Христианство в Армении

Ну если очень надо.

Перевела Oriks РЕЗНЯ В РИМЕпобедоносно отразили тщётные попытки врага пробить линию обороны. В своих напрасных попытках наступления враг в настоящее время использует батальоны из негров и других цветных наёмников". Мы транслировали военный бюллетень, переданный Верховным Главнокомандованием Вооружённых Сил Германии. На политическом фронте, как стало известно из нейтральных источников в Стокгольме и Лиссабоне, разобщённость так называемых "Союзников" постоянно растёт. Американцы возложили ответственность на англичан за голод в Европе; Черчилль был обвинён лидерами оппозиции Британии в пособничестве Уолл-стриту и еврейским финансовым интересам. Напоминаем нашим слушателям, что комендантский час наступает в 19:00. С завтрашнего дня порции хлеба будут урезаны до." A, чтоб ва.! Экранизация книги Роберта Кэца "Смерть в Риме" Вот тут вы должны начать опасаться.

Как бы бережно вы ни отделяли слой пыли, вы неизбежно удаляете и часть картины, разрушенную концом вашего скребка. А потеря даже микроскопической части истинного произведения искусства должна вселять в вас страх.

Так что можете трепетать сколько угодно, но когда вы готовы, режьте решительно, будучи уверенными в каждом движении. Здесь отец-генерал, и ещё два синьора с ним. СРЕДА, 22 МАРТА 1944 ГОДА. Доброе утро, Отец Панкрацио. Доброе утро, Отец Антонелли. Доброе утро. Прошу. Отец Антонелли, мне кажется, произошло досадное недоразумение. Наши друзья. Вы позволите? Дорогой профессор, в прошлом году нашим институтом вам была доверена реставрация "Распятия" Мазаччо. Два года назад. Два года назад. В прошлом месяце она выставлялась в берлинском Государственном Музее. Правда? Я не знал. К сожалению, произошло нечто весьма неприятное. Наш эксперт, один из лучших в Германии, похоже, пришёл к выводу, что это была. Подделка. Странно! Несомненно, очень талантливая, но немного более свежего розлива. Сам холст датируется началом 15 века, когда Мазаччо находился во Флоренции, если верить экспертам. Но хроматографический анализ показал, что этот Мазаччо был написан два года назад. Отец Антонелли, вы пишете картины? Могу я узнать имя этого эксперта? Зиглер из Штутгарта. Вы его, несомненно, знаете. Только имя. Один из величайших поддельщиков картин в Европе.

Тогда мы можем предположить, что в этой области он авторитет. Моя работа заключается в реставрации предметов искусства. Я не впервые слышу об оригинале, объявленном подделкой, и наоборот. Давайте просто будем считать, что ошибка произошла по вине того, кто посылал картину. Он перепутал копию с оригиналом. Картину посылал я, я сам её упаковывал, когда мне велели послать её в Германию. Тогда вам будет легко доказать её аутентичность. Я жду этого с нетерпением. Немецкому народу запал в душу Мазаччо. Будет жестокостью лишить его иллюзий, правда, Святой Отец? Конечно. Вам нужно. Этим нужно заняться немедленно. Вы это сделаете? Это была ошибка. Да, и каждому человеку позволена ошибка. Но только одна ошибка. Я сделаю всё возможное. Будем надеяться, и невозможное. Церковь всегда славилась тем, что делала невозможное. Вы знаете, кто эти люди, падре?

"Мама." 17 марта вы ходили на явочную квартиру у моста Рисорджименто, чтобы уничтожить беспроводной передатчик, который вы использовали для контакта со штабом Пятой Американской Армии, а также с партизанами в районе Лацио. Вам нечего сказать? Что бы вы сделали на моём месте? А вы на моём? Я бы вас застрелил. Прежде чем я заговорил? Об этом я не подумал. Но я ведь не полицейский. Вас требует главнокомандующий. Продолжайте, Шульц. Да, да, падре. Это Отец Панкрацио. Можешь не сомневаться, он хочет поговорить о флорентийском искусстве. Мы просто не можем стоять у них на пути. Вы также должны понять, что полковник Капплер превзошёл себя и сделал всё, что мог. Если ему придётся вернуться завтра, будет гораздо хуже. Они вывезут всё. Всё, до последней картины и последнего реставратора. Включая вас. Конечно, я знаю это. И мы сидим здесь как овцы, наблюдая, как Рим разграбливается в такой степени, что со времён вандалов не было подобного. Я знаю, сын мой, я знаю. Но вы знаете, какую миссию поручил мне Его Преосвященство. Она чрезвычайно деликатна: переговоры с немцами на самом высоком уровне, с целью спасения всего Рима. Я предлагаю вам выбрать меньшее из зол. Вы просите меня, или это приказ?

Приказ, Отец Антонелли. Благодарю вас, сын мой. Да святится Имя Христово. Да будет Он славен в веках. Что дальше? Мы должны забаррикадироваться внутри института и сказать "Идите и заберите, если у вас хватит смелости"? Если бы все были готовы к такому сопротивлению, я бы сказал "да". Проблема в том, что люди истощены, они утратили иллюзии. Тогда мы организуем пассивное сопротивление.

Нет. Я думаю, уже пора итальянцам разбудить свою национальную гордость, после 20 лет диктатуры. Капплер, хорошо, что вы пришли. Вы послали за мной, генерал. Новый министр внутренних дел, назначенный Дуче, Его Превосходительство. Гвидо Буффарини-Гуиди. Говорят, он самый ненавидимый в Италии человек. Его ненавидят и боятся. Как говорится у нас в Италии: больше врагов больше почёта. В таком случае, Ваше Превосходительство, я рад услышать, что мы не единственные, кого ненавидят итальянцы. O! Начальник полиции Карузо! Хорошо, что вы пришли. Капплер, Его Превосходительство Буффарини пришёл ко мне поговорить о препятствиях, которые вы создали в отношении завтрашних празднований.

25-летней годовщины образования фашистской партии. Наоборот. Я не создавал никаких препятствий, при условии, что празднования будут проводиться только за закрытыми дверями. Это означает, что вы запрещаете членам нашей Новой Фашистской Республиканской партии проводить парад на улицах Рима! Уверяю вас, ничего подобного я не имел в виду. Я просто указал, что сейчас неподходящее время, чтобы провоцировать жителей Рима демонстрацией, которая окажется, мягко говоря, очень непопулярной. Такие разговоры недопустимы, полковник! Всё, что хотел сказать полковник Капплер, это то, что он не считает что публичная демонстрация сможет пройти без инцидентов. Наши люди будут охранять закон и порядок. А кто же останется для участия в параде? Ха-ха-ха! Не откажутся ли Ваши Превосходительства выслушать список рейдов и актов саботажа, совершённых за последние 10 дней против вооружённых сил Германии и наших фашистских союзников? Мы все знаем, что существуют некоторые криминальные элементы. Да, да, они изобретательны, смелы и отменно организованы. И у них есть стратегия. Какая стратегия? Перекрыть наши линии поставок, превратить Рим в вымерший город, заставить нас капитулировать. Коммунисты! Коммунисты, социалисты, анархисты. Христиан-демократы, либералы и монархисты. Монархисты? Moнархия мертва. Король сбежал с предателями. Они не посмеют напасть на вооружённое формирование. Кроме того, это разрозненные банды. У нас с полковником Доллманном достаточно оснований, чтобы считать, что, напротив, существует военный совет с представителями от каждой политической партии, за исключением вашей, разумеется. Но мы говорим только о параде, Ваше Превосходительство, в Риме нет военных формирований. Рим открытый город. Рим наводнён немецкими войсками. Целые дивизии ежедневно проходят под окнами Папы по дороге на фронт. Это вы называете нейтральным городом? На самом деле, я его так не называю. Ваши лидеры это делают, и ваш Папа тоже. Поэтому Рим политически нейтрален. Кроме того, уже неделю не было никаких передвижений войск. Колонна эсэсовцев марширует мимо моей гостиницы уже пять дней подряд. Кто они, Капплер? 11-я колонна Больцанского батальона СС, присланная сюда из Тироля совсем недавно. Все, включая Его Святейшество, считают положение с безопасностью на местах неудовлетворительным. Поэтому я приказал 11-й колонне маршировать по центру. из психологических соображений. Но и это завтра будет отменено. Маршировать в день славной годовщины фашизма было бы ненужной провокацией. Никто не осмелился бы атаковать немецкие войска! Генерал, я вынужден настоять. Вы за это отвечаете, или это. Полковник? Я отвечаю! Я комендант Рима! И никакого парада завтра не будет! Он отменяется! Празднуйте, что хотите, но делайте это за закрытыми дверями! Капплер! Генерал. Садитесь. Да, синьор. Вы недолюбливаете наших союзников, не так ли? Вы интересуетесь моим мнением, генерал? Политика не совсем моя область, но я бы сказал, что фашизм мёртв. Он должен исчезнуть, чтобы мы могли удержать остатки нашего престижа здесь, в Италии. Это означает ликвидацию Муссолини, и если бы мне приказали я знал бы, как с этим справиться.

И это говорите вы? Вы же организовали его спасение! Наши мнения, генерал, редко выслушивают. Чаще мы делаем то, что от нас требуют. Да! Вы сделаете то, что от вас требуется. Фашистский парад отменён, но наша колонна СС будет патрулировать как обычно. Мои ребята могут сами о себе позаботиться. Хм-м-м.

Завтра они будут маршировать как обычно. Завтра они маршируют! Завтра, генерал, они маршируют как обычно. Елена останется здесь, она будет нести плащ. Паоло будет здесь. Остальные здесь, здесь и здесь. Когда получишь сигнал, Паоло, подожжёшь фитиль. Елена пройдёт мимо тебя, передаст тебе плащ и скроется вот сюда. Они будут здесь ровно в два часа пополудни. Паоло, запомни, у тебя есть 45 секунд, чтобы скрыться за углом. Фитиль будет гореть 50 секунд. Ты можешь это сделать за 40. Даже не торопясь. Всё это было опробовано уже раз сто. Не все фитили горят одинаково. Это мы знаем.

Вопросы есть? "Говорит радио Лондона. Добрый вечер. У микрофона полковник Стивенс. Сегодня синьор Гитлер отдал приказ об оккупации Венгрии, очередного из своих бывших союзников.

Конечно, он предпочёл бы. То, что случилось сегодня с Венгрией, произошло и с Италией. Но мы уверены, что Италия скоро сможет преодолеть нынешние трудности. Действуйте сейчас, мои итальянские друзья, чтобы помочь самим себе, а Союзники помогут вам. Спокойной ночи". Вы, Доллман, уже умудрились испортить мне аппетит, повторяя все эти ужастики, которые услышали на Би-Би-Си. Не только я. Я слышал, что ни одна радиоволна не молчит, когда этот полковник Стивенс в эфире. Римлянам нравится, как англичане говорят по-итальянски. Не обманывайте себя, друг мой. Я каждое утро говорю с Гиммлером по телефону. Берлин бомбят еженощно, русские продвинулись на Запад на протяжении фронта в 1000 миль, все ожидают, что Союзники со дня на день высадятся во Франции. Третий Рейх тонет, мой дорогой друг. И мы должны постараться не утонуть вместе с ним. Правильно, Доллманн? Мне не нужны междугородние звонки, чтобы знать этот сценарий, Я просто наблюдаю за происходящим в Риме. И вам не нравится то, что вы видите. Я люблю Рим, Доллманн. Люблю его свет, его выжженные, декадентские краски, его крошащиеся камни. Несмотря на войну. Может быть, именно благодаря войне. Мы хозяева Рима, мы правим им. Временно. Это становится всё труднее.

Вчера наш трибунал, военный трибунал, оправдал трёх итальянцев, двух мужчин и женщину, приговорённых к смертной казни несколько недель назад.

Эти господа в Вермахте тоже слушают Би-Би-Си. Они начали зачитывать списки так называемых военных преступников. Думаю, должно быть неприятно услышать собственное имя в этих списках. Вам не страшно, Доллманн? Моё имя ещё не упоминалось. А ваше, Капплер? Я только боюсь беспорядков. ЧЕТВЕРГ, 23 МАРТА. Джованни? Я ищу падре Пьетро Антонелли, директора Института Реставрации. Это я. От полковника Капплера. Простите. "Как я понимаю, ваш Институт ощущает нехватку материалов, используемых для реставрационных работ.

Мне удалось разыскать банку терпентина. Мне сказали, что это приемлемое качество для ваших нужд. Не сомневайтесь, он не ворованный. Если за это время Вам удалось найти Мазаччо, Вы можете отдать его капитану Прибке, если, конечно, Вы не предпочитаете отдать мне его лично, соблюдая все формальности, что вновь доставило бы мне удовольствие видеть Вас''. РИМСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ГЕСТАПО И ТАЙНОЙ ПОЛИЦИИ Садитесь, пожалуйста. ".Да? Да, синьор." ".Слушаюсь, синьор". Вот форма. Нам пора идти, а то опоздаем. Немцы никогда не опаздывают. Вот плащ. ДА ЗДРАВСТВУЕТ ДУЧЕ "Слушаюсь, синьор''. Это все, кого я могу вам дать, Карузо. Они помогут вам поддерживать порядок в этот праздничный день. Спасибо, полковник, вы настоящий друг Италии. Мы все настоящие друзья Италии. Мы, немцы; Папа; вы, фашисты, Союзники и партизаны. Все истинные друзья Италии. Бедная Италия! "Выпустите! Сволочи! Выпустите нас!" Коммунисты. Итальянцы. "Скоты! Я не скажу ничего! Да здравствует свобода!'' Узнайте его имя. Простите, что заставил вас ждать, падре. О, нет, всего несколько минут. Спасибо, что пришли. Спасибо вам за подарок. За этот подарок следует благодарить полковника Доллманна. У него. У нас хорошие друзья в Галерее Современного Искусства. Невероятно. Правда? Почему? Нет, я не имел. Я хотел сказать, что работники Галереи сказали мне, что у них ничего не осталось. Ну, наверно, вы ничего не предложили им взамен. Я вижу, вы всё уже запаковали для отправки. Если вы хотите проверить. Нет-нет, в этом нет необходимости. Мне бесконечно жаль лишать вас этой картины. Будет ужасно, если она будет уничтожена. Половина Европы уничтожена. Вот именно. Искусство единственный способ настоящего общения между нациями. И между поколениями. Только красота может спасти мир. Лишь красота, доброта и справедливость. Эта троица старше той, которую почитает церковь. Не хотите присесть? Спасибо. Когда я вошёл, я заметил, что вы смотрели на эту вазу. Я нашёл её в воронке от бомбы после воздушного налёта Союзников. Так что теперь, война служит археологии? Да, да. Думаете, она может быть этрусской? Возможно. Но более вероятно, что она была завезена из Египта финикийскими мореплавателями. Здесь есть несколько строк из Гомера. "Славные чаши, сидонян искусных изящное дело. Мужи её финикийцы, по мглистому плавая Понту, в Лемнос продать привезли, но как дар предложили Фоасу''. Правильно. Это сюрприз.

Священник, читающий Гомера. Я читаю, когда нахожу время. Я также, я также. У нас есть кое-что общее, падре. Мы оба читаем Гомера, мы оба следуем приказам нашего начальства. И. мы оба с честью носим нашу униформу. Нет, полковник, это не униформа. Вы солдат Церкви, падре. Ваша гипотеза я говорю "ваша", но её разделяют многие, что нормальное состояние общества мир. Я же считаю, что нормальное состояние общества война. Вы называете эту бойню нормальной? Я называю её бешенством диких животных. А если дикие животные нападут на вашу Церковь? Я буду её защишать. Видите, падре, как мы похожи. Великие религии появлялись и исчезали благодаря деяниям таких людей, как вы. Нации и цивилизации защищают такие люди, как я. Я бы предпочёл, чтобы они не нуждались в защите. А я бы предпочёл религию, которая не нуждается в священниках. Что ж, извините, падре, мне нужно идти. Рад, что вы заглянули. Вас подвезти куда-нибудь? Спасибо, мне лучше пройтись. Да, я понимаю. Не очень хорошая идея быть замеченным в одной машине со мной. Мы должны быть честны друг с другом, падре. Что бы ни случилось.

Знаете, что сказал Пикассо, когда Франция капитулировала? "Немецкие генералы разбили французских генералов.

Я художник. Если немецкие художники хотят победить меня, я готов потягаться с ними". Пикассо скучный и пустой декадент. Думаете, он бы победил? Он бы победил. Мазаччо. Хм-м-м. Много лет назад Гитлер сказал: "Мы откормим священников, и они поведут за собой паству". Не очень-то легко будет откормить этого священника. СТЕНЫ ИМЕЮТ УШИ Эй! Здесь нельзя ставить машину!

Почему? Здесь будут проходить немцы. Понял! Ой! Что вы здесь делаете? Кто вы такой, чёрт возьми? Какое вам дело? По-моему, это моя улица! Ну, тогда вы подберите мусор. Я просто прохожу мимо. Где Эмилио? А, он болен. Я его подменяю. Болен, да? Я с ним обедал. Что у вас там? Кофе, мука, сигареты? Приходите ко мне на Пьяцца Витторио около четырёх. Я вам достану кое-что. Я там буду, будьте уверены. Будьте осторожны, ладно? И послушайтесь моего совета: надевайте ваш значок правильно. Если они не появятся в течение 15 минут, всё отменяется. Передай дальше. Пожалуйста, я жду одного человека. Синьорина! "Нино, спускайся, у меня мяч! Выходи играть!" Играем здесь. Бросай мне мяч! Уходите играть туда, здесь опасно! Слышите? Говорю вам уходите туда сейчас же! Отдайте мяч! Стойте! Он мой! Идите сюда! Пустите! Назад, быстро! Kапплер. Провокация удалась. Думаю, вам лучше пойти со мной. Виа Раселла, возле Виа Венето. 11-я колонна, по всей видимости, прекратила своё существование. Прекратить огонь! Не стрелять! Ну, Добрик? Полковник, я не знаю, что произошло. Я просто. не знаю. Есть жертвы среди гражданского населения? На улице, кроме нас, никого не было! Ладно! Cосчитайте убитых. "Посмотрите на это!" "Kaпплер. Kапплер!" Ваши мальчики маршировали, Mельцер. Маршировали! Kaпплер! Возмездие, Kaпплер! Отомстить за этих бедных мальчиков! Видите, Капплер? Вы видите, что они сделали с моими мальчиками? Вот результаты работы вашей. службы безопасности!

Здесь, на этой вонючей улице! Кто за этим стоит? Англичане? Aмериканские шпионы? Итальянцы. Итальянцы? Это невозможно! Раньше я любил итальянцев, Капплер. Теперь я их ненавижу! Добрик! Где Добрик? Вон там. Заминируй всю улицу. Я взорву все эти дома. В этих домах есть люди, генерал. Вы защищаете убийц? Нет. Все дома взлетят на воздух!

Целый район! Мои мальчики! Бедные мои мальчики! Вам нужно успокоиться. Ради доброго имени нашей страны. Это нас атаковали, поэтому у нас моральное преимущество! Всё это не имеет никакого значения, как вы не понимаете? Добрик, выполняйте мои приказания! Вверх. Руки вверх! Вверх, вверх! Генерал! Неужели мы здесь для этого? Вы ответственны, Капплер. Вы за это заплатите! Идёмте, генерал. Об этом нужно доложить Главнокомандованию. Оставьте Капплера контролировать ситуацию здесь. Что нам делать с этими людьми? Они все будут расстреляны! Они в вашем распоряжении. Задержите их и допросите. Но генерал приказал. Он был. расстроен. Я возьму на себя полную ответственность. Лейтенант! Да, синьор. Я восхищён вашей осмотрительностью, Капплер. Война заканчивается, и мы не хотим услышать наши фамилии на Би-Би-Си. Не так ли? Мне необходимо поговорить с фельдмаршалом Кессельрингом! Что? С проверкой на фронте? Значит, найдите его! Я должен говорить с ним, чего бы это ни стоило! Прежде всего, найдите мне генерала Йодля в Берлине. Немедленно! Где Карузо? В германском штабе, Ваше Превосходительство. Вы должны мобилизовать всех поголовно, теперь может случиться что угодно. Тем временем, мы обязаны сообщить Дуче.

Сегодня в 2:30 пополудни германское подразделение СС, следуя по Виа Раселла. Вы слышали взрыв? Похоже на атаку партизан! Да, я слышал. Немцы совсем взбесились, кишат, арестовывают прохожих! Говорят, много солдат убито. Идите заприте входную дверь. Мы не хотели приходить сюда, падре, но Паоло плохо себя почувствовал, так что мы. Не беспокойтесь, мы уйдём, как только на улице стемнеет.

Да, я один. Да, я слышал. Да, падре. Это произошло неподалёку, говорят, на Виа Раселла. Я не знаю. Если услышу что-нибудь позвоню вам. Да будет Он благословен в веках. Он разъярён. Фюрер разъярён. Разъярён! Я звонил в Берлин. Йодль лично говорил с ним. Они пытаются найти для меня Кессельринга. Тогда дайте мне Макенсена. Генерала Макенсена, идиот! Он хочет взорвать целый квартал. Дом за домом. Именно так, как я сказал. Он хочет 50 к 1. 50 итальянцев за каждого убитого нашего! Он передумает. Это политический вопрос. Рим это не Восточный фронт. Он передумает. И кроме того есть разница, мы не дикие животные. Дикие животные?! Мы? Генерал Макенсен! Как поживаете? Вы слышали? Да. Да, одну минуту, Капплер здесь. Сколько убитых? На данный момент 28. 28. Но будет больше. Генерал, я предложил, и сам Фюрер. А, вы знаете. Чрезмерное?! Но сам Фюрер. Пересмотреть, вы говорите! Он хочет говорить с вами. Господин генерал? Да, я уже обсуждал ситуацию с генералом Харстером. Мы согласились, что если бы пришлось проводить репрессии, мы рассмотрели бы всех заключённых-мужчин, приговорённых к смертной казни либо отбывающих пожизненное заключение. Да, и при необходимости мы бы добавили всех обвинённых в преступлениях, карающихся смертной казнью, но ещё не осуждённых. Да, мы взяли бы их в римских тюрьмах, конечно. Спасибо. Я не закончил говорить! Он бросил трубку. Ну, так что он сказал? Сколько к одному? Он сказал, что нас проинформируют, когда будет решено, какие меры следует принять. Я действительно не понимаю вас, Капплер. Наши люди лежат на этой загаженной улице, разорванные в клочья. этими свиньями! А вы, кажется, хотите обо всём этом забыть! Мы не просили посылать нас в эту грязную страну! Мы пришли на помощь, потому что нас позвали союзники. Вы допустили бы, чтобы они остались безнаказанными! Римлян надо удержать от подобных актов, но. репрессии ещё никогда никого не останавливали. Это было одной из главных причин Первой Мировой Войны, и привело только к появлению "мучеников". Репрессии, генерал, не наказывают никого, кроме их жертв. И их палачей. Вот как. Теперь вы даёте мне уроки истории! Репрессии остановят итальянцев. Их легко напугать. Но вы. Вы имели в виду что-то другое. Скажем, у меня есть. другое мнение. К чёрту ваши мнения! Вы будете делать то, что говорю я! Нет, синьор! Я буду делать то, что вам приказали приказать мне. Маршал Кессельринг, генерал Мельцер звонил четыре раза. Он сказал, это срочно. Не теперь. Ситуация на фронте чрезвычайно серьёзна. Американцы теперь собираются двигаться на север. Не думаю, что мы сможем продержаться более нескольких месяцев. Мы должны продолжать готовить наше отступление из Рима. Простите, генерал Мельцер снова звонил. Он сказал, что партизаны атаковали подразделение СС в центре города. Было много жертв. Понятно. Спасибо. Мне перезвонить ему? Нет, позвоните в Берлин, в Главнокомандование. Ну, полковник, какие у вас сегодня впечатления от фронта? Я хотя бы на один день хотел побыть в шкуре американцев. С их вооружением я бы вас смёл с лица земли. Генерал Йодль вас просит. Говорит Кессельринг. Понятно. Да? Сколько убитых? 30? Я только сегодня потерял 400 в Анцио. Но Рим это тоже фронт, нет? Если он собирается настаивать на своём решении, ему придётся всё мне послать самому. У меня нет ни одного лишнего грузовика и ни одного лишнего солдата. Попросите его пересмотреть решение. Да, это мой ответ, я жду вашего. "В Риме, 25-я годовщина со дня основания фашизма была великолепно отмечена внушительной церемонией, проведённой в Министерстве Корпораций. На мероприятии, организованном Фашистской Республиканской Партией, присутствовал в качестве гостя Карло Борсани, заместитель министра авиации, лишившийся зрения в боях, награждённый золотой медалью за храбрость, герой Албанской войны. Великий поэт режима, вспоминая исторические события 23 марта 1919 года, судьбоносного для фашизма дня сказал, что победоносная фашистская." Это просто невероятно. Ни одного слова. Я подумал, что тарелка горячего супа будет неплохой идеей. Спасибо, Джованни. Увы, хлеба нет.

Неважно. В шкафу есть одеяла. Если я вам больше не нужен. Вы можете идти. ".беспокойство в соседних городах. Спикер Ватикана сообщил, что Его Святейшество находится в добром здравии. Его беспокоят только мучения, причинённые войной." Падре, попытайтесь понять наши мотивы. Не могу, Елена. Извини, но я не могу. "Во время операции на Адриатическом побережье, германские войска отразили несколько вражеских атак. Из Анцио сообщают, что вражеские потери намного превосходят потери германских вооружённых сил. По последним сообщениям из Токио." Никто пока не упомянул об этом. Подождём Би-Би-Си. Интересно, что из этого сделают Союзники. И наш король. Комитет действует согласно распоряжениям Союзников. Наш король думает, что мы должны сидеть смирно и ждать его возвращения. Гаагское соглашение предусматривает репрессии. Послушай, Андреа: Италия и Германия находятся в состоянии войны. Мы атаковали вражеское формирование со всей военной мощью, при свете дня, на нашей территории. Я хотел бы знать, что немцы об этом думают. Если они следуют принципам Гаагской конвенции, то они скажут, что если ответственные не найдутся, то будут казнены заложники. Вдвое или втрое больше, чем число убитых немецких солдат. Они не посмеют. Они знают, что Рим от этого взорвётся. Давайте скажем прямо: что бы ни случилось, никто из наших людей не должен выдать себя. Ни один. Но невинные люди! Невинные люди жили в Варшаве, Роттердаме, Лондоне, Ленинграде! Невинные люди, миллионы евреев, уничтожены в газовых камерах. Вы серьёзно считаете, что Рим этого может избежать? Из-за Папы? В это я не верю. Как и миллионы других итальянцев. Вы говорите, немцы применят репрессии. Расстреляют заложников. Пусть попробуют: мы сделаем так, что весь Рим восстанет против них. Джорджо прав. У меня есть дети. И я хочу, чтобы однажды они смогли сказать: мой отец предпочёл смерть в крови жизни в дерьме. Генерал Мельцер, я знаю, что вы часами пытаетесь дозвониться, но, пожалуйста, успокойтесь. Я прекрасно понимаю ваши чувства. Может быть, вы отвыкли от вида крови. Начиная с сегодняшнего дня, мы должны привыкнуть к мысли, что партизаны это тоже армия. Теперь слушайте внимательно: Я говорил с Берлином несколько раз, всё это было более тщательно обдумано. Приказ передан вам по телетайпу, он должен быть приведён в исполнение. Это не мой приказ, господа, не начальника штаба и не главнокомандования. То, что у меня есть, это приказ самого Фюрера. Фюрер. пересмотрел своё решение, Капплер. Фельдмаршал Кессельринг смог убедить его в том, что предложенные санкции чрезмерны. Думаю, мы все можем гордиться, что фельдмаршалу удалась его честная и великодушная попытка проявить гуманность. 10 к одному несравнимо с 50 к одному.

Фюрер изъявил пожелание, чтобы вся операция была завершена в течение 24 часов. Официальный приказ был передан в 19:00, через несколько минут наступит полночь. Это означает, что у нас. 19 часов и 10 минут. Я могу увидеть приказ? 32 наших людей убито. Это означает 320 итальянцев. Капплер. Вы подготовите список. Этот приказ касается приговорённых к смерти и обвинённых в серьёзных преступлениях. Но у нас не найдётся столько преступников, чтобы выполнить норму. Я предоставлю решение этой проблемы вам. Вы лучший судья. Карузо вам поможет. Карузо, вы снабдите Капплера 80 именами. Или больше, если понадобится. 80? Генерал, это невозможно. У нас есть немного. 10, 15. Мы никак не можем. Хорошо, хорошо. Допустим, 50. Для начала. Но, генерал. Нельзя ли мне. Нельзя ли мне получить письменный приказ о 50 именах? Согласуйте это с Капплером. Шульц. Сколько приговорённых к смерти на Виа Тассо? Коммунист, шпион и саботажник. А сколько в тюрьме Реджина Чели? Ни одного. Пожизненные заключения? Ни одного. А осуждённые? У нас есть несколько. Несколько? Что вы имеете в виду? Шестнадцать. Шестнадцать! Три и шестнадцать. У нас трое приговорённых к смерти, а они хотят 320. Это невозможно. Прибке. Соединитесь с президентом военного трибунала, разбудите его, если необходимо. Я хочу письменное распоряжение насчёт 3 и насчёт 16. Я хочу письменное разрешение добавить тех, кто ждёт обвинения за серьёзные преступления. Дайте мне генерала Харстера, в Вероне. Домислав. Идите к Карузо. Мне нужны имена арестованных на Виа Раселлa.

Я к вам присоединюсь после того, как переговорю с генералом Харстером. Харстер? Да, да, он может нам помочь. Он отвечает за одну категорию населения, о которой я совсем забыл. Идите. Слушаюсь, господин полковник. Да, будет легко показать, что они виновны. "Генерала Харстера, пожалуйста.'' Генерал Харстер? Говорит Капплер. Капплер, из Рима. Хм-м-м. Да, я слышал. Слушайте, Капплер, чего вы ждёте от меня? Вам надо составить список. Если у вас не хватает людей, возьмите евреев. То есть, вы даёте мне абсолютное разрешение. Спасибо. Спокойной ночи. Шульц, сосчитайте евреев. Кажется, их 57. 57. Ещё есть 8 в Реджина Чели, их там держат по другим причинам, за антифашизм и политические преступления. Добавьте их в список. Слушаюсь. 57. 65. 71. 85 плюс 50 у Карузо. 135, то есть остаётся ещё 185. Я дозвонился. Мы имеем полное разрешение президента трибунала. Вы слышали, Шульц? Но он снимает с себя ответственность за тех, кто ещё ждёт суда. Но как я могу. Он говорит, что это должен решать Верховный Судья. Ну и?. Так что я позвонил Верховному Судье. Разрешение получено. Хорошо. Отлично. Получите письменное разрешение. Шульц, составьте список. Я хочу, чтобы вы прошлись по именам очень тщательно. Сначала мне нужно связаться с Домиславом, из кабинета Карузо. Нам понадобятся все имена, какие мы сможем получить. Конечно, легко это не будет. Вы, конечно, понимаете, всё это должно происходить с молниеносной скоростью и в обстановке строжайшей секретности. Сказать по правде, лучше бы наши парни разобрались именно с теми, кто это сделал. Это нас не беспокоит, Прибке. Кроме того, существуют определённые проблемы с безопасностью, и мы должны уделить их рассмотрению должное внимание. Сейчас может произойти что угодно, когда американцы приближаются. Это был бы абсолютный хаос. Это был бы конец. Даже конец Рима. Не говорите, что вы пришли ко мне среди ночи только потому, что Капплер жаждет очередной картины. Нет, падре, на этот раз я пришёл не взять, но дать. Я пришёл в этот час в надежде сохранить факт нашей встречи в тайне. Не знаю, как можно хранить такие встречи в тайне. Дипломатическая миссия, которую поручил мне Его Святейшество. стала, в некотором роде, достоянием общественности. То, что я собираюсь вам сказать, останется между нами. Вы слышали о Виа Раселла? Конечно. Но без деталей. 32 германских солдата убито. 320 итальянцев должны быть расстреляны в качестве возмездия. Приказ получен с самых верхов. Мы вот-вот совершим ошибку, которой можно было бы избежать. Поймите меня правильно. Судьба 320 итальянцев мало значит для меня, в сравнении с 10 или 15 миллионами, уже потерянными в этой войне. Но мы должны быть благоразумными. Германские репрессии спровоцируют сильнейшие общественные беспорядки и народный гнев. Рим сейчас пороховая бочка, и партизанское движение только и ждёт момента объединить сопротивление. Вы сказали, что пришли сюда, чтобы дать. Да, падре. Чтобы дать вам имя единственного в мире человека, который мог бы избежать этих репрессий. Его Святейшество. Его Святейшество. Соучастие по крайней мере некоторых людей, живущих на Виа Раселла, само собой разумеется. Без их поддержки никто не смог бы спланировать этот произвол. И это всё, что смогли установить ваши люди, Карузо? Мы обыскали все дома на улице, мы нашли нелегальные газеты и выступления, речи Черчилля и Рузвельта. на английском. Да. Что ещё? Скольких вы арестовали? Примерно 10. Дайте мне имена. Я включу их в свой список. Они нужны мне для моего! Нет, они для моего! Вы нам дадите 50 имён, как обещали, до 10 утра. Мне нужен ордер Буффарини Гвиди. Так получите его! Господин полковник, у нас нет 50.

Тогда дайте нам евреев. Ромео. Перицци. Джузеппе. Джилио. Маурицио. Пило. Ломбарди. Эцио. ПЯТНИЦА, 24 МАРТА. Этой ночью я говорил с Дуче. Я подчиняюсь вам, Ваше Превосходительство. Думаю, лучше всего, если вы будете действовать от имени правительства. Дуче сказал, что ему нужны детали, так что когда вы закончите с Капплером напишите мне отчёт. Капплер хочет 50 имён. 50! У меня нет полномочий. Ваше превосходительство, что я могу сделать? Вы должны дать ему их, иначе кто знает, что может случиться! Да, да, дайте их ему. Потом вы должны отдать мне приказ. в письменном виде. Зачем, думаете, я сделал вас начальником полиции, Карузо? У нас в Тоскане была поговорка: если хочешь велосипед, то ты должен крутить педали! Не вмешивайте меня. Я и так в этом по самую шею. Хорошо, я дам им список. В любом случае, мы и сами на очереди. Разве нет, ваше превосходительство? Полковник, я говорил с кабинетом Карузо, они говорят, что список ещё не закончен. Забудьте на мгновение о Карузо. У нас другая проблема: место захоронения. Добрик отвечает за исполнение, Это проблема безопасности. Мы должны найти подходящее место. Вырыть общую могилу заняло бы дни. Подумайте о катакомбах. Большая естественная камера смерти. Полковник, священник здесь. Священник? Какой священник? Отец Aнтонелли. Чего он хочет? Он сказал, он должен поговорить с вами. Где он? Я могу уделить вам лишь две минуты, падре. Полковник, я пришёл сюда, потому что вы были добры ко мне, и я хотел бы узнать, что случится теперь.

Это будет справедливое возмездие, падре, проводимое согласно законам Гаагской конвенции. Так у войны есть свои законы? Да, и мы их соблюдаем. Закон предусматривает возмездие в случае террористического произвола против регулярных войск. Говорят, это был акт открытой войны. Кто говорит? Вы их знаете? Сколько их? Два, три? Кто они, падре? Все, полковник! По всему Риму люди только об этом и говорят. Но вы ничего не сказали. Вы не сделали никакого объявления, вроде "если ответственные не сознаются, то."! Может, они этого и ждут, они могли бы сознаться.

И что нам было бы делать с этой кучкой убийц? Этого недостаточно, падре. И это вы называете возмездием! Вы приложили хоть какие-нибудь усилия, чтобы найти нападавших? Сделали ли вы сообщение, предупреждающее жителей Рима, какие меры будут приняты против них? Вы не сделали. Италия наш союзник. Италия. Какая Италия? Сейчас есть две стороны, и вы находитесь на неправильной стороне. Нет, полковник, это не возмездие. Вы и сами это знаете, и у вас не выйдет спрятать преступление за красивыми словами. Это просто резня, организуемая вопреки элементарным правилам военного времени. Слишком поздно, падре. Машина уже запущена. Так остановите её! Эта машина то, что вы называете Богом! Я могу остановить её не более, чем пуля может отказаться быть выпущенной! Я всего лишь человек. Во власти событий. Даже вам не остановить этого, падре! Вот и всё. Пусть решит поворот колеса судьбы. Бог не крутит колёса, чтобы вершить человеческую судьбу. Ваш Бог умер 20 столетий назад. Вот список! Вы уже составили список людей, которые должны умереть? Могу лишь сказать, что. Над каждым написанным мною именем я трижды раздумывал. Сделайте что-нибудь, полковник! Разорвите его, сожгите, уничтожьте! Вы сошли с ума! Смотрите, полковник. Восходит солнце. Вечный символ обновления и надежды. Многие просыпаются поздно и этого не видят. Но закат существует для каждого. Многие, падре, спят и тогда, когда бодрствуют. Мне жаль вас, полковник. Не жалейте меня. Жалейте человека, который обязан исполнить свой долг. Я остановлю вас. Отец Панкрацио будет говорить с Папой. Он вас остановит. У Папы и так. много тяжёлых обязанностей. Вы, конечно, не захотите добавить к его грузам ещё и этот. Его Святейшество предпочёл бы услышать об этом. после всего. Отец Антонелли. Я уважаю вас. Я уважаю ваш ум, уважаю вашу смелость, но я терпеть не могу людей с иллюзиями. Не испытывайте судьбу. Ла Веккиа, Гаэтано. Манчини, Энрико. Синьор, звонили из кабинета полковника Капплера. Сколько у него имён? Он закончил. Он сказал, что мы опаздываем. Опаздываем! Легко сказать, что мы опаздываем. Он мне скажет: "У вас только 50 имён". Но ведь это итальянцы! Они итальянцы. Я трижды обдумываю каждое имя. Три! Три раза! Где они? Ушли, как только вы вышли. Ничего не передали? Вы знаете, где живёт Елена? Паоло, остальные? В эти дни немногие живут в своих домах, падре. Да поможет им Бог. Да поможет Бог всем нам! Где отец-генерал? Вышел. Это я вижу, я хочу знать, куда? Вы хотите!? То есть. Я должен знать, где он, это вопрос жизни или смерти, вы понимаете? В наши дни всё вопрос жизни или смерти, отец Антонелли. Отец Грубер, постарайтесь помочь мне. Я должен увидеть его немедленно! Вы должны были бы это знать, он каждый день навещает Его Святейшество. Он в Ватикане. И невозможно, чтобы мы его там беспокоили. "Римское регистрационное бюро сообщает: вчера родилось 80 человек. Римская фондовая биржа зафиксировала незначительные колебания.'' Кто это? Альдо! "Пирелли упал на 0.1 процента." До свиданья. До свиданья. "Для удобства наших слушателей мы прочтём программу радиопередач на сегодня. Сводки новостей в 17:00, 20:00 и 23:00." Ничего! Рим победил Лацио в футбольном матче. Премьера нового шведского фильма в кинотеатре Барберини. Ничего о Виа Раселла. Радио, газеты. Ничего. Как будто ничего не случилось. Но это случилось. Я никогда этого не забуду. ".Католический мир, Слово Божие." "В 20:20 прямая трансляция с симфонического концерта, дирижирует маэстро Альчео Тони. Мы передавали сводку новостей." Я знаю, поэтому я здесь: чтобы попытаться предотвратить этот бессмыссленный акт со стороны немцев. Да, но. Послушайте: вместе с одной высокопоставленной персоной мы подготовили план, который рассмотрит Его Святейшество. Будьте уверены, он уделит этому вопросу максимум внимания Во-первых, мы попытаемся отсрочить акт возмездия, хотя бы на какое-то время. Во-вторых, проведём заупокойную мессу по убиенным германским солдатам в одной из базилик Рима. Его святейшество, возможно, я сказал, возможно, будет присутствовать. Не сомневаюсь, это будет одобрено всеми и, вероятно, смягчит сердца тех, кто принял это опрометчивое решение. Отец-генерал. Ждите меня в Миссии Святого Сальватора. Ждите и молитесь. Молитесь! Вы отказываетесь, Добрик?! Вы отказываетесь! Мои люди не обучены для операций подобного сорта. Большинство из них только новички. Ваши люди зверски уничтожены, а вы ведёте себя так, как будто. это вас не касается! Вы посмели отказаться повиноваться приказу самого Фюрера! Это государственная измена. И вы за неё ответите перед военным трибуналом. Считайте, что вы арестованы!

Дайте мне штаб генерала Макенсена, немедленно! Майор Добрик отказывается исполнять приказ. Мой список готов. 50 человек от Карузо его завершат. У нас также есть. Да, соедините. Полковник Хаузер? Полковник, слушайте внимательно. С предельной безотлагательностью вы предоставите отделение ваших людей в моё распоряжение. Им предстоит экзекуция 320 заложников. Что вы сказали? Вот список имён. Это было настоящим испытанием.

Это рапорт о выбранном участке, копия плана места, которое мы считаем подходящим. Полковник Хаузер отказался передать своих людей в моё распоряжение! Он сказал, что такая работа для СС, а не для армии! Ну, я бы сказал, что он прав. Капплер, вы не понимаете. Добрик отказался, Хаузер отказался. Другими словами, они просто умывают руки! У нас осталось всего 8 часов! Что толку в вашем списке, если некому будет их расстрелять?! Я бы не волновался. Я уверен, что вы найдёте кого-нибудь. Да. Вас. Вы это сделаете. Если это официальный приказ, генерал, то я предоставлю своих людей в ваше распоряжение для этой. операции. Нет, Капплер. Как начальник службы безопасности в Риме, вы обязаны послужить примером для ваших людей. Вы и ваши офицеры обязаны лично принять участие в этой операции. Это. мой официальный приказ. И разумеется, вы получите его в письменном виде. Вы правы. Я не должен просить моих людей делать то, чего я не сделал бы сам. Думаю, это символическая необходимость. Вы образцовый офицер, Капплер. Я отмечу это в моём рапорте Фюреру. В будущем это может оказаться очень важным для вас. Я 5 раз просился добровольцем на Восточный фронт. Мне отказывали раз за разом. Мне говорили, что у меня важная миссия. Важная миссия в Риме. СМЕРТЬ УЖАСНА ДЛЯ ТЕХ, КТО БОИТСЯ ЕЁ Все вы знаете, зачем мы здесь, так что не будем терять то недолгое время, что у нас осталось. Капитан Прибке, с которым я уже говорил, инструктирует людей. Тем не менее, я хотел бы остановиться на двух моментах. Во-первых, вопрос о моральной вине с нашей стороны просто не ставится. Мы солдаты, повинующиеся чётким приказам. Во-вторых, все 74 из нас, офицеров и солдат, все немецкой национальности, примут участие в этой операции. Каждый, кто откажется сделать это, предстанет перед военным трибуналом. Все вы знаете, что это значит. Так же, как и многие из вас, я ни разу не убил человека. Я сделаю первый выстрел. Я уверен, что выражу нашу общую мысль, полковник, если скажу, что все мы исполним наш долг. Спасибо, господа. Это место операции. Это заброшенные рукотворные пещеры около 3.5 км. к юго-западу от Виа Тассо, где мы находимся сейчас, около Виа Ардеатина, это здесь. Тоннели сделаны из известняка. Если их завалить, они образуют естественную камеру смерти, а влажность ускорит разложение останков. Тоннели уже минируются, они будут взорваны по окончании операции. Заключённых приведут сюда. Экзекуция будет произведена выстрелами из автоматических пистолетов системы Маузера. Взводы из 5 человек будут расстреливать заключённых группами по 5 человек, отсюда следует, что каждый из нас убьёт 4 или 5 человек. Сейчас я покажу процедуру, которой вы будете следовать. Бретьен, подойдите сюда.

Заключённый опускается на колени, голова слегка наклонена вперёд. дуло пистолета помещено у основания черепа, но касание необязательно. Пуля пройдёт снизу вверх, сквозь мозг, и приведёт к немедленной и безболезненной смерти. Спасибо. По моим подсчётам, нужно 3 часа, чтобы собрать заключённых, час на транспортировку, минута на каждую экзекуцию. Мы закончим ещё до рассвета, за несколько часов до. требуемого срока, если всё пойдёт по плану. Я уже заказал 40 грузовиков, но есть сложности. Сложности? Какие сложности? 18 из этих грузовиков обычно используются для перевозки мясопродуктов, и офицер, отвечающий за доставку мяса, утверждает, что если там будут перевозить людей, позже они должны будут подвергнуться стерилизации. Добудьте грузовики! Я буду иметь дело со всеми возражениями. Господа, ни при каких обстоятельствах мы не должны привлекать к себе внимание. Скорость наша лучшая безопасность. Только что звонили из больницы. Ещё один из наших людей скончался. Это означает, что я должен добавить ещё 10 человек к списку, и в итоге будет 330. Скоординируйте ваши планы соответственно. Это всё. Прибке. Прошлым вечером вы говорили мне о 10 евреях, живущих в арийских домах. Я приказал вам арестовать их. Они в заключении? В тюрьме Реджина Чели. Добавьте их в список. Прибке. Пошлите несколько ящиков коньяка к пещерам. Нашим людям придётся нелегко. Слушаюсь. Пожалуйста, садитесь. Простите, что вам пришлось так долго ждать. Падре, скажите мне, что было сделано. Всё, что в человеческих силах, поверьте мне. Что это означает? Его Святейшество серьёзно рассмотрел возможность своего вмешательства. Но немцы пригрозили изменить своё отношение к вопросу о нынешних переговорах о спасении Рима. Спасении Рима? Каком спасении, падре? Чьём? Отец Антонелли, даже в такой момент мы не должны забывать, что Германия наша последняя защита от атеистического коммунизма. Вы хотите сказать мне, что Папа отказался вмешаться? Что он забыл, что является Епископом Рима! Как смеете вы судить, Отец Антонелли? Его Святейшество узник истории. Он должен мыслить и оперировать универсальными понятиями. Таким образом, Церковь отказалась от своей миссии. Его Святейшество решил ничего не делать. Так же, как и мы все! Пожалуйста, успокойтесь, Отец Антонелли. Эти часы не прошли напрасно. Мы составили текст сообщения, которое появится на первой странице завтрашнего "Оссерваторе Романо". Завтра?! Позвольте мне прочитать его, сын мой, и тогда вы сможете судить сами. "В эти тревожные часы мы обращаем наши мысли, в частности, так часто терзаемому мучениями и несчастьями. Мы обращаемся непосредственно к совести населения, которое так превосходно демонстрирует дух самопожертвования и глубокое достоинство. Не разрушайте необдуманными порывами эту позицию, столь достойную характера нашего народа. Каждое необдуманное действие не будет иметь другого результата, кроме нанесения ущерба невинным людям, и без того страдающим от мучений и лишений. Тем, чья задача поддержание общественного порядка." Полковник Капплер. Спасибо. Я должен поговорить с ним! Извините! Они не хотели меня впускать. Сейчас вы вошли. Чего вы хотите?

Я только что из Ватикана, Его Святейшество предпринимает необходимые шаги. Вы должны сделать отсрочку! Мы уже проинформированы о "необходимых шагах", которые собирается предпринять Его Святейшество. Это будет напечатано в заврашнем выпуске "Оссверваторе Романо". "Соблюдайте общественный порядок. Следите, чтобы он не нарушался любыми проявлениями, способными вызвать болезненный конфликт. Те, кто знает, как влиять на умы населения, и прежде всего священники, несут высокую миссию убеждения, успокоения и умиротворения". Так что видите, падре, вам не было смысла сюда приходить. Полковник, у вас есть душа, сознание, назовите как хотите.

Но однажды, независимо от того, что произойдёт теперь, вы будете призваны к ответу за ваши действия. Сделайте что-нибудь! Время всё ещё есть! Времени нет, падре. Всегда слишком поздно, теперь я это понимаю. Каждый следует своим путём. И Папа тоже. Каждый, кто верит, что может управлять своей судьбой, просто спит и видит древний сон. Древний сон дураков. Дураков? Вы называете нас дураками? Утопистами? Вы зовёте массовую резню актом возмездия, чувствительного юношу партизаном, старика заложником, влюблённую женщину коммунисткой! Палачи носят маски, полковник. Вы прячетесь за этими пустыми словами, чтобы разрушать! Но все мы люди! Божьи создания на земле!

Не какие-то винтики из машины! У человека есть право выбора! Сделайте выбор, полковник! Они ждут вас. Я иду исполнить свой долг. Я сказал вам, чего ждут от вас. Идите и исполните свой долг. Времени не осталось, падре. Вы больше ничего не сможете сделать. Я всё ещё могу кое-что сделать. Нет, падре. Хайль Гитлер. Извините, мне нужен ваш велосипед! Он мне очень нужен!

Это полный список. Немедленно возьмите его в тюрьму Реджина Чели и передайте. Только что звонили из Реджина Чели. Их уже увезли. Но это невозможно! Список у меня здесь! Здесь! Это единственная копия. Люди Капплера приехали и сказали, что иначе возьмут охранников. Они увезли 55 осуждённых. Но. это слишком много. Слишком много. Слишком много, слишком много! Они взяли на 5 больше, чем надо. Говони, Аладино. Джузеппе, Гаэтано. Гриеко, Эннио. Ди Вероли, Аттилио. Лотти, Джузеппе. Нобили, Эдоардо. Ди Непи, Джорджо. Д'Амико, Джузеппе. Д'Андреа, Марио. Ди Консилио, Чезарe. Ди Консилио, Франко. Ди Консилио, Марко. Ди Консилио, Мозе. Ди Консилио, Саломоне. Соннино, Габриэлe. Спунтиччия, Антонио. Стаме, Никола. Таламо, Maнфреди. Taнзини, Джованни Карло. Teдеско, Чезарe. Стоять! Дайте пройти, дайте мне пройти!.. Я не могу этого сделать.

СПИСОК ЖЕРТВ РЕЗНИ В АРДЕАТИНСКИХ КАТАКОМБАХ Десять недель спустя Союзники освободили Рим. Начальник полиции Пьетро Карузо предстал перед итальянским судом, был приговорён к смерти и расстрелян. Генерал Курт Мельцер предстал перед судом и был приговорён к смерти в 1946 году. Приговор не был приведён в исполнение. Он умер в тюрьме. Фельдмаршал Альберт Кессельринг предстал перед Британским военным трибуналом в 1947 году, и был приговорён к смерти. Приговор не был приведён в исполнение. Он был освобождён в 1952 году. Полковник Герберт Капплер предстал перед судом в Риме в 1948 году и был признан виновным. Он был осуждён к пожизненному заключению и отбывает наказание в военной тюрьме в Гаэте.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Одним из способов обойти проблему зрительного контакта является сосредоточение взгляда на лбе задающего вопросы.

Я покажу тебе коечто интересное. >>>