Христианство в Армении

Ситуация совсем не радужная для американской команды.

Как команда на выходных сыграла? — Хорошо, ага, мы выиграли. — Дрочила. Сэм, доброе. Как дела? Ну, диджеи, с какого диска начнем день? Шаткий Рон или может Саймон Фостер? Вечерняя передача Эдди Мейра по Би-би-си.

А сейчас ко мне присоединился Саймон Фостер, министр по международному развитию. Вы на посту полтора года. Как считаете, есть ли какие-нибудь успехи? Да, думаю, есть. Полагаю, вы ожидали такого ответа. Ты координируешь пресс-релиз «Цели тысячелетия»? Прошу, координируй Там министр? Что-нибудь слышно от Малколма по поводу вчерашнего интервью? (Саймон Фостер, министр по м/н развитию) — Не, пока ничего. — Наверно он не слышал. — Или умер. Мог и умереть! Мог наконец заработать приступ, к которому так стремился. Диск был в блядской корреспонденции. Предотвращаемые болезни во многих беднейших странах мира. И, конечно, одна из важнейших — это понос. А, понос. И это министр по международному развитию. Он должен говорить про посылках с едой, а не про блядские жопораспыляющие беды. Поэтому, если возьмемся за простые проблемы, как понос, тогда мы. О, опять сказал. Да, просто прекрасно. Это что, прогноз говноды? будем надеяться, так мы еще раз ударим в войне против предотвращаемых болезней. — Вы упомянули слово «война». — Аккуратней, Эдди. Против предотвращаемых болезней. Сейчас все указывает на военное вмешательство США на Ближний Восток. Вы так думаете? Ну, лично я думаю, что войны не предвидится. Сэм. Сэм! — Не предвидится? Нет, ты так не думаешь! Сэм, я поехал в международное развитие, оттаскать, блядь, Саймона Фостера за гриву. Он не говорил «не предвидится». Ты может и слышал, но он не говорил так. И это факт.

Теперь он потребует, чтобы ты сдал назад с этой фигней про «не предвидится» сегодня на «Времени спрашивать». По поводу «Времени спрашивать». Знаешь, там в конце смешной вопрос задают? Думаю, надо его сейчас заготовить. Я хочу выделиться на смешном вопросе. Я смешной парень, легким движением. Тут вот парень, занимается недвижимостью по-крупному. Купил остров в Тихом океане. Может что-то вроде того. Если бы вы провели остаток жизни на пустынном озере, кого бы вы взяли с собой? Так. Я не могу назвать жену, потому что ее нет. Не могу назвать подругу, потому что ее тоже нет. — Не называй Манделу. Это. — Не, не, скучно. И мужчина. Или Киру Найтли. Неплохая идея. Разврат. Секс. Министр. Народ не поймет. Да вряд ли. Вытащил белье из стиралки? — Что значит «нет»? Нет, не вытащил белье из стиралки. — Белье залежится. — Да все отлично.

— Не отлично. — Отлично. Я одену залежавшиеся штаны. Не хочу, чтобы со мной ходили в залежавшихся штанах. Вот опять. Я могу и без штанов. Не думаю, что в правительстве одобрят. Ничего не забыл в свой первый рабочий день? О, да, все со мной. Могучий интеллект и яблоко для Саймона Фостера. В смысле, Саймон «Тостер»? Не называй его так. Я работаю над его имиджем. Вчера на радио он обделался по полной. Пищал, как цыпленок, ужаленный в жопу. Дай неделю и с моей помощью он будет пищать, как цыпленок, не ужаленный в жопу. Удачи в министерстве иностранных дел. Постарайтесь не доставать Россию. — Увидимся. — Увидимся. Позже позвоню. Не выключай телефон. — Берегись. Машины. — Да ну? Спасибо. Полезный. Да, вперед, печатай «не предвидится». Слышь, представь, я расскажу твоей жене про тебя и Анджелу Хини на конференции в Блэкпуле. Как лучше: по мылу, телефоном или еще как? Я напишу на торте! Мелкими серебряными шариками. «Твой посредственный супруг изменил тебе 4 октября. и поздравляю с рождением ребенка». Ага, может лучше ее отложить, ага. Ладно, заебок-пока. Ты отложил лазанью? Да конечно, она в холодильнике. Пленкой обмотал и все такое. Пленкой-то зачем? Чтобы не испортилась. Для того пленка и нужна. Нет, не хочу сдерживать. Она бы засохла. Дилетантская ошибка. Да не буду сдерживать. Чего он ждет, смены блядского пола? Не канцерогенная. Что, Саймон Фостер? От пленки рака не бывает. «Понос пустого места». Мне нравится. — От фольги. — В связи с этим. у тебя будет СПИД, а от лазаньи — сифилис. — Да ничего. — Сам расслабься! Боже, кто там? «В теме» — Брайана ко мне, блядь! Если не найдешь блядского Брайана, я сам подойду. Захерачу тебя в джакузи и залью говном, пока ты нахуй не утонешь. — Пэрис Хилтон. — Ты серьезно? — Лили Аллен. — Не, никаких женщин. — Близняшки Олсен. — Спасибо. — Кто там? — Малколм. Пришел к тебе. — Ой, бля, он еще жив. — Когда он придет?

— Сейчас. И не говори, что не подготовился, я тебе заранее звонил. Дай нам минуту поболтать, дорогуша? Словами позднего великого Ната Кинг, блядь, Коула, «не предвидится» — вот кто ты. Это что за чувак? А, знаю, кто он. Ты же Дэн? — Дэниел? Новый советник? Тоби. А, прости за «Дэна». Вас парней часто зовут Дэнами, так что есть смысл. Я, кстати, Джуди. Джуди Моллой. Помощник по связям с общественностью в международном развитии. Здесь так каждое утро? Министр наговорил ерунды во вчерашнем интервью. — Ерунды? — Да. Ерунды. Да ладно, Малколм, он же спросил. личное мнение. Что говоришь? Спросил тебя. Да, блядь, точно. Это все объясняет. А если бы попросил рожу закрасить, или пин-код назвать, или себя обосрать, ты бы тоже согласился? Закрасить, да. Это ж на радио, никто не узнает.

Отлично. Ну войны же не предвидится? У нас другой курс. Следуй, блядь, курсу. К нам тут Карен Кларк приезжает из Вашингтона. Понаехало столько ебанатов из Пентагона, что они скоро переворот устроят. — Министр. — Не сейчас, любимая. — Я занят. Съеби. — Это Тоби. Тоби, привет. Рад, что дорвался. У нас несколько необычное утро. Добро пожаловать в дурдом. Извини за Малколма. Не надо за меня извиняться. Извиняйся за себя. Разве я не сказал тебе съебать, а ты еще здесь? Верно, да, еще здесь. Привет, внутриутробный. Первый урок: я приказываю съебать, что ты делаешь? Сваливаю? Далеко пойдешь. — А теперь съеби. — Хорошо. Мы с Джуди считаем, что я сегодня могу сдать назад на «Времени спрашивать». Тебя не будет на «Времени». Приглашение отменено. — Мы готовились ко «Времени». — А мне почему не сказали? А какого хера я должен тебе говорить? Я тебя уже дважды сказал съебать. Это запланированное появление в СМИ секретаря данного департамента, что попадает в мой кругозор. — В твой кругозор? Здесь, блядь, что, костюмированное представление эпохи Регентства? Это государственный департамент, а нихера не роман блядской Джейн Остин. — Малколм. — Позволь нацепить изысканный чепчик на твой кругозор и заткнуть сральник смазанным конским хером. Твои ругательства меня не впечатлили Мой муж работает на «Тауэр-Хэмлетс», и, поверьте, на фоне тамошних детей ты говоришь как. Анджела Лэнсбери. Она замужем? Несчастный ублюдок. Малколм, минуту, смазанный конский хер Джуди, ты имеешь ввиду, мне больше нельзя выступать в СМИ? Верно. До тех пор, пока ты не научишься следовать курсу. Я собирался следовать курсу. Собирался сказать, я не думаю, что война не предвидится. — И что тогда? — Не знаю. Предвидится? Нет. Нет! Без всяких «предвидится». Это, блядь, как войну объявить. Ты, блядь, войну собрался объявлять? Я — правительственный министр. Я ж сюда попал не за провалы на всяких интервью. Запиши. Не «предвидится» и не «не предвидится». Значит, не «неизбежная», но и не. И следовал ты бы, блядь, курсу. «избежная». Эй, ты, вкури этим с Би-би-си, что если опять застанут министра врасплох вопросом про войну, я на них бомбу скину. Разве можно? Это ж политика. Это не влазит в твой кругозор, Мария-Антуанетта? Может тогда пойдешь нахер в свой Крэнфорд играться с чаем, тортиком, и конским хером. Ну, нахер! Эй, ты! Рон Уизли, ты займись. Не, не, не волнуйся за канадцев, (Майкл Роджерс, помощник по вопросам дипломатии) — Они туда с радостью. Да, они всегда удивляются приглашению. Мне позвонить Тоби по поводу Саймона Фостера? Да, это мысль. Нет, это я не тебе. Поверенного от Анголы сюда. Ну, оторви его от футбола. Как дела? Нашел сортир? Слегонца. маниакальный. Такого в минсельхозе не было. Народ особо не потеет за пшеницу. Прости, Майкл, ты бы не мог сделать чуток потише? Немного. раздражает. Чертова музыка. Это, я тут тебе соломинку протягиваю. Ага. Думаю, мы сможем направить Саймона Форстера с Карен Кларк к трем. Карен Кларк? Это та, которая плавала вокруг Британии по поводу лейкемии? Не, Тоби. Карен Кларк, заместитель госсекретаря США. А, верно, Карен Кларк. Отлично. — Майкл что-то сказать. Его начальник едет на встречу в качестве мяса. Сидеть молча. Просто для массовки. Американцы не воспринимают встречу всерьез, пока с каждой стороны не будет по 30 человек, так что его берут для веса. Он там не при делах, но присутствовать будет. Честно говоря, я ему такое не скажу. — Ладно, дорогой, я пошла. Люблю. — Ага, взаимно. По этому вопросу договорились. Ладно, дорогой, береги себя, пока. Можно мне обратно включить? Ты же вроде на половом здравоохранении? Иронично вышло. Так, Тоби, короткая экскурсия. — Наверное мне надо. — Это Майк. Ту половину оставь Майку, он знает, что делает. — Так ведь, Майк? Именно. Он идиот. Слушай, я понимаю твою враждебность к новой метле. Прости, боюсь, экскурсия подошла к концу. Есть куча важных людей, о которых тебе следует знать, но я должна. — Тоби, привет. — А, босс. Извини за сегодня. Малколм. — Тот еще альфа-самец. я тут. — Не садись на стол Анны. — Прошу прощения. Мне удалось пробить тебя на важную встречу в МИДе. С Карен Кларк? Правда? Бля. Как тебе удалось? Я проделал чертовски сложную работу. — Джуди? Тобс тут поставил меня на важную встречу с Карен Кларк. Важно «подставил». Какое достижение! Кстати, как ты слово произносишь? По-ста-вил. А, ладно. — Только это. Между прочим, можно подумать, когда мы зайдем, вес встречи. — Может Джуди подождем? — Конечно. Майкл, привет. Здравствуйте. Добро пожаловать. — Майкл? Я — Чэд. Мы хотели бы, чтобы участники сидели в виде двойной подковы. И островок для мисс Кларк. И островок для делегации из Пентагона. И, очень прошу, мы настаиваем на присутствии газированной и негазированной воды. — Это все? — Ага, все. Спасибо большое. Не за что. Ух, кто это? Молодой Лэнкенштейн? Поди, отвечает за что-нибудь сравнительно важное. В Вашингтоне одни дети. Как Багси Мэлоун, только пушки у них настоящие. Спасибо всем, что посетили переходный англо-американский форум по средствам. Отдельно рад приветствовать. Тебе как оттуда, видно? — Ну, в общих чертах.

— Может тогда поменяемся? (Карен Кларк) — Я не заинтересована в консенсусе в вопросе предпосылки, что военные действия есть неизбежный и основной вариант развития событий. Данный документ, разработанный одним из моих помощников, Лайзой Уэльд. Лайза, надеюсь, ты не против, если я выдвину этот документ. Если быть точным, это не мой документ. В том смысле, что именно вы запросили добавить. Мисс Уэльд очень скромная, но это ее документ. Она выделила несколько причин, почему мы не можем допустить развертывания в течение года. Я должен что-то сказать? Она ж меня пригласила. Надо что-то сказать. Если не скажу что-нибудь в первые десять минут, тогда может вообще ничего не скажу. Очень сомневаюсь, что тебе стоит говорить. — Не, должен сказать. — Нет, Саймон, не надо. Не оттягивай мою руку. Комитет считает возможным скорое развертывание. Какой комитет? Вопрос обсуждался в ряде комитетов. — Если я назвал один комитет. — Назвал. тогда я оговорился. Потому что вы случайно сослались на тайный комитет, военный комитет? Если позволите. Я так понимаю, мы сильно ограничены во времени. Лайза, ты не знаешь, Линтон собирал тайный военный комитет? — Нет. Без понятия. — Узнай. Думаю, следует отметить, что министры в британском правительстве, как наш коллега, Саймон Фостер, четко заявили, что в настоящий момент они считают, что войны не предвидится. Верно, Саймон? Так. Так я сказал. И я придерживаюсь своих слов. Это не значит, что мои слова не изменятся. в будущем. Они не неизменчивы, но и не изменчивы. Они. Они. Они преобразуются. Полагаю, существуют сферы для обоюдного обсуждения, которые мы могли бы рассмотреть, а затем, если останется время. — Джуди, ты не передашь? (Саймон ведет себя как здоровая сиська) Да, хорошо, спасибо. Сюда. Поговорим. В смысле: «Не будь сиськой?». В каком смысле я сиська? Зачем я вообще пришел? Ты просто мясо для кабинета, Саймон. — Мясо для кабинета? Какого хуя, Джуди, я потратил целый час, чтобы приехать и побыть кабинетным мясом. Да, но лучшим куском, не какими-нибудь потрохами. Ну, отлично. Я не печёнка. Я кто, мясо сиськи? Ну, нет, я просто. Ладно. Возвращаемся. — Здоров, Лайза. — Здоров. Просто хотел поздравить. Твою работу упомянули в важной ситуации. Ты, поди, возбудилась, когда Карен упомянула ее. Ага, ну это, знаешь, ее ход. Не мой.

Вряд ли в твоих силах написать работу, которая еще больше противоречила бы текущей ситуации. Похоже, ты не очень старалась. — Я не старалась! Будь уверен.

— Ты как женщина в «Омене». Дала жизнь демону, и теперь он тебя убьет. А ты походишь на ребенка из «Омена». Слушай, ты же единственный ребенок? Не понимаю, как ограниченные репродуктивные способности моих родителей могли негативно сказаться на мне. Я же сперма из которой что-то получилось, так что. — Лайза. — Меня зовет наш босс. — А, отступаешь. Увидимся. — Ага, развлекайся сам с собой. Развлекайся со своей хрупкой карьерой. Что там происходит? Вроде что-то важное. Зубы просто убивает. Они крошатся? По-моему, вон тот всегда был там? Скол на защитном покрытии. — Не смотри долго на зубы. — Ой, прости, прости. — Просто так неожиданно. — Лайза! Тоби! Привет. — Привет! — Позвони! — Ладно. Лайза Уэльд. Получала стипендию Кеннеди в моем колледже. — Я на нее тогда глаз положил. — Да, могу представить. Честно говоря, думал, она меня не узнает. Это побочный эффект «Рогипнола». Линтон собрал тайный военный комитет. Я знаю. То есть Линтон же абсолютно ненормальный, Лайза. — Он опасен. — Нехорошо. Голоса в его голове уже поют квартетом. Я очень, очень надеюсь, это не война. Будет просто кошмар. И так дохера проблем с Олимпийскими играми. — Министр? — На пару слов, сэр? Вот шанс обозначить курс. Хочешь обозначить курс? Не, я в вольном стиле. Здрасьте всем. Привет. Значит войны не предвидится, министр? Слушайте, есть куча вещей, которые очень близки и, в то же время, не предвидятся. Для самолета в тумане гора. не предвидится, но в один момент она становится ощутимой и неизбежной. Это ваше личное мнение или такова позиция правительства? Гора в моей метафоре — это совершенно гипотетическая гора, которая может олицетворять что угодно. Итак, кто — самолет, и кто — гора? — Правительство блуждает в тумане? — Я лишь говорю. чтобы идти дорогой мира. иногда надо быть готовым забраться на вершину конфликта. Спасибо большое. Спасибо. Все, леди и джентльмены, спасибо.

Бля, бля, бля, бля, бля, бля, почему мы не обозначили курс? Саймон, я тебя предупреждала. Ага, предупреждала, но не остановила, так что ли?

Не могу же я тебя на землю повалить. Все равно что кричать «Поезд!», когда поезд уже кого-то сбил. Надо кричать: «Поезд! Там, блядь, поезд!» — Блядь, это Малколм. — У меня тоже Малколм. Как он умудрился? Саймон, мне не нравится узнавать новое о членах правительства из выпусков новостей, кроме случаев их смерти. Сюда немедленно. Британское правительство должно быть готово забраться на вершину конфликта. Пока неясно, разделяет ли его взгляды премьер-министр. Может стоит предъявить. Намекнуть, что война — причина для отставки. Нельзя называть причину отставки, иначе придется уходить.

Знаешь, а у тебя отличный первый день. Ты должен быть министром! Должен быть офицером! Не надо только, блядь, вонять. Давай без показного унижения? Ты знаешь, что я против войны. Ты против войны? Поэтому сказал забраться на вершину конфликта? Ты в курсе, как завернул? Охуенно нацистская Джули Эндрюс. Я просто говорю, что буду вынужден воспротивиться. Воспротивиться? Так, «The White Stripes», вышли отсюда. В «The White Stripes» только два участника. Я тобой восхищаюсь. Правда, я тобой восхищаюсь. Воспротивиться. Я вынесу, я могу сказать премьеру, что ты. ты не поедешь в Вашингтон? — В Вашингтон. Видишь ли, премьер хочет. То есть хотел, чтобы ты оценил там ситуацию. Проблемы, с которыми мы столкнемся, если на Ближнем Востоке начнется бум-бум. А, ладно. Но, понимаешь, ты ведь уже вынужден? Вынужден воспротивиться, так что. Да ладно, Малколм, мало ли что я сказал в разгар спора. Наверно в каком-то смысле да, я вынужден, но важно следующее. Я вынужден. Но я еще не решил. Иисус на автобусе. Не будь таким ссыклом. Нет, я решительно, но только вынужден.

Так, ладно, когда поедешь в Америку, поговори с Карен Кларк из госдепа, ясно? — Ладно. Попытаю судьбу. — Держись подальше от Линтона Барвика. Он подталкивает к войне. Я им займусь. Он прижимает бумаги боевой гранатой. И это не выдумка. Ух, я с ним говорить не буду. Поменьше там болтай, тебе же лучше будет. (Госдеп) Итак, Лайза, приоритеты: душ, устроить меня к Линтону на военный комитет и найти зубного врача. Порядок можешь поменять. Душ будет позже. Чем Линтон занимался, пока нас не было? Объявил войну Калифорнии? (Линтон Барвик, заместитель госсекретаря по вопросам политики) — А, Карен. — Как Лондон? Встречи? — Хорошие встречи. Интересные у нас обсуждения были, я думаю. Спасибо огромное, я тебя потом почитаю, когда дойдут. Спасибо огромное, Карен. Хм. Боб. Ничего ты не почитаешь, Линтон. Чэд идет? Чэд? Нет, он наверно отчаянно пытается выскочить, болтается около кабинета Линтона, старается попадаться на глаза. Для того и одел бюстгальтер, увеличивающий объем. Ты заметила? — Заместитель госсекретаря, здрасьте. — Брэд, как ты? — Да, да, точно. — Можно мне?.. — Ага, еще как. Так, смотри, военный комитет. Вот что ты должна сделать. Поищи десятку по-дурацки названных комитетов вне исполнительного органа. Ведь Линтон не назовет его «Большим страшным военным комитетом». Он скроет его под названием «Различная стратегия». Что-нибудь смертельно дурацкое. И найди мне генерала Миллера из Пентагона. Зубы болят. Чертовски болят зубы. По-правде говоря, достали уже твой зубы. Здрасьте. Я интересуюсь состоянием документа, распространенного одним сотрудником. Называется. «Послевоенное планирование. Характеристики, последствия и альтернативы». Автор. автор вроде Лайза Уэльд? «Пэп-хвэп»? О, боже, уже присвоили акроним. Знаешь другой акроним? «Ум.» Твоя карьера. Боже ж ты мой, не понимаю, за что так любят прозрачные кабинеты? Прозрачный кабинет, по моему мнению, для извращенцев. Попросить припудрить стекло? Пудра для тортов. Так, что еще было в Лондоне? Э, в основном положительные вещи, но и два затруднения. Да ну, какие? Карен махала отчетом одной из своих сотрудниц. Очевидно, пытается выставить его как шлагбаум. Называется «Пэп-хвэп». — Пэп чего? — «Пэп-хвэп». Это отчет, как птичек манить? Оно вообще про что? Не могу вспомнить. Основан на фактах. Разведка за и против вмешательства. Все необходимые факты уже есть. Больше фактов не надо. На земле правы, друг мой. человек с единственным фактом — король. Ты еще о чем-то говорил. О чем? На встрече с МИДом был случайно и кратко упомянут комитет. Какой комитет? Военный комитет, сэр. Так, Карен не должна знать. Возбужденная тявкающая собачка.

Придержи протокол. Надо подправить бумагу. — А можно? — Да, можно. Протокол будет нашим aide-memoire. Он должен быть не сокращенной записью уже сказанного, а более полной записью того, что намеревались сказать. По-моему, так будет точнее, как думаешь? — Хорошо. Эта часть мне не нравится — вырезаем. Есть, сэр. Эту давай обратим. Здесь Карен говорит, сэр. Ну, неправильно же, так что изменяем. — Есть, сэр. — А. А вот здесь мне нравится. Спасибо, сэр. Скажем, с данным пунктом все согласны. Итак. Из аэропорта тебя заберет машина. Убежден, ожидается весьма хорошая машина. Вопросом занимаются американцы. У меня лишь номер для связи. Чему она так охуенно радуется? Наверно, личный звонок. Почему жалюзи управляет она? По-моему. Я правительственный министр и не управляю собственными жалюзи. Я мог бы заказать жалюзи? Хорошие такие, тяжелые занавески с фестонами и ламбрекеном. Да, займись. Пойдем со мной? Так, смотри. команда на США, команда Саймона. Я подумываю взять тебя и оставить Джуди. Определенно я справлюсь. Плюс она слегка, ну, понимаешь. «Все дерьмовенько, а?» Типа того. Ага, верно. Или так: «О, так вы президент, и это должно меня впечатлить?» «Мой муж работает на «Тауэр-Хэмлетс». Мя-мя-мя».

«А это посложнее, чем быть президентом». Ага. Ладно, уладили. Хуй с ним, пусть остается. Иди скажи ей. Это отвлекает нас на другие вопросы. По-моему, я как всегда обозначил все, что мне нужно обсудить, Все, к чему ты подготовился. О чем ты? Что происходит? Я так понимаю, ты организовал новый комитет, Линтон. Как он называется? С чего ты взяла? Его упомянули на встрече в Лондоне. Ты наверняка ослышалась. Нет. Ослышалась на слове «комитет»? Вероятно, звучало другое слово. Как, скажем, авторитет. — Вы заседали на новом авторитете? — Не исключено. Слов много. Табурет. Иммунитет. — «Итет?» Нет такого слова, Боб. — Квинтет. — Спасибо, Джеймс.

Давай назови мне прямо сейчас все комитеты, в которых ты на данный момент заседаешь? Прости, Карен, но ты. у тебя кровь из зуба. Дай гляну. Святая мать. Не пытайся сменить тему. Простите, все. Прошу прощения. Не обращайте внимания на кровь. — Мы не закончили. — Как не обращать внимания? Не хочу показаться грубым, но это чуток омерзительно. Простите. Извините. Лайза, за мой, ты мне нужна. Чэд, останься. Иди, Баффи, теперь ты принадлежишь королеве вампиров. — Лайза. О, боже. Бля! Он там один. Не терплю, когда у женщины из зуба кровь течет. Напоминает мне кантри, от которого меня воротит. Эта чушь лишь радиоволны засоряет. — Слушай, нам надо. — О, боже мой! — Очень плохо. Очень. — Мне нельзя ни к чему прикасаться. — Они не шутили. — Надо остановить. — Есть прогресс с комитетом? На самом деле, я сократила поиски до двух. Один комитет по целям и стратегии выравнивания. Другой — комитет по планированию будущего. Точно не первый, потому что его зозвала я. Неужели так по-дурацки звучит? Мне казалось, я выбрала хорошее название. Так, нет. название хорошее. Тогда выясни, на самом ли деле комитет. планирования будущего. Выясни, оно ли. Ладно, я могла бы тогда выяснить. Ты не будешь кричать, если я схожу выясню?

Я не чудовище, Лайза. Не надо вести себя, будто я какое-то чудовище. — О, привет. — Привет. Я вообще сказать, у нас там случился глупый типа конкурс «мужлан месяца в кабинете». И я просто не хочу, чтобы ты принял его на свой счет, — ну или типа того. — Не, ничего. А Карен знает о комитете по планированию будущего. Без понятия, о чем ты. Прощу прощения. Комитет по планированию будущего — то самое. Вашингтон, округ Колумбия Охуенно. Не будь юнцом, Тоби, мы тут по делу. — Сюда, джентльмены. — Спасибо. Вот это охуенно. — Забил машину? — Я? Нет. Джуди забьет машину. — Привет. — Что за херня! Интересуюсь, что там у нас с машиной? Забить машину — работа Робби, твоя работа — проверить. Очевидно. Она что-то напутала. Я так думаю. — «Саймон Форестер». Спасибо огромное. «Правительство Англии, Саймон Форестер». Меня зовут Саймон Фостер, правительство Британии. Гэв, я, блядь, в кортеже еду. Тут еще шлюхи должны быть, ну ты понимаешь? Вот здесь. сейчас. — Желаете девочек? — Нет, нет и нет. Ни в коем случае. Простите, никаких шлюх, я пошутил. Ненавижу шлюх. Не в смысле агрессивно, но, не надо, спасибо. Странный отель. Похож на ангар для бизнесменов. — Уже получше? — Ага, большой. Да только занесите, отлично. Тобс, у тебя есть д. Я еще не нашел автомат, так что. у меня только английские. То есть, я полагаю, английские деньги здесь. Так и так, простите, это. Обычно по доллару за чемодан. О-о, вон Капитолий, видно через то окно и вон то дерево. Формально, у нас номер с видом на Капитолийский холм. (Генерал Джордж Миллер, главный военный заместитель, Пентагон) — Извините. Здорово. Как дела? Я что-то сказала? Уже месяц не виделись. Давно не было так приятно. Спасибо. Красавица. Ох, спасибо. Уверена, ты говоришь это всем девушкам. Говорю. и некоторым солдатам тоже. Поэтому и не нужна тебе должность, развратник. Да ладно, не верь всякой херне. Не целю я в ту должность. Я просто пытаюсь работать иначе. Поэтому ты мне и нравишься. Я в курсе твоих заморочек с образованием, обеспечением жильем. — Дамское белье. Животные. — Ну вот опять. Я же забыла. У тебя по-прежнему аллергия на собак? Да, да, встаю утром, глаза закрыты, голова распухла, и выгляжу, как здоровая мошонка. О, мой бог. Ты в курсе, что для таких болезней есть современные лекарства? — Хотя красивая мошонка. — Спасибо большое. — Как дела в Пентагоне? — Немного штормит. Достаточно серьезно обсуждается вторжение. Здесь есть, где поговорить? — Не знаю. — Наверняка есть. — Я здесь не живу. — За мной. — Вон туда. — Незаметно уходим. Вот подойдет. Ее дочери сейчас нет, она сказала. — Здесь? Хотя не знаю, что мы скажем, если кто-нибудь зайдет. Не, мне сейчас не до оправданий. Мне тоже, мне тоже. — Иди сюда. Осторожней, не раскидывай ничего. — Это ж игрушки. — Присядем. — Итак. Недостаточно солдат. Абсолютный минимум для Европейской территории. Дальнего Востока, Азии. — Столько есть у нас? — Да, всего там. Кроме того, у нас уже развернуты непредвиденные.

Ладно, я. Я потеряла нить. Минуту. Ну его на хуй. Отлично.

Генерал, ваша военная аппаратура впечатляет. Ага, ну, уже нет. — Вот это складываем. Итак, вот количество солдат в распоряжении для вторжения, согласно этим цифрам. Нет, 12. 12 солдат. Да не гони! Да гоню. 12 тысяч солдат, 12 тысяч, но их недостаточно. Столько погибнет. А в конце войны несколько солдат должно остаться, иначе все выглядит так, будто ты проиграл. Пока-пока. Знаешь что? У меня сегодня встреча с бритами. Парнем по имени Саймон Фостер. Что за Саймон Фостер? Парень, который публично заявил, что война «не предвидится». Мне кажется, он пригодится на военном комитете.

Он превратит инакомыслие в международное. Используешь его как мясную марионетку? Тобс. здоров.

Чем займемся. вечером? Займемся вечером? Да, к чему мы, мой. мой старший помощник? Да, то есть я вообще думал, что вечером мы наверно чуток устанем.

Не, я устал. Но я же политик, Тоби, прибывший на политическую кухню мира на 48 часов, и, по-моему, было бы неплохо куда-нибудь выйти, а не сидеть в номере, шлепать друг друга под документалку про акул, потому что, если я буду смотреть порнуху, это в итоге окажется в реестре интересов членов парламента. Так что, какие предложения? Да, что у меня? Пока есть. Там под дверью брошюрка на веселый часик в баре, если интересно. Еще у меня есть телефон парня, с которым я учился в универе, он сейчас на Си-эн-эн. — Ты где? — Я машу тебе. Не вижу, маши активней. Я почти у тебя на голове, я иду к тебе, вот что сделаю. Теперь положи сотовый. Да запросто.

Так, мне нужно идти. Набери человека Саймона Фостера. Пригласи их на военный комитет. Я встречусь с ним лицом к лицу завтра часов в десять. Кофе с плюшками. Чай. Они любят чай. «Чай и симпатия», чай и подрочить, как угодно. неизвестный факт о молотоголовых акулах, например, об их спаривании. Определенно женские особи выделяются. Привет, Тоби, какие планы на вечер? О, вечер так насыщен. Вообще-то мы. Ухаживания весьма жестоки. Самец бьет самку, пока она не уступит. Военный комитет — это круто, Лайза. Ну, я и раньше бы на комитетах, «Проблемы на сырном рынке» — вот, например, крупный. Ага, боже. С радостью выпью. Через 40 минут будет идеально. Пока. Пока. Пока. — Мэтти, как Си-эн-эн? — Отлично. Не могу, друг. Утром Лайза Уэльд берет нас на комитет по планированию будущего. Между нами, военный комитет. Ты о чем? Комитет по планированию будущего и есть военный комитет Линтона. Ты в каком Си-эн-эн работаешь, который мультфильмы показывает? Заходи. Не ждал тебя здесь. Физически. Разумеется, ты всегда в моем сердце. Здесь, там, я, блядь, везде, я — яичный человек. Ты приехал оскорблять меня в другом часовом поясе? Ага. Извини. Я ухожу, пропущу с ней пару стаканчиков. Нет. Ты ошибся дверью, дружок. Маленький Тоби сегодня останется в своем гамаке. — Саймон, я пристроил нас на. — Здоров. Иисусе, охуеть, Малколм.

Ты вроде должен обосраться там, а не здесь. На завтра я пристроил нас в комитет по планированию будущего. Шикарно. Что за комитет? Военный комитет. Чего? Настоящий военный. настоящий военный комитет? — Кто будет? — Карен Кларк, Лайза Уэльд, я и Саймон. Саймон и я. А кто еще будет в комитете, кто они? Джимми Осмонд, Гвинет Пэлтроу? Это отвлекающий маневр. Настоящий комитет собирается в Белом доме.

Я отправлю тебе подробности, а сейчас мне надо бежать на встречу с людьми из госдепа. Не выложи это прессе, ага?

Никому не говори. Если журналисты пронюхают, что где-то военный комитет, даже если из настольной игры, все городские мудаки припрутся и будут рваться на встречу. В каком гей-баре ты бы ни завис, держи рот на замке. Я же смотрел. Ага, ну, а с тобой мы сейчас поговорим. Ты мог бы накинуть свое неглиже. — Видишь вон там, рядом со сценой? — Ага. Там в основном сотрудники Белого дома, стажеры сенаторов.

Вечером они яростно беснуются, а завтра вернутся на Холм обсуждать законопроект о сокращении шума. — Эта твоя или моя? — Не знаю, у меня три. Одна из них твоя. Похоже на жидкость, которую. вы зовете серу жидкостью?

Нет, не жидкость, скорее. — Очень личное. — Скорее выделение. Да, выделение. Карен захочет, чтобы ты повторил «войны не предвидится». А Линтон потребует от тебя фразу «забраться на вершину конфликта». Ты же молчи, понял? Держись в стороне, а то я буду держать в стороне твой глаз. Ладно. Можно мне теперь поспать, пожалуйста? Не, не. Мы будем сидеть здесь и репетировать молчание. Меня пытают? Ты какая-то озабоченная. Это из-за работы, которую я написала для Карен. Называется «Пэп-хвэп», о войне. «За» и «против», и у меня вышло слишком много «против». Я охуенно озабочена. моя карьера под ударом. Мне показалось, что ты озабочена, потому что ты выглядишь озабоченной. Но, знаешь, не надо. то есть. волноваться не надо. — Спасибо. — Без проблем. — Спасибо. — В порядке? — Ага, только обувь сниму. Зачем? Мы в мечети? Да просто. Или мы в надувном замке? Давай договоримся, что случилось в Вашингтоне, останется в Вашингтоне? Ну, я живу в Вашингтоне, поэтому со мной не пройдет. Пожалуйста, номер вызова такси в Вашингтоне. Сквозной, сквозной. Здрасьте, мне надо такси. Не знаю. Я рядом с номером 1427, иду. Не знаю, милая улочка, вокруг много листвы, дома в стиле федерал. «У Марселя» милое местечко. Мне нравятся их рулетики. Вы должны зайти в «Ла Таверна», греческий ресторан, просто превосходный. Делают такую фигню, сыр поджигают. Как это называется? Очень весело. Да уж, весело. Есть еще музей авиации и Национальная галерея. Они поджигают картины? Здрасьте, простите, что так поздно. Тут небольшие проблемы, но. — Я — Карен. — Здрасьте. Тоби. Бессонная ночь? — Я. сбился с пути. — С кем? Я. да там встречался с людьми из министерства обороны. С Пенни Грейлинг? С другой. группой. Ух ты, не знала, что к нам прибыло столько делегаций. Ну, знаете. «Британцы наступают!» Знаете что? У меня куча срочных дел. Так что на этом мы, пожалуй, и прервемся. Заметано. Прекрасно. Я твою сумку принес. Спасибо, блин. Тобс, я не хочу зачитывать тебе закон о мятежах, но несколько выдержек приведу. Например, часть первая, статья первая: не оставляй босса со спущенными штанами, и не приходи с опозданием, смердя, как пьяный осел на курорте. «Британцы наступают!» Согласен, я опоздал на встречу. Прошу прощения, но я ж там не сблеванул? Да, ты прав, я несправедлив. Надо тебя поблагодарить, что ты не сблеванул. Отлично, звезда моя. Ты не обмочился, а? Ты в нужном городе. Не сказал ничего откровенно расистского. Не вытаскивал свой хер на свежий воздух с криками «Уилли банджо». Не, я точно несправедлив. Ты так правильно поступил, что не пришел к началу одного из важнейших моментов в моей карьере. Спасибо, ты просто легенда. Что думаешь, мы только начали? Нам туда опять идти? Не знаю, мы едва успели поздороваться. Меня на улице дольше грабили. Мы только о горящем сыре поговорили. А что, если встреча закончена? Что, если Карен вернется, а мы еще сидим тут? Мы окажемся в неудобном положении? Сидим тут как верные фанатки. А что, если встреча не закончена? Она придет, а мы уже смылись? Давай я Джуди позвоню? Она. Прошу, разок обойдись без Джуди? По-моему, нас давно отучили от. титьки. Весьма удивительно, в здании много отечественного мрамора.

— Неужели? — Интересный факт. — Для тех, кто изучает кладку. — Я не изучаю. Значит, хорошо доехали? Все тип-топ, спасибо. Можно мне кофе? Само собой. Мы начнем, а мой помощник вскоре принесет кофе. Твой помощник?

Ага. Итак, пункт.

Необходимо обсудить настроения в британском парламенте, что препятствует движению вперед и что нет. Прости, я не. мы здесь. это то самое? Без обид, сынок, но, похоже, ты сейчас должен быть в школе с головой, блядь, в унитазе. Во-первых, без обид? Боюсь, я вынужден принять на свой счет. Во-вторых, мне 22 года, но, через девять дней у меня день рождения, так что. если вам будет удобно, мы можем подождать. Не язви со мной, сынок. Мы этот жопошный город в 1814 дотла спалили. И я склоняюсь сделать это снова и начать с тебя, уебок. Будешь еще язвить, и я тебе столько шерсти в рот нашпигую, что из жопы полезет, как хвост у кролика из «Плейбоя». Меня убедили, что я иду на военный комитет. Да, заместитель госсекретаря Линтон Барвик просил ввести вас в суть работы комитета по планированию будущего. Я ухожу. А вот и мы. Вице, блядь, президент также почтил нас своим присутствием. Дай ему бутылочку молока. Ты меня не разбудила. У меня мысль проскользнула, но ты так сладко спал. Ну там, из-за смены часовых поясов и прочего. Не знаю, мне казалось, ты знаешь, что делаешь. Нет. Естественно, я не знал, что я делаю, я же спал. Люди спящими через окно выходят, вот бывают случаи. Эй, Лайза? Мне опять звонят от сенатора Круддена по поводу тебя и комитета. Крудден? Что вообще происходит? В смысле, как в Си-эн-эн узнали о комитете? Линтон, что, рассылал приглашения через «Фейсбук»? Лайза? Твоя работа просто нарасхват, просто хотел предупредить. Я собираюсь распечатать еще десять копий. — Хватит. — Прямо как книга про Гарри Поттера, если бы Гарри Поттер сильно злил читателей. Ты в кипятке, варишься как рак. Чувствуете запах раков? Я вот чувствую. Оттуда доноситься запах супа из морепродуктов. У вас с Линтоном все серьезно? Неотвязный ты дебил. Ротиком? Или аж как в «Горбатой горе»? Пахнет супом. Пахнет супом. Где военный комитет? Мне казалось, я иду на военный комитет. Саймон туда идет. Я думала, ты говорил с ним с глазу на глаз. Где, блядь, комитет? В госдепе на седьмом этаже. — Малколм? Тебе нравится, как я говорю тебе, что происходит и где ты? Дай я тебе скажу, что происходит и где ты, милочка. Одна ловкая корова с кислой рожей скоро обнаружит, что она вылетела с ебаной. работы. Трубку, блядь, бросила? Блядская кривляка. Эй, дружище? Хорош уже материться, ага? Яйца мои потные поцелуй, жирный хуй. — Вон та граната. — Ага, я уже вижу. У него на картине надпись «забраться на вершину конфликта». Он ее туда нацепил? Я — наклейка на бампер. Бля, Карен Кларк. У нас совещание, у нас совещание. А диалектика, она ведь расходится по миру? — Интересная диалектика. — О, привет. Привет. Увидимся на комитете. Мы тут вроде как готовимся. Очень хорошо, отлично. — Лайза. Они еще здесь. — Знаю. Я сказала, где он проводится. Ладно, идем. Давай. Быстро, нельзя терять их из виду. Погнали. Нельзя говорить «погнали», здесь такое не любят. Здесь только запросившие место в комитете. Черт знает что. — Здрасьте. Вы с нами или встретимся уже там? О, прошу прощения. Не, встретимся там. Мне не требуется ничего подобного, что требуется вам, так что встретимся уже там. — Тоби, тебе надо в?.. — Не, не, не. — Уборная мне не нужна. — Тогда ладно. Ага, ненормальные. Где комитет? Не знаю. Можем их подождать. Подождем поблизости. Когда выйдут, опять проследуем за ними. Множество комнат позади. Похоже, нас наводнили повстанцы, а, Боб? — Очевидно, случилась утечка. — Да ну, правда что ли? — Невероятно! — Тут борьба? Где ринг? Вон генерал Миллер. По-моему, лучше нам переехать, пересобраться в большой комнате. — Если вы проследуете за мной. — Возьми программу. Прошу взять программу, мы будем ее придерживаться. Херовая куча. Как в Си-эн-эн узнали о комитете? — Держитесь вон того! — Уломаешь Миллера подписать? Если удастся, затратив определенную энергию. Вот сюда, народ. Берите стулья, устраивайтесь поудобнее. Сюда поближе. Замечательно. Я опять кабинетное мясо. Целая скоробойня кабинетного мяса. Просто для информации, мы с Карен не оценили, что нам пришлось, как Малдеру и Скалли, втихаря вынюхивать о комитете. Ну, вы оба здесь, Джон и Йоко? Надо поговорить. Давай у меня в кабинете завтра в 12:30? Ладно, уходи. — То есть? — Комитетом займусь я. Ты ищи дальше. Поговори с Чэдом, пареньком из «Сияния». Он знает разное. — Не заставляй меня колоть Чэда. — Я заставляю тебя колоть Чэда. Вперед, это проще простого для тебя такого. Нет, это сложней сложного любого сложного. Вот так. Приятного дня. Останови войну за меня. Итак, добро пожаловать на несколько расширенную сессию комитета по планированию будущего. Да, заместитель госсекретаря, в шестом пункте очевидно сделано допущение, что мы уже вторгаемся, и не кажется ли вам, что нам следует обсудить последствия? В смысле, это все таки военный комитет. Это комитет по планированию будущего. Ну, неофициально-то он называется военным комитетом. Так, Карен, неофициально мы можем звать вещи как угодно. То есть неофициально это — ботинок, но ведь нет, Карен, это — стакан воды. А это — комитет по планированию будущего. Неофициально, это какая-то херня. Здорово. — Что это? — «Забраться на вершину конфликта!» Мы подбираем приемлемый шрифт. Как насчет шрифта, которым пользовались в СС? Не думали его поставить? Очевидно же, что у шрифта дурной подтекст.

Хэви-метал? — Нет, СС. — А, точно. Принято ли принципиальное решение рекомендовать вторжение? В связи с этим, я сошлюсь на недавние комментарии нашего коллеги из Британии, мистера Саймона Фостера. Да, по-моему, мистеру Фостеру есть что сказать по этому вопросу. Я. Я определенно слушаю обе стороны. В Англии в таких случаях говорят: это сложней сложного. любого сложного. Вот так вот. А? Я считаю, мы приходим к консенсусу. Нет, нет, не приходим, и нет оснований это утверждать. Карен, успокойся.

Ведь мы не хотим, чтобы у тебя вновь открылось кровотечение. Линтон! Линтон! Мистер Такер, верно? Рад вас снова видеть. Вы меня подъебываете? Какие-то проблемы, мистер Такер? Я только что с брифинга, проведенного девятилетним ребенком.. А, ты про Эй-Джей. Эй-Джей один из лучших. Подготовительный колледж Стэнтон, Гарвард. Один из блестящих и лучших. А шпаргалка у него написана буквами из макарон. Когда я уходил, едва не запутался в его блядской пуповине. Сожалею, что вас тревожит, что наши люди достигают мастерства в столь юном возрасте. Но может мы перейдем к сути дела? Так, я понимаю, что ваш премьер-министр просил вас обеспечить нас, скажем, свежими данными британской разведки, верно? Ага, видимо, ваша охуенная раса господ из одаренных младенцев — не способна закончить работу. — Хорошо. между грудным кормлением и игрой с «Могучими рейнджерами». Поэтому вытаскивать вас из жопы позвали настоящих взрослых. О, министр. Благодарим за поддержку, мы это ценим. И, как вы сказали: «Забраться на вершину конфликта»? — Просто прекрасно. — Это несколько осложнило мою. Еще не вечер, друзья. Все дороги ведут в Мюнхен. «Все дороги ведут в Мюнхен»? Что он за хуйню спорол?

По-моему, это значит. Честно говоря, не знаю, что это значит. Видите ту штуку? Стоит ее вытащить, и Америка сдуется. Ага, и очень легко глумиться. Кратчайший путь достать одну из таких — купить блядский «Тоблерон». Встретимся в машине. Вперед, обратно в Лондон. Так к чему мы возвращаемся, кроме добротной чашки чая и какой-нибудь поножовщины? Прием избирателей в Нортгемптоне. Прекрасно. Встреча с избирателями. Я как Саймон Кауэлл, только мне нельзя говорить: «Съеби, дурик». Нортгемптоншир, С. К. На следующее утро Ее заклинило. Саймон, не против? Просто посильней ударь снизу, должна открыться. Я там только с водостоком разберусь. Мы прямо из Америки, Роз. Ага. Как президент? Хорошо, как ни странно. Да. О, ужас, как велико падение. Из Белого дома в гадюшник. А вообще, друг, прости, залезь-ка, блядь, ты? — Так лучше? Во-первых, если мы даже понятия не имели про этот отстойник, как оказалось, что мы несем за него ответственность?

По-моему, проблема в том, что это не совсем отстойник от мэрии. — Положитесь на нас. — Правда? Конечно, я здесь компетентен. — Это так? — Спасибо, что зашли. — Договорились? — Договорились, спасибо. — Спасибо. — Спасибо большое. — Здрасьте. — Здрасьте. — Мистер Фостер. — Просто Саймон. — Ага, ладно. — Роз вы уже видели. — Знаю, что видел. — Прекрасненько. Буду краток, я знаю, что вы занятой человек. А вон тех парней заботит, чтобы в магазинах перестали говорить на иностранных языках. Ага. Ну, сюда порой влечет психически неуравновешенных граждан.

И также очень чувствительных граждан, таких, как вы, Пол. — Пол, почему бы вам. — Не выебывайся, парень. Пол, почему бы вам не описать суть вопроса? Хорошо, я повторю. Стена вашей приемной. — падает. Ваша стена падает в сад моей матери. Она пыталась вызвонить вас на работе, но ее обломали. Обломали ваши люди, ведь она не лорд Высокомерский на крутой машине и не Мадонна на лошади. Я. Я тоже считаю подобные случаи возмутительными. Заплатка из Лондона, Карен Кларк. Срочно. — Алле? Извините, меня нет. — Прости, Пол. — Мне надо ответить. — Меня обламывают? Абсолютно нет. Какая разница между обломом и происходящим? Ты от меня не отделаешься, Саймон. Что там у тебя, Саймон? Это. ведомственные дела. По стене. — В Газе? Меня удивила твоя позиция на комитете, Саймон. Я звала тебя как прикрытие, а ты сидел как тупой кусок говна. Или даже хуже, потому что на молекулярном уровне говно дымиться от энергии. Надо сказать, Карен, у меня на этот счет своя стратегия, и я играю. играю долгую игру. Я еще здесь, Саймон.

Они разнесли нас в быстрой игре, а ты только сидел как. Как вы называете в Англии? Дрочила. Нет, мы так не называем. Пол. Пол.

Наверно мне надо бомбу на грудь прицепить, чтобы меня заметили. Он упомянул бомбу. Не собираюсь я бомбу взрывать, я работаю в Национальном тресте. Мне откуда знать, что вы не собираетесь взрывать? Слушай, Пол, давай я дам тебе для связи сотовый — Так что ты. — Мобильный телефон для связи. — Мобильный телефон для связи. — У тебя есть мобильник, Пол?

— Разумеется, блядь, у меня есть мобильник! — Роз. Что с тобой? Пять мегапикселей. Мы глянем стену? Так тебя устроит? — Для начала. — Снова друзья? Так и сделаем. Я тебе не. не друг, Я тебе не друг. Спасибо. Рад познакомиться. Спасибо. Решил. Я решил. Я решил. — Спасибо. — Идем и рассмотрим стену. Еще четыре избирателя. Сколько из них поведут себя так же? Так, подожди. Еще кто-то слил про комитет, и утечка из твоего министерства. Пусть полетит голова, потом заверни ее и подай. Ты мне не начальник. Отъебись! Нельзя заставить меня уволить кого-то. А почему она хочет кого-то уволить? А, говорит, кто-то слил. Детали комитета стали общеизвестны. Там не ждали такой кучи народа. Хорошо, а кого она хочет уволить? — Кого-нибудь из нашего министерства. — Хорошо. Забудь. Давай следующего. — Может это Джуди? — Возможно. Джуди, зайди ко мне на пару слов? Секунду. Тобс, это тебя. Что такое? — Какой-то псих насчет стены. — Войны? Может ты наконец зайдешь получить нагоняя? — Да, сейчас, что? — Эй! Мудак! — Надо поговорить. С тобой тоже, Шарлотта, блядь, Бронте. Чем могу помочь, Пол? Эти подпорки, которые вы подложили под стену? Они весьма ненадежны даже для ненаметанного глаза, я сейчас смотрю на них. А у меня глаз наметанный. Не, я понял. я сообразил. Если стена обрушится, пока моя мать будет в теплице, стена убьет ее. Ты в курсе, сколько ей лет? Скажи репортеру, сколько тебе. Мне 60 лет. Ей 60. да тебе нихера не 60! Если для газет, то мне 60. Оливии Ньютон-Джон 60 лет, и она не сидит на статинах. — Я ничего не сливала. — Не съебывай от меня. — Я за чаем. — Пусть возьмет свой чай. Может ваша мама на время будет сторониться стены? Не может она сторониться, ей надо растения поливать. А что, если поливать издали из шланга? Да у нее лейка! Спокойней, Пол, спокойней. Я не. Я, блядь, дзен. Госдеп США Я прихватил с собой нунчаки, если потребуется, сэр. Смотря, как пройдет встреча. Постойте. Генерал? Да. Секретарь Линтон Барвик просил вам передать, что его прошлая встреча несколько затянулась, и он передает свои извинения. Когда он придет? На данный момент у меня нет данных. Что за хуйня? — Он меня продинамил? — Не, нет, сэр. — Мы будем рады, если вы подождете. — Знаешь, что я сейчас сделаю? Навалю охеренную кучу говна на стол, ну, чтобы он знал, что я приходил. Ты не против? Не думаю, что ему понравится, сэр. Можете подождать. У нас тут любопытная периодика. — Там вон. Хочешь, чтобы я во время государственного кризиса периодику читал? Просиживал здесь жопу за газетой? Читая что? Как мелкая звезда на неделе с кем-то поеблась? Нет, я про другое, сэр. Отдай своему начальнику. Пошел отсюда. О, боже. Что такое? Ебаный Линтон меня продинамил.

Играет на мне, как индюшными палочками на барабане. Угадай, где он? Играет в скуош. С мелким дебилом? Нет, не с. Нет, это Чэд. Он каждый день носит ракетку в надежде поиграть в скуош. Я собиралась здесь пообедать. Ты переваришь? Будешь есть? О, я переварю, это да. Китайская пойдет? Как насчет млекопитающих?

Кролика там, щенка, котенка, которым я могу отхуячить голову и выпить кровь. Ой-ой. Ладно. Пока Фостер летает по миру на средства налогоплательщиков, падает стена его приемной, а ему похер. Так и сказали? Нет. Зато сказали «Уол-лис и Громит». Ну «лис» же. Тебя расписали главной мандой Нортгемптоншира. Поверь, у меня есть занятия поважнее. Я передаю дело другому. Джейми! А, самый злобный житель Шотландии. (Джейми Макдональд, главный пресс-аташе) — А, если бы не Шалтай-Болтай. Это что? Коллективный нагоняй? Эй, при всем уважении, я не закончил. Если бы не Шалтай-Болтай, сидевший на разрушенной стене, как бестолковая пизда. Вот теперь закончил. Привет, Джейми, это Тоби. Э. Тоби Райс, помощник Саймона. Привет, Тоби, Тоби. Рад познакомиться. Присаживайся. Ладно, нахуй это оксбриджскую любезность. — Что оксбриджского в приветствии? — Заткнись, «Реальная любовь»! Мне твою рожу продыроколить? Ладно, я пошел вершить судьбу планеты. Будь с ними мягок. Да ты ж меня знаешь, Малк. Я как детский шампунь. сделанный из детей. Так, Бутч и Гейденс, история со стеной нам не на руку. Здесь карикатура, где ты — морж. Я ж не жирный, и усов нет. Пиздец, приделали мне бивни. — Да, знаю. Понял? Морж, морж. Мы позвали строителей. Они не пришли, хотя обещали. И чего ты ждал? Это ж строители! Вы видели хоть один фильм, где герой — строитель? Нет, потому что они никогда, блядь, не приходят вовремя. Бэт-строитель, строитель-паук? А?

Ты никогда не увидишь супергероя с носилками. Моя теория в том, что Малколм собрал его в лаборатории из других психопатов. Здрасьте, леди. Так, я собираюсь к стойке. Хорошая мысль, мы пьем Сансер. — Если финансы позволят. — Если бармен позволит. — Да, спасибо, Оскар Уальд. — Может не позволить, боже. Тоби пришло сообщение. Что там? — Ну, нихуя себе. Я нихуя не. Не верю, он опять. Козел, такой козел. — Он идет. — А вот и я. Лучшее Сансер во всем Вестминстере. Так, эта Лайза, ты трахал ее? Чего? Нет. Вам было известно, что он пялил какую-то задроту из Вашингтона? — Сьюзи! — Я не знаю, кого он пялил. Предлагаю не обсуждать, кого я пялил, и прочие обвинения. Почему, а? Не знаю, Сьюзи. Там странно, очень интенсивно. Может, не уверен, на неком подсознательном уровне я вроде как. пытался. отчаянно пытался. остановить эту. ужасную войну, понимаешь? Просто. то есть, понимаешь, я не в смысле, конечно. — Ну и ну. — Классика. пытался вправду остановить. Тоби, ты сейчас сказал, что занимался сексом, чтобы остановить войну? Не, не, не. Антивоенный трах? Ты об этом думал, Тоби? Потому что. Ну и ну. Может обсудим это где-нибудь. где нет детей-переростков, жрущих чипсы?

У него маленькие пушки, маленькие ружья, и. вот проблема: гражданские жаждут воевать. Но когда там побывают, когда все увидят, желание пропадает навсегда, если только не охуенно вынуждены. Прямо как с Францией. А что еще есть? Что-то есть. Вот здесь протеин, попробуй. Что это, рыбья жопа? — Полагаю, ты прочитал работу Лайзы? — Ага. Я — ненасытный читатель. Я — Гор Видал Пентагона. Гор — гей. Нет, не гей. Извини, что перечу, но. Он гей? А я-то цитировал слова Гора Видала. Он — гей. Ну, тогда лучше перестать его цитировать. Чушь какая-то. Положения против войны перевешивают положения за войну, и положения за войну разъяснены ни к черту. «Большинство аналитиков считает, что государство намеревается агрессивно расширять свои границы». Дальше смотришь сноску. «Единственный источник: Снеговик. Вероятно, алкоголик», — поди принимает по десять пакетиков метамфетаминов. Снеговик. Если он вообще существует. «РИИ утверждает, ему нельзя доверять». Мы сомневаемся в собственной разведке. Знаешь что, надо это слить. Когда ты хочешь слить? — Ты же предложил? Необязательно говорить, что бумага пришла от тебя. Нет, я не солью ее. Лайза хорошо выглядит. — То есть Линтон читал бумагу? — Вряд ли Линтон вообще читает. Почему бы вам не подождать пару недель, пока все уляжется? Отлично, то что нужно. Наш антивоенный хуй вернулся. — Какого хуя Кокон здесь делает? — Что ты здесь делаешь? — Вообще, я здесь живу. — Вообще, уже не живешь, Тоби. — Налить еще чая, Майкл? — Да, с удовольствием. Ладно, я забираю мои вещи из кухни. — Мне уйти? — Нет, останься. Он только заберет свое варево и пери-пери. — Мне ему помочь собраться? — И конечно пасту из айвы. Паста из айвы, ну и дебил. Идешь наверх забрать свое говно. Заткнись. Вот так надо складывать. Я, блядь, не на Фиджи собираюсь, меня из дома вышвыривают. Они все окажутся в мешке. На месте будешь думать иначе. Нет никакого места, вот в чем дело. — У нее большие сиськи? — О, Иисусе. Да, кстати, большие. У нее большие сиськи. Да. Посмотри в «Планете Земля» на Гугле. У них отдельный индекс. Они настолько огромны, что всасывают сиськи с прилегающих территорий. Таких, как ты? Спасибо. Увидимся. Сьюзи, наверно странно звучит при данных обстоятельствах, но. Перепихон? Нет. Спасибо, не надо. Я о Лайзе. Лайза написала работу, называется «Пэп-хвэп». — Пэп чего? — «Пэп-хвэп». Кто написал? Чарльз Диккенс? — Послевоенное планирование, характеристики. — Ладно, понятно. Отлично. Думаю, если работа утечет, она погасит интерес к войне, типа, приостановит. — Если утечет, конечно. — Ты такой трус. Бери свои колдовские остатки, дерьмовую одежду, одну восьмую травки, флейту и иди на хер. Ладно, я ее тут оставлю. — Кто бы мне посоветовал. — Возьмем машину на себя. А это уберите. Уберите. Сэр. Все остальные. — Машина готова? — Все под контролем, сэр. — Собираюсь в путешествие. — Почему все на ушах? Лучше бы это оказались пожарные учения. Президент объявил, что накладывает вето на пошлины на импорт китайских машин. Что значит, он подлизывается к китайцам? Ему нужно, чтобы китайцы как минимум воздержались на Совете Безопасности. Итак, мы идем в ООН. — Да, идем в ООН. Почему ты не предупредила, Лайза? С тех пор, как я породила дефицит бюджета, Президент не склонен мне доверять. Не шути со мной. Я не в настроении. До меня начинает доходить. Ты сказал выходить через десять минут, значит выходим прямо сейчас. Не то, чтобы я тебе не доверяю, но я тебе не доверяю. Я иду в кабинет Линтона и вытаскиваю колечко из блядской гранаты. — Не надо. — Бля, да я шучу. Не собираюсь я выдергивать. Лифт нас ждет. Хорошо. Заходим, спасибо большое, только. Только. Моя работа полна стрессов, ты в курсе? Саймон, ты не укротитель львов, и в снукер не играешь. Я не хочу поддерживать войну, Джуди. Слушай, мне потребуются твои подсказки, кивай и подмигивай, когда я буду намекать об отставке? Следи за премьером. — Хочешь, чтобы я подмигивала? — Ага, и кивала. Как? Сильно кивать? Не, не, типа. типа такого. Не, не, вот это слишком. Я просто по-обычному киваю, мол, понимаю, что кивать надо слабо. А, да. Не, прости, понял. Значит так, мои прекрасные друзья, итого. О, боже, ненавижу слово «итого». Мы же тут ничего не продаем. Простите. Майкл прав. Я больше не буду. Итого: президент идет в ООН. Будет голосование за начало военного вмешательства. Премьер-министр принял решение присоединиться. Роб, Иннис, Маленький Бо Петушок и Утекающая, блядь, Пилотка, пошли на место готовить пресс-конференцию. Майкл, ты не против, если мы одолжим твой кабинет? — На пару минут? Ага. Майкл, прости. Итого: выйди, пожалуйста. Надо наверное музыку выключить. — Ладно. Значит, все пойдет отсюда? Мы проголосуем пойдем на войну. Будем сражаться, убивать людей. Наших детей убьют. Именно подобного рода вещей я хотел избежать, когда шел в политику. Эти вещи прямо противоположны тому, чем я хотел заниматься. Поэтому ты обязан остаться в правительстве. Чтобы влиять. Здесь ты способен влиять, способен задерживать всякое. Там — ты еще один брехливый, крикливый ебанат, от которого люди прячут глаза. Помнишь Мэри? Помнишь, что случилось? Выступила против по здравоохранению. Ее приняли за сумасшедшую. Потому что «Сан» напечатала фотографии, где она с выпученными глазами уставилась на корову. Мне удалось подобрать столь сильный имидж. Слушай, премьер-министр нашей страны — он же не блядский викинг? Он не пьет кровь. Не кусает бродяг в округе. Да понимаю я, что премьер не викинг, Малколм. В отличие от меня, он не терпит физического насилия. Где разведданные, где веские доказательства? У нас есть блядские разведданные. — Я не видел. — Наши разведданные такие глубокие, такие охуенно веские, что скоро нахер проткнут твои почки.

Откуда пришли? Есть осведомитель. Снеговик. Снеговик? Не я им имена придумываю. Снеговик. Да. Факт в том, что материалы, которые он передал. Я видел их. От этих материалов у тебя кровь в жилах застынет, свернется и превратит твои внутренности в блядскую кровяную колбасу, но кое-какие лизуны придерживают материалы, но ты их увидишь, потому что премьер расценивает тебя как ключевого игрока. Саймон, премьер-министр хочет поговорить с тобой через 10 минут. Он хочет, чтобы ты поехал в ООН. Видишь? Ты теперь первый сорт.

Ты в ВИП-ложе. Ты, блядь, Кеннеди. Ага, Малколм. У тебя золотая карта, бесплатные напитки, стояк, блядь. Покажи доказательства — мое, блядь, итого. Ну ты-то не начинай. Мне уйти в отставку? Мне подумалось, что я мог бы, потом, что не хотел бы, но будет убедительно уйти. То есть, как думаете, что храбрее: просто уйти и сказать: «Нет. Нет войне»? — Или. храбрее. сказать: «Я не согласен». Просто стиснуть зубы и смириться. Не там ли истинная храбрость, где приходится выполнять то, во что не веришь? Вероятно. Что храброго в правильных поступках? Понимаешь, делать неправильно — храбрее, в некотором роде? И война иногда на пользу. Такая как. Война за независимость. Она же пошла на пользу американцам? Вторая Мировая война. Понимаю, она не. Не очень хорошая идея, миллионы погибли. Не, не, я понимаю, о чем ты. Крымская война. От нас там были медсестры. — Медсестры — это хорошо. — Да. Именно. Так, верно, ну, нет, на самом деле. Получается. Ты не уходишь? Нью-Йорк В кортеже мы можем поехать отдельно от Джуди? Захотел шлюх? Предпочитаете шлюх-трах, сэр? Да нет. — Я поговорить об отставке. — Опять? Да, но с тобой, а не с ней. Так, по всем каналам сообщают, что ты собираешься уйти из-за войны. Чего? Это не должно было просочиться. Ну, просочилось. И теперь шныряет, как особо опасный насильник по автовокзалу. Ты знаешь, если б мог, я тебе зарядил так, что тебя парализовало. Так, вы должно быть Саймон. Я — посол Британии в ООН, сэр Джонатон Тат. Ну, вот и оно, леди и джентльмены. Организация Объединенных Наций. Мы, сэр, здесь. Так что, если что-нибудь понадобиться, свистите. Вы же умеете, верно? Что нужно сделать? Именно. Сложить губки вместе и подуть. А я направлюсь на прием делегатов. Надеюсь, там будет, что поклевать, потому что я изголодался. Поклевать. Кто сейчас говорит «поклевать»? Нахуй поклевать. Что у него за гомоэротические замашки? Ага. Твой телефон отключен, но здесь хуестрофа. Кто-то слил «Пэп-хвэп» Лайзы Вельд в Би-би-си. Иисус Христос! Началось. Я полагаю, она всплывет в шестичасовых новостях, в час по твоему времени. Это заебет все голосование в ООН до смерти. Эй, ты! Замри! Все. Сильно скучаю. «Пэп-хвэп» поки. Надо, блядь, поговорить. Так, Джейми, два задания. Задание первое. Найти, кто слил «Пэп-хвэп», и убей его. Здесь две части. Задание второе. Иди в Би-би-си и узнай, у кого документ.

Пусть придержат до голосования. Ага? Люблю тебя. Извини, можно на пару слов. Отсюда ни на шаг, а то нахуй заколю. — Так. Это был ты? — Нет, не я. Нет. Ты о чем? — Ты знаешь, о чем. И. что бы это ни было, я определенно непричастен. — Это ты, ребенок из «Головы-ластика»? — Не, не. Тогда наверняка ты, женщина из «Жестокой игры». Да не я. Ты что-то против меня имеешь? Слушай, кто-то жидко обделался. — Я полагаю, что ты. — Да ну. — Милая логика. — Ага, но вполне вероятно. Не суй свой клюв. С точки зрения психологии. — Голова спрингер-спаниеля. — Правдоподобно. В тебе копилась обида, и ты подло отплатила. Я замечаю в людях подобное. Заметь это. — Так, Лыс-де-Морт. — Какого черта, Малколм. Простите. Положение вещей изменилось. — Понял? Мне надо, чтобы ты ускорил. Ладно. Ускорил что, Малколм? — Обсуждение. Мне надо, чтобы ты перенес его с 13:30 до 11:00. Так. Позволь осведомить тебя, какие здесь процедуры и почему это невозможно. Просто, блядь, сделай, иначе окажешься на Кавказе на хуевой средневековой войне с жопой по ветру, пытаясь убедить мужиков в подшлемниках, что длительное сексуальное насилие не выход из ситуации. Это невозможно и этого не будет. Здесь и закончим. Ладно, я займусь. Сюда идти? Ты не займешься, потому что это нарушение протокола. — Тогда сам займись. — Нет, не займусь. — Туда. Сделай. — Я не в игрушки играю. — Иди туда и займись. Немедленно. — Не пойду. Так. что ж. Все, если я бы. Эта штука. Меня слышно? Просто интересуюсь, могли бы мы просить. бесстыдно о преждевременном голосовании, что-то вроде небольшой шалости. Ага, мы обязаны заткнуть утечку. Я не знаю, что еще у них есть, и где данные? Уверен, что вкалываешь не меньше меня? Из меня весь ликвор испарился. Осталась одна, блядь, шелуха. — Всем довольны? — Ага. Ага, спасибо. Генерал Флинстоун. Это вы сделали? Вы слили «Пэп-хвэп»? То есть, стрелять вы не можете, но есть же факс? Нет, я не сливал «Пэп-хвэп». Я все делаю открыто. Понятно? Не какой-нибудь пресмыкающийся гей-наемник, снующий повсюду, выполняя за других грязную работу. Э, я свою работу выполняю. Это мои обязанности. Нет, ты выполняешь грязную работу за Линтона. Ты его английская сучка, и даже не в курсе. Спорю, если зайду ночью в твой номер, найду тебя на четвереньках в чулках, а он упирается в твою спину. О, как мило, мило. Крутой разговор в исполнении охуенного кабинетного генерала. Может положишь ноги на пуфик и опять заснешь? Такер, может там, в Лондоне, ты и страшный ебатель пуделей, но здесь ты никто. В курсе, на кого ты похож? На сдавленный хер. Сбоку у тебя в голове синяя вена. Видишь ли, именно туда я засажу пулю. Но мне придется отойти, ведь ты будешь как на фонтан. Ты хоть кого-нибудь. убил по-настоящему? Придавил кого-то во сне? Это не считается. Нормально. Как насчет тебя, ссыкло, убил кого-нибудь? Я предпочитаю увечья. Психологически. Попробуй меня изувечить? Я тебе так в рожу засажу, что будешь срать зубами. Вперед и с песней. Я уже вижу заголовки. «Миролюбивый генерал зачинает драку в ООН. Швейцарцы разнимают». Не знаю, я не эксперт по раскрутке, но такое может повредить твоей карьере. — Да ну? — Да ну. А теперь извините. У меня работа. И больше не зови меня, блядь, англичанином. — Отлично, Сьюзи. Просто супер. Э, лошадь года, это была ты? — Что я? — Отвечай, блядь! Что я, Джейми? Без понятия, о чем ты. Как она на вопрос ответит, если не знает, о чем речь? слила работу Лайзы Уэльд в Би-би-си? Скажи, что слила ты. Нет, не я. Я не сливала. что сливали отсюда. этому самому блядскому факсу. Нет. Никак. Просто никак. Ты видишь, что я творю с факсом? — Джейми, не надо. — Видишь? Иисус Христос! Блядь, Джейми. Видишь, насколько. я зол с. офисным оборудованием, которое слило документ? Только представь, насколько я зол на человека, который слил бумагу? — Он же. дорогой, Джейми. — Представь, Сьюзи? Джейми, это был я. Вот не надо строить из себя блядского Спартака. — Я слил. — Что ты творишь? Постой, постой. Для начала. выруби блядский шум! — Выключи. — Там одни гласные. Субсидируешь иностранные, блядь, гласные. Слушаешь это говно просто потому, что неудобно носить шляпу со словами «Я учился в частной школе». А теперь скажи. — Кому слил документ? — Я просто отправил. Прочитал, посчитал важным, ну и отправил. Хорошо. Прекрасно. Видишь факс? Это твоя карьера. И по-моему, ей пиздец, хотя давай проверим. Да, да, определенно пиздец. Надеюсь, в спунс ты умеешь играть. Для мужского подсоса ты уже староват. Саймон? Саймон. Поздравляю. Не думал, что в тебе это есть. — Великолепно, Саймон. — Он уходит в отставку. Видел? Хорошая фотография. — Вот они как? — С большим размахом. Я так не говорил. — Ты не уходишь? Еще притворяешься ястребом? В некотором смысле. Я разыгрываю комбинацию посложней. Я ложный ястреб. Ложный ястреб. Ты идиот. Или ты есть ложный идиот? Все равно запустим. Скажи прессе, что он подтвердил отставку нам. — Так и поступим. — Решено. — Извиняюсь. Нет, черт, не решено. Вот он я. Ага? Вы — не я. Я решаю главное насчет себя. — Уже нет. — Не вы, а я. Саймон, для нас единственным рычагом влияния становится отставка. Вот так. — Самопожертвование. — Как террористы-смертники? Ты не террорист-смертник. Смертник принимает решение.

Комната для медитации, ООН Ты в порядке? Я подумываю стать террористом-смертником. — Будешь леденец? Не самая полезная для зубов штука, знаешь ли, разрушает их — наперед. — Я тебе нравлюсь, Джуди? Ну. ты же мой начальник. Нет, правда, нравлюсь? Я. Я оставлю тебя наедине с мыслями. У меня нет никаких мыслей. Я бездумно уставился в пустоту. Тем временем голос в глубине головы твердит «Ну, бля», как сигнализация посреди ночи. Почему? Джейми проходил? — Ведь он. — Это ведь ты? Сьюзи, давай я тебе перезвоню за нагоняем через несколько минут? Я его еще здесь получу. У меня намечалась славная карьера, а ты мне подсираешь с этой утечкой. Что ты. Что тебе подсирают? Чэд, я тебе не должна рассказывать. Это я тебе расскажу историю. Когда «Титаник» шел ко дну, там были спасательные шлюпки.

На шлюпках оставалось свободное место, и в воде были люди. А народу из лодок понадобилось место, чтобы вытянуть ноги, когда люди в воде замерзали, и это осталось на их совести. Ты говоришь притчами. Дерьмовый из тебя Иисус. Аккуратней, ага? Не до того доебался. — Да ну? — Ага. Подо мной весь город ходит. Мы оба и. — На хуй вас. — Общий враг. Привет, Пол. — Угадай, что с мой стеной? — Подожди секунду? Вице-президент. да неважно. Америки. Да. Тот самый. Итак, мы подбираемся к финалу, мистер Такер. Где разведданные? Какие разведданные вы наскребли? — Неопровержимые разведданные? Честно говоря, у меня их нет. У вас их нет? Так. Ладно. Тогда задержите голосование? Будет время получить их. Я только что перенес наперед. Простите. я за леденцами. Я говорю задержать голосование и выкроить время на поиск разведданных, ведь они нужны мне, друг мой. Э. Хорош. Сверимся с реальностью, Джей Эдгар, блядь, Гувер, я на тебя не работаю. Не указывай, блядь, что мне делать. Так. Во-первых, повышайте голос. Это святое место. Ты можешь не верить, я могу не верить, но, ей-богу, это удобное лицемерие. И, во-вторых, Я убежден, ваш премьер-министр отдал вам инструкции работать на меня. Возьми свои сладости и съеби. О, великий Малколм Такер. Ваш человек слил документ. И вы бессильны. Мы говорим достать разведданные. Вы бессильны. Мне надо, чтобы вы перенесли голосование. Вы бессильны. Боюсь, вы лишь бесполезный кусок Г точка-точка-точка А. Тебе какого хуя надо? Простите. Мне сообщили, стена приемной начала падать. Выпал один кирпич. Но новости продолжают поступать. А сколько их впереди. Новостей и кирпичей. Мой бог, что-то важное. Займитесь этим, мистер Такер.

Мне кажется, здесь вы более компетентны. Уже вижу, как вы без рубашки с тачкой насвистываете веселую мелодию. Принимайтесь.

Ты работаешь на него? Это охуенно запутанный вопрос. После голосования. я ухожу в отставку. Иди на хуй! Отставка? Охуенно впечатлил! Отставка. Поезд ушел. Уехал. Момент упущен! Увидимся, Малколм. Повторишь. хоть слово из того, что услышал, и я отниму нахуй твою ногу. Я, блядь. Берцовая кость.

Я вырву берцовую кость, разломаю пополам, и заколю тебя, блядь, до смерти, ясно? Поэтому просто.

Привет. Новостной отдел Би-би-си, пожалуйста. Малколм Такер. Здорово, Бен. Слушай, я слышал, что вы готовите историю, которая нам не понравится. Ага, прошу. Просто хочу попросить не запускать эту историю про садовую стену. Стена приемной Саймона Фостера. У вас же эта новость? Ну, бля. Только не говори, что я выпустил джина из бутылки? Прошу, не выходи с ней. Мою репутацию разорвет в клочья. От одного избавились! На мой руке теперь серьезный ожог. Я узнал, что ты слил военный комитет Линтона. Ой. Так. — Не ты? Так будешь говорить, когда тебя отошлют в Диего-Гарсия на раскопки. Я не припоминаю. Очень плотный график. Уже лучше. Ладно. Я беру тебя на испытательный срок с сегодняшнего дня на установленный срок. — Хорошо. — Понял? — Теперь ты мой человек. Так? Ты моя собственность. Мой Кунта-Кинте. Быстро сгонял за своим лэптопом. Мистер посол, вы выдаете нас своей большой лысой головой. Пару слов? Прошу прощения, на секунду. Я рад сообщить, что огромными усилиями с моей стороны удалось перенести голосование на полтора часа. Скажи спасибо. — Отлично. Теперь задержи его. — Очень смешно. Минимум на час. Ну, вообще-то на два с половиной, раз ты перенес его пораньше. Нет. Я не буду снова проходить эту унизительную процедуру. Просто не буду. Значит так. Что сказать? Так, Фрэнк и Нэнси Синатра. У меня для вас хорошие вести. Вы не уволены. Отлично, а?

— Звучит зловеще. — Надо должным образом перевести «Пэп-хвэп» Лайзы Уэльд в общественное достояние. Надо его слега облагородить. — Что облагородить? — Да переворотить. Передвинуть абзацы. Изменить имя информатора. — Это ж чистой воды фальсификация. — Да кому дело до имени. Ты ж не думаешь, что его вправду звали Снеговик? «Мистер и миссис Вик, сын. Снего». Вот и измени имя.

Как зовут хуя со скрипкой? — Вообще-то Дебюсси. — Дебюсси. — Ну и изменим на Дебюсси. — Нет, не изменим. Теперь твои отпечатки будут на всем, Майкл, но только так ты сохранишь работу, болтливый еблан. — Не заставляй меня. — Это не он. Наверно кто-то зашел сюда и воспользовался факсом. — Кто угодно. — Факсом? А, нет! Не волнуйтесь. Не, я это сочинил. Документ слили по мылу. Просто поблизости оказался факс, ну и его легче пинать. Идем, Толстый Белый Герцог! — Не кричи на. — За мной. Так, ладно. Устроил? Ты устроился?

Ага, все отлично. Ладно. Вырежи первый абзац и ставь на пятую страницу. Так, готово. Шестая страница. Избавься от сносок. Сделано.

— Девятая страница. — Девятая страница. Выдели отсюда и до конца документа. — Вперед, выделяй. — Пояснения? — Ладно. Удалить. — Ладно, удаляем. Удали. Нельзя удалять аргументы против войны. О. У нас тут несогласный, Малк. По-моему, он вырубился. Стукни его — обычно срабатывает. Дай-ка я чутка подкорректирую вручную. Сейчас глянем, можно ли удалить аргументы против войны. Ой! Оказывается можно. Отлично. Теперь прикрепи к мылу. Готово. Готово. Пошли за принтером. — Японцы. У них есть принтер. — Нельзя представить ее прям так. — Да, нельзя. Найди синий скоросшиватель. — Ладно. Где? — Не знаю. Я не бывал в блядских кладовках. Я трахаюсь в пятизвездочных отелях. Просто убери все условные наклонения. Как «могли бы» в. Вместо «могли бы быть найдены» просто «найдены». Ясно?

30 минут до голосования Дерзайте. Просто перепишите все к черту. Повествовательные предложения — вот что мне надо. — Это все убирать. — Линтон, иди сюда.

— Что такое? — Разведданные, которые твои люди не осилили. По-моему, ты должен мне огромных заискивающих извинений. Поздравляю? Может тебе дадут рыцарское звание. Приятно с тобой сотрудничать.

Знаешь, я тут много психов повидал. но не таких блядских зануд, как ты. Ты по-настоящему нудный хуй. — Прости. Знаю, ты не одобряешь ругательства. — Не, все в порядке. Так что я исправлюсь. Ты — нудная Е точка-точка пизда. — Мы достаточно хорошо?.. — Все, как вы просили. Отлично. Добро пожаловать на борт, Лайза.

Я буду краток и перейду сразу к делу. Мы заходим, излагаем наши доводы, дополняя их британскими разведданными от Дебюсси, берем верх в споре, и валим оттуда. Ясно? Резолюция 2238 принята. Ну, вот и оно. Замечательно. «Вот и оно», — твое послание потомкам? Помню день, когда объявили войну, я повернулся к министру, и он сказал: «Вот и оно. Кто хочет леденец?» Иди на хер, Тоби. — Когда британские войска. — Отлично, Майкл. Ты как следует, как следует поработал. Только, бля, не плачь. Я отправила заявление по мылу пять минут назад. И тебе стоит поспешить со своим, для пущего шума. — Я раздумывал. Важнейшее политическое решение в моей карьере. Я не подам в отставку. О! Что за хуйня, Джордж? До войны я собирался в отставку, но когда война началась. Не в моих силах уйти. Ты же говорил, что война невыносима. Говорил, что уйдем вместе. Она невыносима, но я обязан вынести ее. И здесь я себе не противоречу. Но я предан детям. Я — солдат. Ты не солдат. — Я всю жизнь остаюсь солдатом. — Да ну? Это как, я не солдат? Я — солдат. На форму посмотри, думаешь, я из группы «Village People»? Давно стрелял в людей? Если я не стрелял 15 лет, я перестаю быть солдатом? Довожу до сведения, что в армии не требуют каждые пять лет тащить кровавый труп в Пентагон, чтобы продлить «солдатскую лицензию». Необязательно! Если бы ты был хорошим генералом, у тебя были б яйца! Не тебе говорить о моих яйцах. Мои яйца были везде. Понятия не имеешь, где они побывали. Я что угодно расскажу про твои яйца, ведь помню, когда. Я трахнул тебя 20 лет назад, и с тех пор ты не замолкаешь! Каждый раз при встрече я слушаю это говно. Я уже и не помню! Идем, Чэд. Надо набросать заявление об отставке. Вообще-то я мог бы остаться с генералом, если не против. Если он остается, я мог бы остаться с ним, вдруг какую помощь окажу. Ладно. Генерал Шрек и его верный говорящий осел. — Очень мило. — Ладно. — Ты чего здесь забыл? — Просто сообщить вам, что, по-моему, у вас. здоровенные яйца. — Как. две трети снеговика. — Боже милостивый. — Получилось, Боб?

— Да, получилось, сэр. Была пара опасных моментов. Нет, не было. Не, не, не, Саймон. Нет, слушай. Э-э-э. Смотри, смотри. Не, не, не. — Нет необходимости уходить. Я подам в отставку через час, и уже ничего не поделаешь. — Босс. По всем новостным сайтам Би-би-си. Частичное обрушение стены. Теплица миссис Майклсон. Естественно, стекло разбилось. Там наверно была съемочная группа Би-би-си. Боже, какая чушь! Еще новостями называют. Это не чушь. Совсем не чушь. Ты уволен. Из-за стены. Это ж неприемлемо. Это, блядь, стена, Малколм. Дай газету. В «Телеграф» карикатура на тебя, болтающегося на Великой Китайской стене, которая намекает, что ты единственный политический ебанат, видимый из космоса. Глянь сюда. Глянь. Никто не перенесет подобное. Премьер ясно выразился. Ты уволен. За стену. Нет. Ты-ты-ты даже не поговорил с премьер-министром. Я-я-я поговорил. Нихуя не поговорил! Я стоял перед тобой. Я говорил с премьером. Так или иначе, не имеет значения. Это правда. Он ясно выразился — тебе придется уйти. Если думаешь, что я уйду тихо, Малколм. ты. ты ошибаешься. Если собираешься обратить это в антивоенный протест, скоро повсюду услышишь отрывки «вершины конфликта». От рингтонов до блядских музпародий на «Ю-Тьюбе». И я поведу все медийные силы тьмы затравить тебя до эвтаназии. А ну-ка, начеркаем твое: «Уважаемый Премьер-министр, Скажу лишь пару слов. Спасибо, что уволили меня». Поспешим. Идем, маленький Саймон. Генерал Миллер, прошу прощения. Я знаю, не самое удобное время. Иди на хуй, Фродо. Сам иди на хуй. — Болтаешься тут, Чэд? — Просто. болтаюсь. — Хочешь поиграть в шахматы на «Фейсбуке»? — Да, мэм. Отойди от стены! Что творишь? Да только сфотографировать около стены. Можешь подойти еще на 30 сантиметров. Подальше. — Здесь? Я ж не трогала. Я сделал ход за вас, лучший ход из возможных, и все равно. Когда-нибудь вы можете стать госсекретарем, молодой человек. Вы. Не говорите так, если думаете иначе. Когда все это говно закончится, может, ну ты понимаешь. Ты женщина. Я не женщина. Хочешь еще раз заняться сексом? Разве это такая ужасная затея? Как там — еще разок. «Еще разок за Гиппера». Не вините меня, что я влезаю в детали, но не понимаю, каким образом «Взломщики сердец» оказались в списке ди-ви-ди, приемлемых для досуга вооруженных сил. Снисходительный мусор не приемлем для боевых частей. У меня тут прайс. То есть все строители местные. Одного поля ягоды. Решить там вопрос с пограничной стеной. Но вот. отстойник. Отстойник вновь поднимает свою мочевую голову. Только что звонил Линтон. При всех устроил мне разнос за то, что я допустил «Взломщиков сердец» в реестр ди-ви-ди. Ага. Знаешь выражение: «Стар я уже для этого говна?» Ну так вот, молод я еще для этого говна. Понимаешь? — А вот и новый министр. — Малколм! — Вот и она. — Леди и джентльмены. — Только посмотрите! — Спасибо. Как трогательно. — Министр, как поживаете? — Очень даже неплохо. — Похудели. — Здравствуйте. Джуди Моллой. — Приятно познакомиться. Это Дэн. — Дэнни. Дэн. Особый советник. — Дэнни Дэн? — Война набирает обороты. — Нагло! Нагло. — Джуди, где здесь мой стол? — Аккуратней. На столе кровь. — Конечно. Бери вон тот. Может этот? Лучше не найти. Очень эффектный. Шаг в сторону от прошлой работы, но все отлично. По-моему, тут кусочки мозга. На самом деле это все мозги, которые у нас были. Приятно познакомиться, Дэн. Где ты учился? — Да, школа в Джерси. — В Джерси? — Который британский? Извините, но я ждал здесь 20 минут.

Перевод Антона Тарасенко. 2010. antontarasenko@gmail.com Посмотрим на тебя. Только посмотрите на прическу. Кто пустил женщину с ебанутой прической на государственное телевидение? Можно подумать, она сунула палец в блядскую розетку. С ума сойти.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Можешь к нему сходить?

Это единственный способ их остановить. >>>