпланетная станция/ Было известно, что Титан примерно 5000 км. в диаметре, больше чем планета Меркурий. У него есть тонкая атмосфера. Что делает его особенным среди практически всех планетарных спутников в солнечной системе. Только у него она есть. Но мы почти ничего не знали о поверхности, потомучто Титан постоянно окружен оранжевыми облаками или смогом, что означает, что ни одна из фотографий не показала поверхности. Мы знали, что там очень холодно. Сатурн и его спутники находятся очень далеко от Солнца. Состав атмосферы очень разнообразен, было известно, что она включает минимум 12 газов, и, возможно, похожа на раннюю атмосферу Земли, исчезнувшую миллиарды лет назад. В атмосфере Титана содержаться органические соединения, но он не достаточно теплый, для жидкой воды, как известно, одной из предпосылок для возникновения жизни. Мне кажется, Титан был как бы в тени все то десятилетие. К концу 1970-х найти работу в британских институтах было очень трудно, и я увидел объявление, которому было просто невозможно воспротивиться, о работе над проектом под названием Джотто. Джотто был европейской исследовательской миссией к комете Галлея и предлагалось работать менеджером проекта Пылевого аппарата в Университете Кента. Я обратился туда и получил ее, в конце 1981 г. мы переехали в Кентербери по двухлетнему контракту, и в результате я остался здесь на 18 лет. Джотто пролетел в 594 км. от ядра кометы Галлея. Я считаю, это было потрясающе близко. И мы обнаружили порядка 30 000 пылевых частиц. Такие частицы образуют хвост кометы. Мне кажется, эта миссия доказала, что Европа действительно способна выполнять амбициозные космические проекты. После успеха Джотто Европейское космическое агентство стало очень демократично подходить к выбору следующего проекта. У них было пять вариантов, и мы входили в группу, занимавшуюся проектом под названием Веста.

Веста должна была пролететь мимо астероида, и мы входили в группу, исследовавшую возможность запуска нескольких пенетраторов. /Пенетратор — ударный проникающий зонд, внедряющийся в грунт./ Ими собирались выстрелить в астероид и измерить физические свойства, и в день выбора, к нашему ужасу, выбрали не Весту. Выбрали проект Кассини, направляющийся к Титану месту, о котором я почти ничего не слышал, и мы были совершенно обескуражены и опустошены. Я все еще помню возвращение в Кентербери из Брюгге.

Мы сели на поезд и поехали, это была очень печальная, мрачная поездка. Мы вернулись в лабораторию и я сказал: "Слушайте, действительно ли мы потратили прошлый год зря? Еще есть возможность попробовать адаптировать часть приборов, созданных нами для Весты, которую не выбрали, для этого странного Титана, на который они собрались лететь?" Мы сели с чашечкой кофе и посмотрели что же такое выбрало Европейское космическое агентство. Кассини, как предполагалось, должен был стать самой амбициозной космической миссией, когда-либо отправленной во внешнюю Солнечную систему. На нем было несколько приборов для исследования Сатурна и его системы и зонд, который должен был отделиться и приземлиться на поверхность Титана. Вскоре мы поняли, что наиболее интересной для нас частью был зонд, который собирался спуститься сквозь атмосферу Титана. В процессе спуска должны были пройти основные замеры. Стало понятно, как ужасно будет, если он приземлится на поверхность, и окажется, что не с чем проводить измерения. Мы буквально составили список всех физических свойств, которые можно было бы измерить на поверхности Титана. Потом мы написали заявку в ответ на запрос проектов по созданию очень амбициозного, хотя и маленького, прибора, названного Модуль исследования поверхности (МИП). Мы все успели за день до окончания приема. Мы сидели и ждали решения. И, к нашему удивлению, выбрали нас. Новый и очень интересный комический зонд был запланирован на 1990-е. Доктор Джон Жарнечки был близко связан с этим зондом, и мы были рады впервые приветствовать его в Скай энд найт, в первый, но я очень надеюсь, не последний раз. Здравствуйте, Джон. Спасибо. Я работаю над программой Скай энд найт. Я работал над программой посвященной Титану, кого бы мне пригласить на нее? Конечно, Джона. Тогда я не знал насколько хорошим диктором он был, он пришел и мы обсудили Титан. Однако, до сих пор мы могли изучать его только снаружи. Мы все еще не знаем, на что похожа поверхность, в этом и заключается причина отправки спускающегося модуля на Титан. Вы расскажите нам об этом, Джон? Должен вам сказать, что ему уже дали название. Зонд назвали Гюйгенс, как датского физика Христиана Гюйгенса, открывшего Титан. Я был выбран экспертом по Титану. Я не написал ни единой научной статьи по Титану и это была очень странная ситуация. Он мало что знал о поверхности Титана, но и все остальные, включая меня, тоже. В любом случае, это один из самых амбициозных аппаратов из когда-либо задуманных, как ты считаешь, каковы шансы на успех? Нужно быть оптимистами, никогда не получится запустить подобную миссию, если ты не оптимист. И я ожидаю, что через 13 лет мы будем сидеть здесь и обсуждать результаты миссии Кассини. Мне кажется, через несколько недель, после того как нас выбрали, нам стало очень тяжело. Мы должны создать прибор, один из шести научных приборов, не многим больше обувной коробки.

Он должен пролететь в глубоком космосе более семи лет, спуститься через эту тонкую, довольно таинственную атмосферу и выполнить измерения на этой чуждой, неизведанной поверхности. Он должен дать нам ответы, должен приоткрыть этот иной мир.

Я имею ввиду, это был наш шанс покорить Титан. Мне было необходимо начать собирать команду. Было несколько очень важных должностей. Вероятно самой важной была должность управляющего проектом. Это человек, который реально руководит делами, на нем все держится. Итак, нам надо решить кого послать на встречу с Питером. Один из моих коллег знал Джона Жарнечки раньше примерно 10 15 лет назад, и он сказал: "Я недавно встречался с Джоном, он ищет работу управляющего проектом, почему бы тебе не позвонить ему?" Потрясающе, благодаря ему, я сделал научно-космическую карьеру. Прибор решили сделать в 1990, но команда начала совместную работу только в 1992. Когда я присоединился, у них было лишь несколько набросков прототипов, некоторые только в общих чертах. Я помню бутылку как от средства для мытья посуды с прикрепленной к ней линейкой будущий сенсор, он был огромен, а нам предстояло сделать его 8-и граммовым для полета на Титан. Когда к нам пришел Марк, перед нами стояли две большие проблемы. Во-первых надо было собрать группу, а во-вторых найти финансирование. Потому что быть выбранными это только половина проблемы. После этого предстояло добиться финансирования от наших национальных агентств. Наше финансирование было стабильным, если вы считаете его отсутствие неплохим результатом. Нас не финансировали два года назад, и сейчас мы все в той же ситуации.

У нас есть примерно две трети из того, что нужно, поэтому нам приходилось тратить деньги с умом. Это было время перестройки, когда пал железный занавес. Сегодня бульдозеры начали разрушать берлинскую стену. Весь день тысячи людей свободно переходили из Восточного в Западный Берлин и обратно. Я увидел возможность использовать свои профессиональные связи в Польше, чтобы посмотреть, сможем ли мы использовать их желание работать с западом в научной сфере, и мы обнаружили, что они были весьма опытны в разработке космических приборов, так что мы договорились. Они построят часть прибора, в обмен на включение в проект и возможность посмотреть как проводятся исследования космоса на западе. Кроме этого мы воспользовались преимуществами того что мы университет, а в них всегда есть студенты, платить которым можно очень мало. Ну я бы не сказал "бесплатные рабы", но весьма близко.

/Урод он после этого! Так оно и есть. (((/ Песня "Mirrorball" группы Elbow Весь проект походил на научную фантастику, в том смысле, что мы собирались построить прибор, который пролетит миллион километров в космосе, затем спустится сквозь атмосферу при минус 200 по Цельсию и приземлиться на поверхность одной из лун Сатурна. Было уму непостижимо, что мы собирались сделать подобное. Ральф бываеточень заинтересован по поводу всего, на что он обращает свое внимание, скоро он знал абсолютно все о Титане. Одной из задач, поставленных перед ним, была разработка пенетрометра. Больше всего от МИП мы хотели узнать, какова же поверхность Титана? Из чего она состоит? Она твердая как лед, мягкая или жидкая? Часть модуля, называемая пенетрометром, используется для этого, путем измерения жесткости посадки. Когда зонд приземляется, измерятся сила столкновения. Это очень странно, вы приходите сюда извне, думая что есть большая команда первоклассных инженеров и ученых, которые уже занимаются всем этим, и вы будете лишь ее малой частью. Но реальность такова, что людей всегда не хватает и все импровизируют, потому что еще никто не создавал ничего, отправляемого на Титан. Поначалу было немного странно, что я решил этим заняться, но это была невероятная возможность. В первые дни проекта за нами всюду следовала группа BBC делавшая фильм о проекте для программы Открытый университет. Это было все равно что прозреть, я впервые занимался чем-то подобным.

Фактически, они сняли наш маленький видео-дневник, Короткие съемки, где ты сидишь и рассказываешь, что произошло. 13 апреля мы надели эти дурацкие костюмы и вошли в чистую комнату, чтобы собрать модель пенетратора. /чистая комната производственные помещения с высочайшей степенью защиты от пыли и других загрязнений/ Прибор будет измерять тепловые свойства, чтобы определить тепловую проводимость океана Титана.

Его отправят на тесты по тряске, нагреванию и воздействию электричества в так называемом цилиндре это место, где проводятся все эксперименты. Как видно, он довольно маленький, но мне он очень нравится. Студенты-технари обычно весьма сильно увлекаются, и, я думаю, наша группа соответствовала этому стереотипу. Ты действительно очень увлекаешься делом, когда три года занимаешься только своими исследованиями. Ну и потомучто создать экспериментальный космический прибор, который отправят на Титан, это весьма захватывающе. Это действительно было замечательно так увлечься. В своей основе пенетрометр был очень простым сенсором, но для того чтобы его создать, потребовалось немало работы и усилий.

Ральф участвовал в проведении множества тестов прототипа: бросании его в резервуар с песком и наблюдением за ответной реакцией для различных форм и т.п. Я помню, как в начале мы набрали песка с пляжа Вхистабл, и сделали большую ошибку это был настоящий песок из моря, так что он весь был влажный и соленый. А соленая вода это проводник, так что мы получили просто ужасные результаты. Мы проектировали прибор, который должен был работать где-то с неизвестными нам условиями, и это было просто очаровательно. Проводить измерения в лаборатории это одно дело, и совершенно другое проводить эксперимент после семилетнего полутора миллионного путешествия в космосе, при 200 градусах ниже нуля, и при этом нельзя допустить возникновения никаких проблем. Больше всего мы боялись приземления на совершенно открытый, изрезанный лед, что означало бы быстрый выход из строя двигателей зонда, а нам было необходимо получить информацию до его гибели. В то время все полагали, что поверхность Титана была покрыта огромным океаном жидкого метана, и я потратил немало времени делая диссертацию о моделировании динамики приводнения, смотря на старую литературу об Аполло, посвященную торможению капсулы при вхождении и пытаясь определить, как быстро затормозит зонд Гюйгенс, если он приводниться в жидкий Метан. Большая часть этого была лишь теорией. Есть ли там планетарные океаны, моря, озера что-то между ними? Больше всего волновало что будет ли это так же как и опускаться на Марс или Луну, но мы понятия не имели, что там на самом деле, лед или земля, покрытая льдом, как песок, или какая-то очень мягкая органическая пыль. Нам пришлось рассмотреть все эти варианты. Мы не знали ничего, что позволило бы исключить какие-нибудь из них. Это окончательная проектная модель отделяемого модуля Гюйгенс, содержащая его девять сенсоров. Здесь есть измеритель скорости звука, чтобы измерить скорость звука в атмосфере на поверхности. У нас есть сонар, разработанный для того, чтобы посылать сигнал вниз к поверхности Титана или дну озера для измерения глубины. Внутри корпуса 6 дальномерных приборов для измерения различных свойств жидкой или твердой поверхности, и, наконец, у нас есть пенетрометр. Песня "Future Proof" группы Massive Attack Выходные каналы свободны и мы работаем при 42 КПа. Когда вы переходите на этап оснащения проекта оборудованием, начинаются тесты, тесты, тесты.. и некоторые из этих тестов длятся по времени десятки часов. Это было время, когда я чувствовал, что знал нашего продавца молока лучше, чем мою семью, потому что я приходил домой в 5 часов утра. Джеймс, мы можем получить показания температуры? Верхняя полость 111, нижняя полость 114. Одной из очень необычных особенностей этой миссии было следующее, как только мы прилетаем туда, то попадаем в очень, очень холодную окружающую среду и нам надо было протестировать множество датчиков в жидком метане. Это довольно рискованно, поэтому мы будем все делать на крыше настоящего здания. Я думаю, смысл был в том чтобы, если бы все взорвалось, то пострадали бы только мы и никто другой. Подобный проект неизбежно накладывает нагрузку на всех участвующих в нем и это весьма напряженно. Не уверен, что моя семья действительно понимала, чем я занимаюсь, они поддерживали меня, но наверное считали сумасшедшим ученым, видимо, в каждой семье должно быть по ненормальному ученому. Мне повезло родится таким упорным и целеустремленным парнем, так что меня не приходилось сильно мотивировать. Это было очень хорошо, потому что Джон был постоянно занят. Работать преподавателем в университете и разрабатывать космическое оборудование было довольно напряженно, и еще у него были личные проблемы.

Начало работы над проектом совпало с моим разводом, и примерно в течение года мне было очень, очень тяжело. Мне тяжело даже вспоминать то время. Сложно было заставить себя работать, и мне очень повезло иметь очень хорошую команду, которая, когда мне пришлось нелегко, смогла со всем справиться. Потребовалось много долгих часов напряженной работы, особенно когда перешли к полетной модели, и мы старались все успеть к сроку.

Если не успеешь к сдаче не попадешь на Титан. У вас была хоть неделя, когда не приходилось работать? Наш факс сломался, ксерокс не работал, кофеварка была на последнем издыхании, даже у BBC сломалась подсветка, и приходилось импровизировать с настольной лампой. Я сижу в этой темной, старой лаборатории с не получающимся экспериментом и начинаю задумываться: это действительно то, чем я хочу заниматься? Я принял правильное решение? Но потом ты вспоминаешь серьезность задачи. Иногда проект давался нам нелегко и болезненно, но, в конце концов, мы довели его до самого последнего теста. Это был тест на вибрацию. И вы не поверите, что случилось! Этот чертов модуль сломался!

Корпус вокруг нашего прибора треснул. Услышав эту новость, я был просто в отчаянии.

Я сразу осознал последствия: даже ремонт только одного цилиндра будет большой проблемой, но нам еще придется переделать и сенсоры, в итоге, все участвующие в проекте получили кучу работы. Возникла реальная возможность того, что Европейское космическое агентство заявит: "Увы, парни, но вы не укладываетесь в сроки, вас не будет на зонде, и вы не летите на Титан". К этому моменту я потратил на этот прибор уже, как минимум, четыре года своей жизни. Было необходимо найти решение и выбраться из этой дыры. Потребовалось наверное шесть месяцев, чтобы построить эту полетную модель, а у нас оставалось две недели до сдачи и нам предстояло переделать все. У Джона на этот проект ушло еще больше времени, у вдруг он узнал, что нас могут исключить из миссии. Мы пришли к следующему решению: как можно быстрее передать модель к АМС, чтобы позволить ЕКА продолжить их программу, они не могли ее затягивать. Что означало, что нам пришлось разобрать весь прибор, убрать крепления, починить корпус, а также собрать отдельные полетные приспособления, откалибровать их, и собрать все вместе. В итоге потребовалось от трех до четырех месяцев, чтобы все сделать, но это был полный аврал. Мы работали над ним, придумали новый дизайн и передали его АМС. Мы опоздали, но все работало. Песня "Safe From Harm" группы Massive Attack. Титан, загадочная луна Сатурна. Сегодня для исследования этого мира приготовлена громадная ракета. Европа и Америка объединили усилия в проекте стоимостью 3,5 миллиона, названном Кассини. Свершилось. Мы летели во Флориду на запуск.

К нашему удивлению, нас встретили протестующие. Толпы протестующих осаждают ворота аэродрома, они утверждают, что "Спутник NASA с плутониевым двигателем может убить невинных, если что-то пойдет не так". Они все время митинговали и, по какой-то идиотской, невообразимой они собрались засунуть в нее 36 килограммов плутония. Мне бы хотелось жить в безопасном мире. Я не хочу атомную бомбу в космосе. Если вы переместитесь на расстояние Сатурна от Солнца, то солнечный свет будет очень слаб, и использовать традиционный на АМС метод получения энергии, то есть солнечные батареи, не получится.

Поэтому нужно что-то еще, и это так так для всех миссий во внешнюю Солнечную систему. И использовали радиоактивные материалы. В нашем случае плутоний. Радиация, излучаемая им, используется только для получения электричества. Все можно сделать только таким способом. Это что-то вроде стереотипа радиоактивность это такая ужасная вещь, но для меня она просто необходимая часть АМС. Но как протесты повлияют на запуск? Не забросают ли нас помидорами? Это напомнило мне мое время студентом в 1960-х, когда я ходил на демонстрации и носил плакаты. И вот теперь мне предстояло пройти сквозь пикет. Запуск был в середине ночи в три часа утра, и я надеялся, что из-за правил безопасности у них будут специальные автобусы для нас. Волнуетесь? Да, я немного волнуюсь, чуть-чуть. Семь лет работы, и все решиться этой ночью. На карту поставлено много работы, и сейчас все может пойти прахом. Всегда помнишь, что любая ракета работоспособна только на 95, 97%, и есть высокий шанс, что если миссии суждено провалиться, то это случится прямо сейчас. Можно давать команду на запуск. Т минус 30 секунд. Перестать грызть ногти и постараться не нервничать так, ожидая начала запуска. Т минус 30 9, 8, 7. 6, 5, 4, 3, 2, 1. Я увидел пламя у основания ракеты, и сначала подумал, что ракета загорелась и сейчас взорвется, или случится еще что-нибудь, потому что произошло зажигание, но это в нескольких километрах отсюда и звук еще не дошел до тебя, видно только пламя, и потом ракета начинает подниматься. Потом до тебя доходит звуковая волна, громкий рокот, и возникает чувство, что теперь все будет хорошо. Кассини поднимается вверх, и там прямо как по плану, было облако примерно в 300 метров размером, прямо над местом запуска, и через несколько секунд она вошла прямо в это облако. Был взрыв света, выглядело так как будто все взорвалось. Это облако выглядело как громадный шар света. На долю секунды мы ужаснулись, что все потеряно, но затем Кассини снова появился над облаком. Он пролетел сквозь него и устремился в это чистое черное небо, совершенно безоблачное, прекрасный вид. После того как он стартовал и прошел сквозь облако, стало ясно, что запуск удачный. Думаю, я смотрел на ракету, пока она поднималась и не превратилась в маленькую точку. На время полета к Титану наша группа переехала в Открытый университет в Милтон Кмнз. Случилось много всего, я имею ввиду, довольно печально, что команда собранная нами, чтобы спроектировать, построить и запустить МИП, большая ее часть ушла. У нас не было финансирования, чтобы содержать команду все время. Но ядро команды сохранилось, потому что примерно каждые шесть месяцев мы включали приборы и делали то, что мы называли домашними тестами.

Как ты переходишь в режим 4, по времени или по высоте? На этот раз мы использовали высоту в 7 км. Мы проверяли приборы, убеждались что АМС работает нормально, наши приборы нормально работают. мы следили за несколькими параметрами и изменили пару бит в програмном обеспечении. Ничего серьезного. Нужно понимать, что когда Гюйгенс будет опускаться на поверхность Титана, он будет пересылать информацию не прямо на Землю, у него не хватит мощности для этого, а сначала на Кассини, который будет летать над ним в нескольких тысячах километров. Кассини через несколько часов перешлет ее на Землю. На АМС случилось нечто страшное. Они попытались выполнить проверку коммуникационной системы и поняли, что при такой работе системы, мы не получим информации. Сначала попытались использовать наземный радиотелескоп в качестве Гюйгенса и передать сигнал, как если бы это был Гюйгенс, чтобы проверить способность Кассини правильно принять этот сигнал. Когда нам сообщили результаты этого теста на научном совещании, они сказали, что сделали тест и не совсем уверены что произошло, потому что пришла не вся информация. Проще говоря, это было как если бы Гюйгенс передавал по радио каналу 1, а Кассини принимал по каналу 2.

Другими словами, было небольшое несовпадение частот, но этого было достаточно чтобы в перспективе угробить весь проект.

Очевидно, это была очень большая проблема, очень пугающая сточки зрения ученых. Но систему быстро пересмотрели и нашли решение. Обнаружили 11 возможных вариантов причин возникновения этой проблемы. В конце мы выбрали один из них, в качестве возможного спасительного варианта. При этом Кассини запускал Гюйгенс не на первой орбите вокруг Сатурна, а на третьей.

Это изменило бы взаимное расположение Кассини и Гюйгенса достаточно для того чтобы снова сделать две частоты синхронными, просто поразительно. Как долго АМС будет лететь 2 миллиона километров между Землей и Сатурном? Почти семь лет и сегодня ночью путешествие АМС Кассиеи почти завершилось. Сегодня наступит кульминация нашего семи-летнего перелета в космосе, мы прибудем к Сатурну, и собираемся запустить двигатели, чтобы выйти на орбиту Сатурна, так что это конец путешествия и настоящее начало работы. Для меня самое важное наступит, когда мы подойдем ближе к Титану, но это был знаковый момент, так что в Пасадене царило праздничное настроение, все радовались прибытию. За время исследований планет пару раз случалось, что АМС взрывались при прибытии, когда они использовали свои двигатели в первый раз. Текущая высота Кассини 20700 км., 12900 миль, скорость 30,7 км/с, 68,600 миль в час. Мы медленно опускаемся. Кассини пришлось серьезно задействовать основные двигатели, чтобы перейти на орбиту вокруг Сатурна, это был очень напряженный момент. Также придется пересечь плоскость колец, что тоже рисковано. Доплер отключен. Так, мы завершили включение двигателя для получения импульса тяги для выведения на орбиту Это был очень важный момент, как только он вышел на орбиту, все стало нормально, можно было просто следовать программе. Прошло чуть больше шести месяцев до того как Гюйгенс был доставлен к Титану. # Oh, the weather outside is frightful # But the fire is so delightful # And since we've no place to go # Let it snow, let it snow let it snow. # Рождество 2004 г. день, когда было запланировано запустить с Кассини зонд Гюйгенс. Технически было несколько взрывов, запустивших Гюйгенс, и несколько пружин запустили его по спиральным пазам, придав ему вращение для стабилизации.

На Кассини все было запрограммировано заранее, мы смотрели и все прошло замечательно. С этого момента Гюйгенс стал сам по себе, совершенно автономен. На нем даже не было радиоприемника, поэтому с этого момента, если бы мы захотели что-то поменять, то ничего не смогли бы сделать. Жребий был брошен. Когда я прибыл в центр управления, почти все, с кем я встретился, так же как и я, беспокоились о миссии. Все с трепетом ждали, в последние несколько дней все нервы были взвинчены.

Тем утром мы собрались в научной комнате зная, что сегодня случится то, что случится. Кто-то скажет: "Да никому это не интересно." Но на этот раз здесь было больше 300 журналистов, желавших увидеть, что произойдет. Снаружи установили множество телекамер, и парни из телевидения сцапали всех кого только смогли. Это походило на осаду, ученые были почти заперты в нашей маленькой комнате. Было сложно сконцентрироваться на важной работе, и не взбеситься из-за всех этих звонков. Я не мог не думать, что в полутора миллионах километров отсюда, находится что-то созданное мной, примерно такого размера, и оно мчится со скоростью 32 000 км/ч, и сейчас ему придется нелегко. По плану Гюйгенс войдет в верхние слои атмосферы со скоростью 7 км/с. За следующие две минуты он замедлится до 400 м/с. В этот момент Гюйгенс раскроет три первых парашюта, что должно позволить ему опуститься на поверхность очень плавно. Потом включаться шесть научных приборов, чтобы наконец выполнить свою работу, которой они ждали вот уже почти семь с половиной лет. Около 10.30 утра пошел слух, что один из крупнейших радиотелескопов на Земле принял сигнал прямо с Гюйгенса. Это было похоже на первый крик ребенка.

Мы еще не понимали, что он нам говорит, но уже было ясно, что зонд жив, вход прошел удачно, он на парашюте и передает. Ученый Жан-Пери Лебретон объявил эту новость и все начали радоваться, это действительно многое значило для нас. Мы знали, что самая сложная часть миссии позади. Новость была совершенно фантастическая. Это как услышать звонок телефона, становится понятно, что телефон работает. Еще не поступило никакой информации, но это уже было замечательно.

Это была прекрасная новость, потому что стало понятно, что зонд не сломался, даже если бы мы не получили всю информацию, или если бы зонд не смог приземлится на поверхность, у нас было хоть что-то. У нас был сигнал, означавший, что Гюйгенс жив, наша мечта жива. Хотя мы очень воодушевились, нам предстояло еще долгое время ждать. Настоящая научная информация должна была начать поступать не ранее середины дня. Мы ожидали начать ее принимать около 17.25 по Гринвичу, поэтому мы все сидели в главной комнате управления шутили и спорили, люди были возбуждены и много говорили. Время подходило, мы смотрели на экраны, я заметил, что появилась напряженность. Я просто слушал разговор по голосовой связи и что-то убедило меня, что была пропущена команда, и я знал, что для нескольких приборов возникнут технические неполадки, у нас, возможно, возникнут системные проблемы и мы потеряем часть информации. Атмосфера накалилась до предела, после действительно хороших новостей, и мы знали, что сам зонд работал, мы потеряли данные? 17.25 наступило и прошло, а на экранах абсолютно ничего. Я помню, как пересохло у меня во рту, а в комнате стало очень тихо. Быть может я ошибся со временем, мои часы не точны, и в первую минуту все не так волновались, но потом напряжение в комнате возросло. У меня возникло предчувствие, что 17 лет пошли насмарку. С нашим зондом что-то случилось, парашюты не раскрылись, зонд сгорел, передатчик сломался. Я реально представил нас смотрящими на темный экран. А потом, думаю примерно на шесть минут позже, чем мы ожидали, вдруг прозвучал крик, я взглянул вверх и увидел, что на экране передо мной одна из колонок, где мы ждали информацию заполнилась. Настоящая информация, поступившая с Гюйгенса. Увидеть экран заработавшим стало громадным облегчением. Можно было почувствовать как в комнате спала напряженность. Люди смогли увидеть информацию о различных аспектах спуска, стало возможным узнать на какой скорости мы опускаемся. Спустя немного времени, кто-то сказал, что прошло уже два часа, мы уже должны близко подойти к поверхности. основной задачей моего прибора МИП было измерить, как долго мы продержимся на поверхности. Изначально нам сказали рассчитывать только на три минуты на поверхности, поэтому мы спроектировали его выполнить все измерения за это время. Если бы мы не достигли поверхности за 151 минут, то вышли бы из поверхностного режима, что было бы ужасно, потому что мы потеряли бы очень важную информацию, а зонд опускался гораздо медленнее, чем кто-либо ожидал. Я могу получить данные о состоянии МИП? "Номинальный статус B, думаем, мы на поверхности." В конце, после приземления, у нас оставалось всего три минуты. Я подошел к обслуживающему персоналу и услышал, что данные получены, поэтому я вернулся к моим коллегам, я хотел информацию. она была на флэшке, и я кричал: "У кого флэшка, дайте мне флэшку!" Я прибежал в лабораторию, все собрались вокруг одного монитора, как только я вошел, то сразу начал спрашивать, получили ли мы уже информацию. Экран ожил и мы увидели, что все сенсоры работают. Мы получили прекрасный блок данных и парни были счастливы. В комнате бушевало море эмоций, и я должен сказать, что в определенный момент я отошел в угол и. Я заплакал, думаю, из-за всех тех впечатлений после стольких лет. Мы через столько прошли вместе. "Итак, мы первые, побывавшие на Титане, и научная информация, собранная сегодня, откроет все секреты" Несколько человек смотрели на поступающие данные и данные по проницаемости, и в самом начале сообщения был одиночный острый всплеск. Мы попали на что-то жесткое, как если бы мы опустились на снежный наст, а затем, вещество под нами стало гораздо мягче и мы прошли через него без особого сопротивления. Нам предстояло сделать сообщение для Джона, чтобы представить его на пресс-конференции позже вечером, о возможных вариантах и мы написали что-то такое: "Ну, это может быть похоже на плотный снег или вязкую глину, но вначале был всплеск, так что, возможно, там корка." И один человек из моей команды, предложил альтернативную аналогию из-за возможной корки, что это крем-брюле, но я не думаю, что такое появится в наших статьях. А прессе понравилась и в журнале Nature за ту неделю появился заголовок: "Группа Титана решила, что это просто пустыни с поверхностью из крем-брюле", или что-то типа такого, так что это оказалась хорошей пиар аналогией. Мы можем сообщить, что МИП собирал информацию в течение 3 часов 37 минут.

Это никак не связано с научными или инженерными делами, но кто-то из вас мог слышать, что в момент столкновения наша группа заключила пари, должен сказать, я был несколько удивлен, что мне удалось выиграть пари, а призом была очень, очень старая бутылка Шотландского виски. была нами выпита в 2.30 в то утро. Джон поспорил, и не угадал всего на 10 секунд для спуска в два с половиной часа, почти магия. О нет, это было совершенно правильно. В смысле, он был лидером, человеком, сделавшим все это. Не проходило и дня с момента начала проекта, чтобы я не пытался представить себе на что похожа поверхность Титана. Помню, несколько первых изображений, увиденных нами, были просто поразительны. Мы увидели два ландшафта, покрытых чем-то похожим на русла рек. Теория о том, что на поверхности Титана есть жидкость оказалась верной, увидеть такое было просто невероятно, мы были первыми, увидевшими это изображение. Еще мне пришло в голову, что это очень похоже на Землю. Это выглядело как Аризона, как Французская Ривьера. Все было очень знакомо, и мы совсем такого не ожидали. А потом мы увидели снимок места высадки, области вокруг зонда. Все место было усеяно галькой, и я просто не мог поверить, что наш зонд, так хорошо нам знакомый, и мои драгоценные приборы на его борту на самом деле тихо и спокойно сидят Что мы узнали, так это то, что поверхность Титана очень разнообразна. В деталях она весьма похожа на Землю. Теперь мы абсолютно уверены, что там есть озера и моря из жидкого метана. На Титане происходит множество различных геологических процессов, формирующих его поверхность. Мы многое узнали об атмосфере. Там есть стратосфера, тропосфера, на Титане есть погода. Мне кажется, мы наглядно показали, что сфера наших знаний расширилась за пределы Земли. Наши роботы опустились на поверхность Титана. Мы доказали, что способны на это. Это часть процесса освоения мира, которым, по моему мнению, мы всегда занимались. Это часть того, что делает нас людьми.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Быть может из искусственной птицы.

Вся семья в сборе. >>>