Христианство в Армении

Какая именно вам нужна?

Да, денег нет. Во что бы то ни стало на турнире Явлюсь я. Покажи мне шлем, Иван. Пробит насквозь, испорчен. Невозможно его надеть? Достать мне надо новый. Какой удар! Проклятый граф Делорж! -Дай мне вина! -У нас вина ни капли нет. А то, что мне прислал В подарок из Испании Рамон? Вечор я снес последнюю бутылку Больному кузнецу. -Да помню, знаю. -А Вы ему порядком отплатили: Как из стремян Вы вышибли его, Он сутки замертво лежал. И вряд ли оправится. ''А все ж он не в убытке;'' Его нагрудник цел венецианский. ''А грудь своя: гроша ему не стоит;'' Другой себе не станет покупать. Зачем с него не снял я шлема тут же! А снял бы я, когда б не было стыдно Мне дам и герцога. Проклятый граф! Он лучше бы мне голову пробил. И платье нужно мне. О бедность, бедность! Как унижает сердце нам она! Когда Делорж копьем своим тяжелым Пробил мне шлем и мимо проскакал, А я с открытой головой пришпорил Эмира моего, помчался вихрем И бросил графа на двадцать шагов, ''Как маленького пажа; как все дамы'' Привстали с мест, когда сама Клотильда, Закрыв лицо, невольно закричала, И славили герольды мой удар, Тогда никто не думал о причине И храбрости моей и силы дивной! Взбесился я за поврежденный шлем, Геройству что виною было? скупость. Да! Заразиться здесь не трудно ею Под кровлею одной с моим отцом. Что ж говорит бездельник Соломон?

Он говорит, что более не может Взаймы давать вам денег без заклада. Заклад! А где мне взять заклада, Да ты б ему сказал, что мой отец Богат и сам, как жид, Что рано ль, поздно ль Всему наследую. Я говорил. Что ж? -Жмется да кряхтит. Какое горе! Он сам хотел прийти. Ну, слава богу. Без выкупа не выпущу его. А, приятель! Пожалуй-ка сюда! Слуга ваш низкий. Пожалуй-ка сюда. Так ты, я слышал, не веришь в долг? Весь разорился я, Все рыцарям усердно помогая. Никто не платит. Вас хотел просить, Не можете ль хоть часть отдать? Разбойник! Да если б у меня водились деньги, С тобою стал ли я возиться? Полно, ''Не будь упрям, мой милый Соломон;'' Доставай червонцы. Высыпи мне сотню, Пока тебя не обыскали. Когда б имел я сто червонцев! Слушай: не стыдно ли тебе своих друзей не выручать? Клянусь вам! Полно. Ты требуешь заклада? Что за вздор! Что дам тебе в заклад? Свиную кожу? Когда б я мог что заложить, давно Уж продал бы. Иль рыцарского слова Тебе, собака, мало? Ваше слово, Пока вы живы, много значит. Ужель отец меня переживет? Как знать? Дни наши сочтены не нами. Цвел юноша вечор, а нынче умер.

И вот его четыре старика Несут на сгорбленных плечах в могилу. Барон здоров. Бог даст -лет 10, 20 И 25 и 30 проживет он. Ты врешь, еврей: да через 30 лет Мне стукнет 50, тогда и деньги На что мне пригодятся? Деньги всегда, во всякий возраст нам ''пригодны;'' Но юноша в них ищет слуг проворных И не жалея шлет туда, сюда. Старик же видит в них друзей надежных И бережет их как зеницу ока. О! мой отец не слуг и не друзей ''В них видит, а господ; и сам им служит.'' И как же служит? Как алжирский раб, Как пес цепной. В нетопленной конуре Живет, пьет воду, ест сухие корки, Всю ночь не спит, все бегает да лает. А золото спокойно в сундуках Лежит себе. Молчи! когда-нибудь Оно послужит мне, лежать забудет. Да, на бароновых похоронах Прольется больше денег, нежель слез. Пошли вам бог скорей наследства. -А можно б. Так, думал я, что средство такое есть. Какое средство? Есть у меня знакомый старичок, Один аптекарь бедный. Ростовщик, такой же, как и ты, иль почестнее? Нет, рыцарь. Товий торг ведет иной Он составляет капли. Право, чудно, Как действуют они. А что мне в них? В стакан воды подлить. трех капель будет, ''Ни цвета в них, ни вкуса не заметно;'' А человек без рези в животе, Без тошноты, без боли умирает. Твой старичок торгует ядом. -Да и ядом. Что ж? взаймы на место денег Ты мне предложишь склянок 200 яду, За склянку по червонцу. Так ли, что ли? Смеяться вам угодно надо мною ''Нет; я хотел. быть может, вы. '' Я думал, Что уж барону время умереть. Как! Отравить отца? И смел ты сыну. Иван! Держи его. И смел ты мне!.. Собака, змей! Да я тебя сейчас на воротах повешу! Виноват! Простите: я шутил. Иван, веревку! Я. я шутил. Я деньги вам принес. Вон, пес! Вот до чего меня доводит Отца родного скупость! -Дай мне вина, я весь дрожу. -У нас вина ни капли нет. Так дай воды! Иван, однако ж деньги мне нужны. Сбегай ты за ним, проклятым, Возьми его червонцы. Да не вводи сюда Иуду этого! Иль нет, его червонцы будут Пахнуть ядом, Как сребреники пращура его. Нет, решено пойду искать управы У герцога: пускай отца заставят Меня держать как сына, не как мышь, Рожденную в подполье. Как молодой повеса ждет свиданья С какой-нибудь развратницей лукавой Иль дурой, им обманутой, так я Весь день минуты ждал, когда сойду В подвал мой тайный, к верным сундукам. Счастливый день! Могу сегодня я Шестой сундук (в сундук еще неполный) Горсть золота накопленного всыпать. Кажется, не много, А сколько человеческих забот, Обманов, слез, молений и проклятий Оно тяжеловесный представитель! Тут есть дублон старинный. Нынче вдова мне отдала его, но прежде С тремя детьми полдня перед окном Она стояла на коленях воя. Шел дождь, и перестал, и вновь пошел, ''Притворщица не трогалась; я мог бы'' Ее прогнать, но что-то мне шептало, Что мужнин долг она мне принесла И не захочет завтра быть в тюрьме. А этот? Этот мне принес Тибо Где было взять ему, ленивцу, плуту? ''Украл, конечно; или, может быть,'' Там, на большой дороге, ночью, в роще. Да! Если бы все слезы, кровь и пот, Пролитые за все, что здесь хранится, Из недр земных все выступили вдруг, То был бы вновь потоп -я захлебнулся б В моих подвалах верных. Но пора! Не много кажется, но понемногу Сокровища растут. Читал я где-то, Что царь однажды воинам своим Велел снести земли по горсти в кучу, И гордый холм возвысился и царь Мог с вышины с весельем озирать И дол, покрытый белыми шатрами, И море, где бежали корабли. Так я , по горсти бедной принося Привычну дань мою сюда в подвал, Вознес мой холм и с высоты его Могу взирать на все, что мне подвластно. Хочу себе сегодня пир устроить: Зажгу свечу пред каждым сундуком, И все их отопру, и стану сам Средь них глядеть на блещущие груды. Я каждый раз, когда хочу сундук Мой отпереть, впадаю в жар и трепет. Не страх (о нет! кого бояться мне? При мне мой меч: За злато отвечает честной булат) Но сердце мне теснит Какое-то неведомое чувство. Нас уверяют медики: есть люди, В убийстве находящие приятность.

Когда я ключ в замок влагаю, то же Я чувствую, что чувствовать должны Они, вонзая в жертву нож: Приятно и страшно вместе. Вот мое блаженство! Ступайте, полно вам по свету рыскать, Служа страстям и нуждам человека. Усните здесь сном силы и покоя, Как боги спят в глубоких небесах. Что не подвластно мне? Как некий демон ''Отселе править миром я могу;'' ''Лишь захочу воздвигнутся чертоги;'' В великолепные мои сады ''Сбегутся нимфы резвою толпою;'' И музы дань свою мне принесут, И вольный гений мне поработится, И добродетель и бессонный труд Смиренно будут ждать моей награды. Я свистну, и ко мне послушно, робко Вползет окровавленное злодейство, И руку будет мне лизать, и в очи Смотреть, в них знак моей читая воли. ''Мне все послушно, я же ничему;'' ''Я выше всех желаний; я спокоен;'' Я знаю мощь мою: С меня довольно Сего сознанья. Я царствую! Я царствую! Какой волшебный блеск! ''Послушна мне, сильна моя держава;'' В ней счастие, в ней честь моя и слава! Я царствую! Но кто вослед за мной Приимет власть над нею? Мой наследник? Безумец, расточитель молодой, Развратников разгульных собеседник! Едва умру. Он, он! Сойдет сюда Под эти мирные, немые своды С толпой ласкателей, придворных жадных. Украв ключи у трупа моего, Он сундуки со смехом отопрет, И потекут сокровища мои В атласные диравые карманы! Он разобьет священные сосуды, Он грязь елеем царским напоит Он расточит! А по какому праву? Мне разве даром это все досталось, Или шутя, как игроку, который Гремит костьми да груды загребает? Нет, выстрадай сперва себе богатство, А там посмотрим, станет ли несчастный То расточать, что кровью приобрел.

О, если б мог от взоров недостойных Я скрыть подвал! О, если б из могилы Прийти я мог, сторожевою тенью Сидеть на сундуке и от живых Сокровища мои хранить, как ныне! О, государь! Прошу отца заставить Меня держать меня как сына, Не как мышь, рожденную в подполье! Государь! Поверьте, государь, терпел я долго Стыд горькой бедности. Когда б не крайность, Вы б жалобы моей не услыхали. Я верю: благородный рыцарь, Таков, как вы, отца не обвинит Без крайности. Таких развратных мало. Спокойны будьте: вашего отца Усовещу наедине, без шуму. Я жду его. Давно мы не видались. Он был друг деду моему. Я помню, Когда я был еще ребенком, он Меня сажал на своего коня И покрывал своим тяжелым шлемом, Как будто колоколом. Это кто? Не он ли? Так, он, государь.

Подите ж в ту комнату. Я кликну вас, барон. Барон, я рад вас видеть Бодрым и здоровым. Я счастлив, государь, что в силах был По приказанью вашему явиться. Давно, барон, расстались мы. Вы помните меня? Я, государь? Я как теперь вас вижу. О, вы были Ребенок резвый. Мне покойный герцог Говаривал: Филипп (он звал меня всегда Филиппом), Что ты скажешь? Лет через 20, право, ты да я, Мы будем глупы перед этим малым. Пред вами, то есть. Мы теперь знакомство Возобновим. Вы двор забыли мой. Стар, государь, я нынче: при дворе ''Что делать мне? Вы молоды; вам любы'' Турниры, праздники. А я на них Уж не гожусь. Бог даст войну. Так я ''Готов кряхтя, влезть снова на коня;'' Еще достанет силы старый меч За вас рукой дрожащей обнажить. ''Барон. Усердье ваше нам известно;'' ''Вы деду были другом; мой отец'' Вас уважал. И я всегда считал Вас верным, храбрым рыцарем но сядем. -У вас, барон, есть дети? Сын один. Зачем его я при себе не вижу? ''Мой сын не любит шумной, светской жизни;'' Он дикого и сумрачного нрава Вкругзамка по лесам он вечно бродит, Как молодой олень. Нехорошо ему дичиться. Мы тотчас приучим Его к весельям, к балам и турнирам. ''Пришлите мне его;'' Назначьте сыну Приличное по званью содержанье. Вы хмуритесь? Устали Вы с дороги, Быть может? ''Государь, я не устал;'' Но вы меня смутили. Перед вами Я б не хотел сознаться, но меня Вы принуждаете сказать о сыне То, что желал от вас бы утаить. Он, государь, к несчастью, недостоин Ни милостей, ни вашего вниманья. Он молодость свою проводит в буйстве, В пороках низких. Это потому, барон, что он один. Уединенье И праздность губят молодых людей. Пришлите к нам его: он позабудет Привычки, зарожденные в глуши. Простите мне, но, право, государь, Я согласиться не могу на это. Но почему ж? Увольте старика.. Я требую: откройте мне причину Отказа вашего. На сына я сердит. -За что? -За злое преступленье. -А в чем оно, скажите, состоит? Увольте, герцог. Это очень странно, Или вам стыдно за него? -Да. стыдно. Но что же сделал он? Он. он меня Хотел убить. Убить! Так я суду Его предам, как черного злодея. Доказывать не стану я, хоть знаю, Что точно смерти жаждет он моей, Хоть знаю точно, что покушался он меня. Обокрасть! Барон, вы лжете. Ты здесь! Ты, ты мне смел! Ты мог отцу такое слово молвить! Я лгу! И перед нашим государем! Мне, мне. иль уж не рыцарь я? Вы лжец! И гром еще не грянул, боже правый! Так подыми ж, и меч нас рассуди! Благодарю. Вот первый дар отца.

Молчите: ты безумец, И ты, тигренок! Полно, бросьте это. Отдайте мне перчатку эту! Так и впился в нее когтями! изверг! Подите: на глаза мои не смейте Являться до тех пор. Пока я сам Не призову вас. Вы, старик несчастный, Не стыдно ль вам!

Простите, государь, Стоять я не могу. мои колени Слабеют. душно!.. Где ключи? Ключи, ключи мои!.. Он умер! Ужасный век, ужасные сердца! Кажется я не ошибся, вы будете в моде. Если почтеннейшую публику не утомила первая импровизация я готов продолжать. Кому угодно будет вынуть вторую тему? Клеопатра и ее любовники. Господа, я осмеливаюсь просить особу, избравшую эту тему, пояснить мне свою мысль: о каких любовниках идет речь? Потому что великая царица имела много. Я желал бы знать, на какую историческую черту намекала особа, избравшая эту тему? Я буду весьма признателен, если угодно ей будет изъясниться. Тема предложена мною. Я имел в виду показания Аврелия Виктора, который пишет, будто бы Клеопатра назначала смерть ценою своей любви и, что нашлись обожатели, которых это условие не испугало и не отвратило. Однако мне кажется, что предмет немного затруднителен и, если вы не возражаете. Чертог сиял, Гремели хором певцы при звуках флейт и лир, Царица голосом и взором Свой пышный оживляла пир. Сердца неслись к ее престолу, но вдруг над чашей золотой Она задумалась и долу поникла Дивною главой. И пышный пир, как будто дремлет, Безмолвны гости, хор молчит, Но вновь она чело подъемлет И с видом властным говорит: В моей любви для вас блаженство? Блаженство можно вам купить. Внемлите ж мне: Могу равенство меж нами я восстановить. Кто к торгу страстному приступит? Мою любовь я продаю: Скажите, кто меж вами купит Ценою жизни ночь мою? Клянусь! О, матерь наслаждений, Тебе неслыханно служу, На ложе страстных искушений Простой наемницей схожу. Внемли же, мощная Киприда, И вы, подземные цари, И боги грозного Аида.

Клянусь, до утренней зари Моих властителей желанья Я сладострастно утолю, И всеми тайнами лобзанья, И дивной негой утомлю, Но только утренней порфирой Аврора вечная блеснет, Клянусь, под смертною секирой Глава счастливцев отпадет! Рекла. И ужас всех объемлет, И страстью дрогнули сердца. Она смущенный ропот внемлет С холодной дерзостью лица. И взор презрительный обводит Кругом поклонников своих. Вдруг из толпы один выходит, Вослед за ним и два других! Смела их поступь, ясны очи, Навстречу им она встает. Свершилось: куплены три ночи И ложе смерти их зовет. Как знать, дни наши сочтены не нами.

Цвел юноша вечор, а нынче умер. И вот его четыре старика Несут на сгорбленных плечах в могилу. Как верно угаданы лица импровизатором лица, вступившие в сделку с царицей. И как сильно очерчены, помните? Я запомнил слово в слово. И первый Флавий воин смелый В дружинах римских поседелый, Снести не мог он от жены Высокомерного презренья, Он принял вызов наслажденья, Как принимал во дни войны Он вызов ярого сраженья. За ним Критон, младой мудрец, Рожденный в рощах Эпикура. Критон поклонник и певец, Хорит Киприды и Амура. Любезный сердцу и очам, Как вешний цвет, едва развитый. Последний имени векам не передал. Его ланиты пух первый нежно оттенял, Восторг в очах его сиял, Страстей неопытная сила Кипела в сердце молодом И с умилением на нем Царица взор остановила. Да, именно такие лица. Этот египетский анекдот должно было бы доставить маркизе Жорж Занд, такой же бесстыднице, как ваша Клеопатра. Она бы его живо переделала на нынешние нравы. Невозможно, не было бы никакого правдоподобия.

Да, этот анекдот совершенно древний. Таковой торг несбыточен, как сооружение пирамид. Отчего же несбыточен? Неужто среди нынешних женщин не найдется ни одной, которой бы захотелось бы испытать на самом деле справедливость того, что ей говорят поминутно, что любовь ее была бы дороже им Но каким образом можно сделать это ученое испытание? Клеопатра имела все возможные способы заставить должников расплатиться. А мы? Ведь нельзя же такие условия написать на гербовой бумаге и засвидетельствовать в гражданской Можно положиться на честное слово. Как это? Женщина может взять с любовника его честное слово, что на другой день он застрелится. А он на другой день уедет в чужие края, а она останется в дурах. Да, если он согласится остаться навек бесчестным. Да и самое условие, неужели так тяжело? Разве жизнь уже такое сокровище, что ее ценой жаль и счастье купить? Посудите сами: первый шалун, которого я презираю, скажет обо мне слово, которое не может мне повредить никаким образом и я подставляю лоб под его пулю. Я не имею права отказать в этом удовольствии первому забияке, которому вздумается испытать мое хладнокровие. И я стану трусить, когда речь идет о моем блаженстве? Что жизнь, если она отравлена унынием, пустыми желаниями?

И что в ней, когда наслаждения ее истощены? Неужели вы лично в состоянии заключить такое условие? Я пор себя не говорю, но человек истинно влюбленный не усумнится ни на одну минуту. Простите. Но как? Даже для такой женщины, которая бы вас любила? Сама мысль о таком зверстве должна уничтожить самую безумную страсть. Нет, я в ее согласии видел бы одну только пылкость воображения. А что касается до взаимной любви, то я ее не требую. Если я люблю, какое тебе дело? Что вы думаете об условии Клеопатры? Ну что вам сказать? И нынче иная женщина дорого себя ценит.

Но мужчины нашего столетия слишком хладнокровны, благоразумны, чтобы заключить такие условия. Вы думаете, что в наше время, здесь в России найдется женщина, которая будет иметь довольно гордости, силы душевной, чтобы предписать любовнику условия Клеопатры? Думаю? Даже уверена. Но современный мужчина легко жертвует своими наслаждениями, счастьем ради лени и благополучия. Вы не обманываете меня? Вы подумайте. Это было бы слишком жестоко. Более жестоко, чем само условие. Дождемся ночи здесь. Ах, наконец. Ах, наконец Достигли мы ворот Мадрита! Скоро Я полечу по улица знакомым, Усы плащом прикрыв, а брови шляпой. Как думаешь? Узнать меня нельзя? -Да, Дон Гуана мудрено признать! Таких, как он, такая бездна. Да кто ж меня узнает? Первый сторож. Гитана или пьяный музыкант, Иль свой же брат, нахальный кавалер, Со шпагою под мышкой и в плаще. Что за беда, хоть и узнают. Только б Не встретился мне сам король. А впрочем, Я никого в Мадрите не боюсь. А завтра же до короля дойдет, Что Дон Гуан из ссылки самовольно В Мадрит явился, что тогда, скажите, Он с вами сделает? Пошлет назад.

Уж верно головы мне не отрубят. Ведь я не государственный преступник.

''Меня он удалил. Меня ж любя;'' Чтобы меня оставила в покое Семья убитого. Ну то-то же! Сидели б вы себе спокойно там. Слуга покорный! Я едва-едва Не умер там со скуки. Что за люди, Что за земля! А небо?.. Точный дым. А женщины? Да я не променяю, Вот видишь ли, мой глупый Лепорелло. Последней в Андалузии крестьянки На первых тамошних красавиц право. Они сначала нравилися мне Глазами синими, да белизною, ''Да скромностью а пуще новизною;'' Да, слава богу, скоро догадался Увидел я, что с ними грех и знаться ''В них жизни нет, все куклы восковые;'' Но послушай, это место ''Знакомо нам; узнал ли ты его?'' Как не узнать: Антоньев монастырь Мне памятен. Езжали вы сюда, А лошадей держал я в этой роще. Проклятая, признаться, должность. Вы Приятнее здесь время проводили, Чем я, поверьте. Бедная Инеза! Ее уж нет! Как я любил ее! Черноглазая? О, помню. Три месяца ухаживали вы ''За ней; насилу-то помоглукавый.'' В июле. ночью. Странную приятность Я находил в ее печальном взоре И помертвелых губах. Это странно. Ты, кажется, ее не находил Красавицей. И точно, мало было В ней истинно прекрасного. Глаза. Одни глаза. И взгляд. Такого взгляда я никогда уж не встречал. А голос у ней был тих и слаб как у больной Муж у нее был негодяй суровый, Узнал я поздно. бедная Инеза! Что ж, вслед за ней другие были. Правда. -А живы будем, будут и другие. Теперь которую в Мадрите Отыскивать мы будем? О, Лауру! Конечно. Ну, развеселились мы? Недолго нас покойницы тревожат. К ней прямо в дверь а если кто-нибудь Уж у нее прошу в окно прыгнуть. Клянусь тебе, Лаура, никогда С таким ты совершенством не играла. Как роль свою ты верно поняла. Как развила ее! С какою силой! Да, мне удавалось Сегодня каждое движенье, слово. Я вольно предавалась вдохновенью. Слова лились, как будто их рождала Не память рабская, но сердце. Правда. Да и теперь глаза твои блестят И щеки разгорелись, не проходит В тебе восторг, Лаура, не давай Остыть ему бесплодно. Спой, Лаура! Спой! Но что же я спою? Спой что-нибудь. Я здесь, Инезилья, Я здесь, под окном. Объята Севилья и мраком и сном. Исполнен отвагой, окутан плащом С гитарой и шпагой Я здесь под окном. Ты спишь, я гитарой тебя разбужу Проснется ли старый Мечом уложу. Шелковые петли к окошку привесь, Что ж медлишь? Уж нет ли соперника здесь? Браво! Чудно, бесподобно. Благодарим, волшебница. Ты сердце чаруешь нам. Из наслаждений жизни ''Одной любви музыка уступает;'' Но и любовь мелодия. Какие звуки! Сколько в них души! Взгляни: сам Карлос тронут, твой угрюмый гость. -А чьи слова, Лаура? -Дон Гуана. Что? Дон Гуан? Их сочинил когда-то мой верный друг. мой ветреный любовник. Твой Дон Гуан безбожник и мерзавец, а ты.. ты дура! Ты с ума сошел! Да я сейчас велю тебя зарезать Моим слугам, хоть ты испанский гранд. -Зови же их! '' -Лаура, перестань;'' -Дон Карлос, не сердись. Она забыла. Что? Что Гуан на поединке честно Убил его родного брата? Правда: жаль, что не его. Эй, кто здесь? Не люди ль Доны Анны? Нет, сами по себе мы господа. Мы здесь гуляем. А кого вы ждете? Сейчас должна приехать Дона Анна На мужнину гробницу. Дона Анна де Сольва? Супруга командора, Убитого. не помню кем? Развратным, бессовестным, безбожным Дон Гуаном. Молва о Дон Гуане и в мирный монастырь Проникла даже! Отшельники хвалы ему поют. Он вам знаком, быть может? Нам? Нимало. А где-то он теперь? Его здесь нет. Он в ссылке далеко. И слава богу! Чем далее, тем лучше. Всех бы их, развратников, В один мешок да в море! Что ты врешь? Молчите, я нарочно. Так здесь похоронили командора? Здесь. Памятник жена ему воздвигла И приезжает каждый день За упокой души его молиться И плакать. Что за странная вдова? И недурна? Мы красотою женской, отшельники, Прельщаться не должны, Но лгать грешно.

Не может и угодник в ее красе чудесной Не сознаться. Недаром же покойник был ревнив. Он Дону Анну взаперти держал. Никто из нас не видывал ее.

Я с нею бы хотел поговорить. О, Дона Анна никогда с мужчиной не говорит. -А с вами, мой отец? Со мной иное дело, я монах. Да вот она. Отец мой, отоприте. Сейчас, сеньора, я вас ожидал. Что, какова? Ее совсем не видно Под этим вдовьем черным покрывалом. Чуть узенькую пятку я заметил. -Довольно с вас. У вас воображенье В минуту дорисует остальное. Оно у вас проворней живописца, Вам все равно, с чего бы ни начать, С бровей ли, с ногли. Слушай, Лепорелло, Я с нею познакомлюсь.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Только одну чужую планеты ты можешь посетить сегодня это средняя школа.

И не смейтесь, чёрт вас возьми! >>>