Христианство в Армении

Раньше спал, теперь не могу.

Перевод: SAKCHES «Путевого дневника Тюдзи», фильма, который долго считался полностью утраченным.

Режиссёр фильма, Даискэ Ито, умер в возрасте 82-х лет, уверенный, что его шедевр утерян безвозвратно. Кино быстро добралось до Японии, прибыв сюда через год после изобретения. Вскоре японцы начали снимать собственное кино, используя для ранних сюжетов. представления театра кабуки. Первым японским кинорежиссёром называют Сёдзо Макино, и именно он. впервые использовал натурные съёмки при производстве фильма кабуки. И наконец последовал толчок, выведший фильмы из мира театра. Даискэ Ито был учеником Каору Осанаи. Первого сентября 1923 года произошло мощное землетрясение в Токио и регионе Канто. Появившиеся после катастрофы слезливые мелодрамы имели большой успех. в мрачной атмосфере, воцарившейся в городе. Даискэ Ито был автором сценария одной из этих мелодрам, «Песенки лодочника». «Путевой дневник Тюдзи» был результатом сплава мечтаний и бед молодого Ито, который много лет проработал наёмным сценаристом, не имея возможности самостоятельно выбирать темы. Таким образом японское кино наконец породило первого «самостоятельного» кинематографиста. Примерно в то же время режиссёр Тэйноскэ Кинугаса, ровесник Ито, который начинал как актёр-исполнитель женских ролей, снял два фильма.

под сильным европейским влиянием. Затем последовала эра так называемых «фильмов с уклоном». На фоне ухудшения состояния экономики, рабочих беспорядков, всё более жестоких.

выступлений протеста фермеров и сурового подхода к подавлению подобных. движений со стороны правительства — фильмы этого жанра пытались иллюстрировать.

противоречия и тяготы жизни в капиталистическом обществе. Однако цензура и усложнение общего положения дел перед войной с Китаем. довольно быстро побудили их сменить направленность. Чей отец главнее, твой или мой? Твой отец. Нет, я думаю, твой отец главнее. В результате японские кинематографисты смогли уйти от ограничений, навязанных жёсткой структурой театра или требованиями идеологии, и начали объективно. изображать самую основу японского общества — жизнь личности в семье. Это было началом первого золотого века японского кино. Отец, почему ты не ешь? Ну, брат, как дела? Я думала, ты уже в Токио. Ты всегда так хорошо выглядишь. Сати-тян, как у тебя дела? Сакияки, да? Как вкусно выглядит! Почему вы меня не позвали? Здесь столько всего хорошего, дом — самое лучшее место на земле! Я так рада! Я так давно не ела дома. Отец. ты, наверное, теперь очень счастлив.

Ты нашёл работу, брат скоро закончит учёбу.

теперь он действительно готов к взрослой жизни. Остаётся только Сати-тян. Сати-тян, как прошёл твой экзамен? Можно мне немного риса? Что такое? Почему мне никто не отвечает? Таким, как ты, преступникам нет места в этой семье. Что ты сказал? Я сказал, что ты преступница! Поверить не могу. Замолчи! Что вы делаете в подобном месте? Наверное, просто брожу. я не знаю, что я делаю. Вы, должно быть, больны. Да, вы правы. У меня ужасная болезнь — «преступность». Доктор. Как вылечиться девушке с подобной проблемой? Понятия не имею. В 1936 году, когда Кэндзи Мидзогути снял фильмы «Осакская элегия» и «Гионские сёстры», несколько молодых военных офицеров попытались совершить переворот во время. печально известного инцидента 26 февраля. В конце концов подавленная, попытка переворота всё же несомненно подтолкнула. Японию на путь милитаризма. Интересно заметить, что Гильдия режиссёров Японии. была образована всего за день до попытки переворота. Что ж, я поражён. Вы всегда так рано приходите. Казалось, гильдия добилась успехов очень быстро. На следующий год после её появления Тому Утида снял «Бесконечное приближение», основанное на идее Ясудзиро Одзу, хоть они и работали на разных студиях. Фильм рассказывает трагическую историю рабочего, который бескорыстно. посвящает всю свою жизнь одной фирме. В том же году японское правительство развязало полномасштабную войну против Китая. Это событие ознаменовало начало «бесконечного приближения» к краху. И в том же году Садао Яманака снял свой последний фильм, «Человечество и бумажные шары», вся тематика которого так или иначе связана со смертью. Затем он был призван в армию и отправлен на фронт в Китай, где год спустя. умер от болезни. Ему было всего 28 лет. это двойное самоубийство. Прочь с дороги! Интересно, почему не едет хозяин? Эй, ты! Отличись, сбегай за хозяином! Эй! Куда это ты собрался? Я хочу найти хозяина. Хорошо. беги.

Эта фотография была сделана, когда сержант Одзу, тоже призванный в армию, навещал рядового первого класса Яманаку незадолго до смерти последнего. В этот период японские кинематографисты продолжали создавать вдохновенные. произведения, несмотря на печальную дань, которою война, правительство. и военные действия взыскали не только с судеб отдельных художников, но и с кинематографа в целом. Положение стало ещё страшнее в 1939 году, когда в действие вступил закон о кино, основанный на нацистских правилах, регулировавших кинематограф. В следующем году студия прекратила. показ документального журнала. Фумио Камэи «Солдаты на фронте». Но поскольку комедии всегда присутствовали в японском кинематографе, пародии режиссёра Кадзиро Ямамото и актёра-комика, известного как Энокэн, провели нацию через этот тёмный период. В декабре 1941 года Япония вступила в мировую войну, включив в список. своих врагов США, Британию и большую часть остального мира. Иронично, что режиссёром этого фильма, снятого как поднимающий боевой дух, как призыв к победе, был не кто иной, как известный либерал Кадзиро Ямамото. Но вместо того чтобы крепить волю народа к борьбе, это эпическое произведение, рассказывающее о попытках молодого человека обрести истинно японский дух. и стать идеальным воином, скорее стимулировало интерес к спецэффектам, что привело. после войны к возникновению сериала о Годзилле. Всем — подъём! Всем — подъём! И кстати о слезах — вот фильм, с лёгкостью вызвавший больше всхлипов и сопереживания, чем любая из лент, снятых во время войны. Это рассказ о рикше и его привязанности к вдове армейского офицера и её сыну. Возмущённые предположением, что простой рикша может хоть тайно осмелиться мечтать. о вдове офицера, цензоры буквально искромсали фильм в клочья, но даже уцелевшие обрывки продолжали трогать зрителей. Я впервые видела, чтобы он так волновался и кричал. Думаю, он впервые в жизни был по-настоящему взволнован. Наверное, мы видим проявление новой черты его характера. Большое вам спасибо. Ну, не знаю, заслужил ли я благодарность, но если ему было хорошо — то я не против. Я, пожалуй, пойду. Мацугоро-сан! Не забудьте ваш приз! Он мне не нужен. Пусть лучше достанется вашему сыну, когда он вырастет. До свиданья. Ничего. мне он не нужен. Двадцать первое октября 1943 года. Прощальная церемония для студентов, призванных в армию, проходит под холодным дождём; академические отсрочки в конце концов отменены. Грязь под ногами марширующих студентов — всё ещё одетых в студенческую форму, но с винтовками в руках — оказалась предвестницей их судьбы. Казалось, неостановимое движение страны к разрушению было наконец. прекращено атомными бомбардировками Хиросимы и Нагасаки. Среди более 140 тысяч непосредственных жертв этих разрушений была Кэйко Сонои, актриса, сыгравшая обаятельную вдову в фильме «Рикша». Ей было тридцать два года, когда свечи жизни её и ещё девяти членов. театральной труппы «Сакурагун» были задуты в Хиросиме. Поскольку Акира Куросава начал работать во время войны в качестве ассистента. Кадзиро Ямамото, неудивительно, что первый послевоенный фильм Куросавы — «Не сожалею о своей юности» — наполнен злой критикой правительства и до и во время.

конфликта, и вместе с тем — надеждой на лучшую жизнь в послевоенной Японии. У тебя что-то есть, не так ли? Секрет. Отдай мне, пожалуйста. Я хочу его. Уверена, это что-то прекрасное. Что с тобой? Ты думаешь, я какой-то мечтатель? Пожалуйста, больше так со мной не обращайся. Оглядываться на прошлое без сожалений. Оглядываться на прошлое без сожалений. В том же году, раскрывая почти те же темы, другой режиссёр, дебютировавший. во время войны, Кэискэ Киносита, снял фильм «Утро семьи Осонэ». В те времена цензура всё ещё существовала, однако оккупационные войска. уже сменили японское правительство и военных, и страну ожидали. социальные потрясения, вызванные ростом рабочих волнений. Тем не менее режиссёры, начавшие свою творческую деятельность во время войны, нашли применение своей ранее подавляемой энергии и создали. целую серию истинно сильных работ. Приз, полученный Акирой Куросавой в Венеции за «Расёмон», послужил стимулом. для старших режиссёров страны, тогда как их мастерство достигло своих вершин. Тот период бесспорно стал вторым золотым веком японского кино. Томико, кто вы такая, чтобы игнорировать школьные правила? Госпожа Такиока! Почему вы не слушаете приказов учителя? Встаньте! Чему именно я должна, по-вашему, повиноваться? Я имею право ненавидеть то, что ненавижу! Какое школе дело, сразу ли я поеду домой на каникулах? Что я сделала плохого?

Я уже не ребёнок! Вы нарушили правило общежития! Это глупое правило! Может, это правило следует изменить! Вы всегда говорите только о чести и традициях школы. Прежде чем волноваться о том, что подумают окружающие, может, вам следует. начать относиться к людям чуть с большим уважением! Кто это? Кто там хлопает? Это всё, что вы можете сказать? Очень хорошо. Теперь я точно знаю, что вы за ученица. Господин Хирато, возвращайтесь, пожалуйста, в свой кабинет. В конце концов, мы не можем заставить её подчиняться нам. Что же довело Ёси Идзуси до самоубийства?.. Я видел этот фильм ранней весной 1954 года. Надеюсь, вы простите мне этот внезапный переход к повествованию от первого лица, но в том году я сам стал частью японского кино. Вообще-то я тогда ещё не снимал фильмы, хотя и сдал экзамен на должность. ассистента режиссёра на студии «Сётику Офуна». Я всё ещё не был уверен, хочу ли заниматься этим делом. В то время я не считал кино серьёзным занятием. Но я принял решение, увидев этот фильм. «Посмотрите, что может сделать фильм!» — подумал я. «Но что именно?» Шесть лет спустя я получил ответ. В то время, когда толпы студентов и рабочих осаждали здание Диет, протестуя против расширения японо-американского соглашения, вышел мой второй фильм, называвшийся «Жестокая история молодости». Я не умею плавать! Ты успокоишься? Ни за что! Тогда ты не выйдешь на берег. Почему ты не успокаиваешься? Зачем ты вообще сегодня пришла? Интерес к мужчинам. любопытство, секс. я тебя удовлетворю! Мне казалось, что все японские фильмы до того момента были переполнены темами. мучений народа во время войны, бедности и феодальной природы отношений. в японских семьях и обществе. Для обычных людей того времени было естественно считать себя жертвами, но я считал, что режиссёрам очень важно избегать подобного хода мыслей. Режиссёры ведь должны искать путь к освобождению человека? Даже если это трудно, даже если мучительно. Термин «японская новая волна» впервые был применён ко мне и моим коллегам, начинавшим на той же студии, в 1960 году. Этот ярлык, пришедший от французского движения с тем же названием, всегда был мне ненавистен. Но движение «новой волны» быстро сошло на нет, когда студия, после провала акций протеста. против расширения японо-американского соглашения, изъяла из проката. мой фильм «Ночь и туман в Японии», частично основанный на моём собственном. студенческом опыте пятидесятых годов, всего через четыре дня после его выхода. Я ушёл со студии и организовал собственную кинопроизводственную компанию. Хотя у меня некоторое время не было средств на съёмки фильмов, я считал, что тенденции в кинопроизводстве работают на меня. Одной из причин было то, что ещё до моего решения на крупнейших студиях появлялись. режиссёры, совершенно иначе подходившие к производству фильмов, чем их предшественники. Второй причиной было то, что на независимых студиях кино развивалось в новых направлениях. Канэто Синдо закончил «Остров», следуя совершенно иной схеме производства. Ни у Сусуми Хани, ни у Хироси Тэсигахары не была опыта работы на крупных студиях. Всё говорило о начале новой эры, в которую снимать фильмы будут личности, а не компании. Нобуко! Нобуко! Ты уже закончил? Отец, мне снова нужна твоя помощь. Нобуко почти совсем не пьёт, у меня всё раздулось. Отец, мне надо найти работу. До и во время войны секс был предметом табу в японских фильмах. На экране не допускались даже поцелуи. К середине шестидесятых годов интерес к теме секса быстро стал всеобщим. Но секс — это очень личное занятие. Как может его отразить достоверно кто-либо кроме художника, работающего самостоятельно? В то же время появились кинокомпании, созданные для производства низкобюджетных. эротических фильмов. Эти фильмы, известные как «розовое» кино, собирали довольно большое количество зрителей. С другой стороны, посещение кинотеатров достигло своего пика в 1958 году, и начались заметные ежегодные спады. Все были потрясены, когда Тэцуи Такэси, известный критик и режиссёр традиционного. японского театра, внезапно решил заняться производством «розового» кино. Однако его фильм «Чёрный снег», в котором в качестве фона была использована. военная база США, был конфискован полицией, а его самого судили. за нарушение «закона о непристойности». Что вы делаете? Вы можете сидеть в тёмном кинотеатре сколько угодно, но ничего не произойдёт. Экран просто пуст, поймите. Все эти люди вокруг — такие же, как вы, они устали ждать, чтобы что-то произошло. Ждать чего-то интересного. Даже если бы завтра ожидался конец света, я бы упорно. продолжал сажать семена яблок. Первый полнометражный художественный фильм, снятый Судзи Тэраямой, известным поэтом, драматургом, режиссёром, лидером театральной группы, романистом, режиссёром короткометражных фильмов и — иногда — букмекером на скачках, был создан благодаря сотрудничеству крохотной дистрибьюторской фирмы. «Гильдия художественного театра» и кинокомпании, которой управлял сам режиссёр. Другие фильмы, созданные по такой же схеме, начали появляться в 1968 году. Первым стал мой фильм «Смерть через повешение». Кинокомпания режиссёра внесла 5 миллионов иен, «Гильдия художественного театра» — столько же. Хотя снимать фильм с невероятно низким бюджетом всего в 10 миллионов иен, или около 30 тысяч долларов, казалось сложным, на удивление много. режиссёров, работающих в различных жанрах, решились испробовать эту схему.

Среди них были. Режиссёры, покинувшие свои студии. Режиссёры документальных фильмов. И режиссёры с телевидения. Разумеется, мы сделали низкие бюджеты своим оружием и использовали. эту концепцию для исследования новых тем и методов работы. Таким образом мы расширили границы не только японского кино, но и кино в целом. В том же 1968 году Сэидзюн Судзуки, всегда боровшийся за некую стилизованную красоту. в коммерческих фильмах «Никкацу», был уволен со студии из-за того, что его фильм «Отмеченный для убийства» сочли «эзотерическим». Его увольнение спровоцировало широкую волну протеста в кинематографии. Полицейские, уходите домой! Мы не сделали ничего плохого! Уходите! Идите домой! Полицейские — уходите домой! Японское документальное кино постоянно развивалось благодаря работам таких. кинематографистов, как Сусуму Хани, Тосио Мацумото, Кадзуо Куроки и Норияки Цутимото, однако несколько документальных фильмов, вышедших в 1968 году, потрясли всё японское общество. Одним из них был фильм Синскэ Огавы «Лето в Нарите», показывавший выступления. протеста фермеров и студентов против строительства нового Токийского аэропорта. Другим — «Предыстория партизана» Цутимото, взгляд на вожака студенческого восстания. университета Киото. В записке сказано: «Я единственный могу продолжить род Сакурада. Убивая себя сейчас, я уничтожаю семью Сакурада». Масуо, ты опоздаешь на корабль. Тебе пора. Ты организуешь похороны в Токио. Я останусь здесь. Ты собираешься умереть здесь, так, Рицуко? Да, но я сама могу обо всём позаботиться. Думаешь, я могу уйти, зная об этом? Значит, ты хочешь остаться и увидеть мою смерть? Когда я выпустил в 1971 году фильм «Церемония», Эйдзо Хори, критик из газеты «Асахи», написал, что это — «преждевременный итог послевоенной демократии». В целом он критиковал меня за излишнюю пессимистичность. Тем не менее годом раньше совершил самоубийство Юкио Мисима, а в следующем году ультрарадикальная студенческая секта, известная как. «Красная Армия», линчевала двенадцать своих членов во время сбора, который они назвали «Итог». Это произошло незадолго до задержания оставшихся членов после перестрелки. со спецподразделением полиции. Программа о том, как эта группа в своём убежище в горах отбивалась от полиции, получила самые высокие рейтинги в истории японского телевидения. С тех пор молодёжи больше не удавалось. играть сколько-нибудь заметную роль на сцене современной истории Японии.

Основным жанром, проведшим японское кино сквозь бурные семидесятые, было гангстерское кино, изображавшее порой очень жестокие схватки. молодых членов японских банд якудзы. Тэцу-тян. Посмотрите, что для вас сделали. Теперь вы счастливы? Нет. Хироно, надеюсь, ты понимаешь, что это значит! Знаете, господин Ямамори, у меня ещё остались патроны. Вторым был идущий до сих пор сериал о Торе-сан. Ёдзи Ямада, пришедший на «Сётику» в том же году, что и я, начал снимать эти фильмы. о странствующем продавце в 1969 году. Не имея никакого постоянного адреса, Тора-сан периодически приходит «домой». в тесный квартал в Токио, где местные жители рады ему, как члену семьи. Эта бесконечная сага раскрывает такие темы, как тоска по дому. и ностальгия по семье и обществу. Так где же Тора? О нём ничего не слышно с тех пор, как мы расстались в Отару. В Отару? Отару? Это на Хоккайдо? Да, он действительно очень далеко!

Вот глупый, лучше бы ему вернуться вместе со всеми. Вы правы. Неужели он не знает, как мы о нём беспокоимся? Лили говорила о поездке на север? Эй! Лили была здесь? Когда? Когда? Когда?! В начале прошлого месяца, кажется. А в последние пару дней не заходила? Тора-сан!!! Эй! Не пугайте меня так! Я вас напугала? Это вы вдруг появляетесь неизвестно откуда! С возвращением. Мы рады, что ты снова дома. Мы очень о тебе волновались. Ещё были эротические фильмы студии «Никкацу», которая называла подобные картины. «римским порно» и снимала только их. Однако в 1972 году японские власти конфисковали четыре «римских порнофильма». и предъявили обвинения девяти создателям. Несмотря на запреты, — или, возможно, благодаря им, — режиссёры продолжали. создавать великолепные работы. Я полагаю, шестидесятые и начало семидесятых годов следует назвать третьим. золотым веком японского кино. В этот период режиссёры с разнообразными талантами, родившиеся в войну, но выросшие в послевоенной Японии, побороли многочисленные трудности и достигли творческих вершин. Я сумел преодолеть ограничения сексуальной выразительности, снимая фильм в Японии, но проявляя негативы во Франции. Тебе больно? Да, больно. А так тоже больно? Японские власти были в ярости и конфисковали книгу, выпущенную по сценарию, и фотографии из фильма — согласно японским законам о «непристойности».

Однако, как и в случае с «Чёрным снегом» и с «римскими порнофильмами», все замешанные. в деле в конце концов были признаны невиновными. Тем не менее при ввозе фильма в страну его подвергли цензуре на таможне, и он так и не был выпущен на экраны Японии в полной версии. Я сделаю для тебя всё, что ты хочешь. Прости, что меня не было рядом последние три дня. Долгое время я много размышлял над уникальной природой японских фильмов о войне, в которых присутствовали только японские персонажи и никогда не изображались враги. Я пришёл к выводу, что этот тупиковый метод, поскольку войны возможны. лишь в том случае, если стране есть с кем воевать. В фильме «С Рождеством, мистер Лоуренс» я впервые изобразил. и японцев и их врагов как равных. Назад! Назад! Вы помните это Рождество? Это было хорошее Рождество, верно? Это было прекрасное Рождество. Вы были пьяны. И я буду снова и снова напиваться. Саке — великолепно. Спасибо, Рождественский Дед, спасибо. Затем я один отправился в Париж и снял «Макс, любовь моя». Хотя этот фильм, естественно, снял Осима, я не уверен, что его можно назвать японским. Мне вообще кажется, что вся концепция национальной принадлежности фильма. довольно бессмысленна. Но позвольте мне отказаться от повествования от первого лица.

и вновь стать объективным комментатором. Иногда бывает, что победу очень трудно принять. Прощайте, Хара-сан. Благослови вас Бог. Лоуренс! Счастливого Рождества! Счастливого Рождества, мистер Лоуренс! Знаешь, я думаю бросить учёбу в школе. Что? О чём ты говоришь? Продолжай учиться, ты не должен бросать! У тебя хорошая школа, после неё ты сможешь поступить в государственный институт. Неужели ты не понимаешь таких простых вещей? Ну, я тут подумал немного. Тебе не нужно думать. Здесь думаю я! Вот поэтому людей забивают бейсбольными битами. Потому что родители говорят такие вещи и. Ах вот как? Ну так попробуй ударить меня битой, придурок! Что ты делаешь? Да что ты такое творишь? Что ты делаешь? А ну прекрати валять дурака! Как ты смеешь бить моего мужа?! Эй, туда только что заполз таракан! Сцена обеда. Четыре члена семьи и частный преподаватель, все сидят по одну сторону стола. Мы не видим обеденного стола, который ранее появлялся в фильмах Одзу и Мидзогути. С самого рождения японского кино множество кинематографистов восхваляли, критиковали. и иногда даже пытались уничтожить его главные темы — дом и семью. Но эти понятия больше не существуют в прежнем своём понимании. В современной Японии можно лишь играть с тем, что от них осталось, как ясно показал в своём фильме Ёсимицу Морита. Смерть — это обещание жизни. Но нам не обещана священная смерть, которая даёт священную жизнь. Таким образом, я покажу вам свою смерть, чтобы все могли жить. Это смерть! Чувство отчуждённости и разочарования молодых людей, которые осознают, что у них нет ничего общего. друг с другом, — и с временем, — было великолепно изображено Синдзи Сомаи. в его уникальном стиле работы с длинными планами.

Все режиссёры, появившиеся после 1980 года, родились после войны. и никогда не работали на киностудиях. Они начинали по-разному. Некоторые самостоятельно снимали фильмы в школе. на 8или 16-миллиметровую Некоторые были ассистентами режиссёров «римских порнофильмов», некоторые снимали телерекламу. Более того, многие актёры, авторы и музыканты также пробуют свои силы в режиссуре.

Намеренно или нет, все они изображают современное японское общество. страдающим от разобщённости и от разрыва связей между людьми. Они создают интересные, современные фильмы, сражаясь с этой реальностью. В фильме «Мерцание» Ёдзи Мацуока по новому подходит к уникальным. трёхсторонним отношениям между алкоголичкой, её мужем-геем и его любовником, наблюдая за тем, как они пытаются создать новый тип сосуществования, отличающийся от традиционного понятия «дом». Ты убиваешь людей, вот так просто? Если ты так спокоен, убивая людей, то, наверное, ты спокоен и при мысли о своей смерти? Ты сильный. Мне очень нравятся сильные люди. Если бы я был таким сильным, я не ходил бы с оружием. Но ты запросто стреляешь. Я стреляю, потому что мне страшно. Но ты не боишься смерти, правда? Если слишком сильно бояться смерти, то в итоге начинаешь её желать. О чём ты говоришь? В дополнение к своей чрезвычайно успешной телевизионной карьере комик Бит Такэси, сыгравший эпизодическую роль в фильме «С Рождеством, мистер Лоуренс», также начал снимать кино под собственным именем — Такэси Китано. Ранее он изображал современное общество через показ импульсивной жестокости, но в «Сонатине» представляет светлый и спокойный образ гангстера средних лет, склонного к жестокости, который не может найти себе место в обществе. и навсегда уходит в мир своих грёз. В сфере анимации и документального кино новые художники также пришли. к инновационным формам выражения. Но главная из перемен, наблюдаемых в современном японском кино, — это появление на экране неяпонцев, живущих в Японии. Давным-давно была большая война. Наша родина была в рабстве, мы были как скот. Моя мать приехала в Японию, как и ты, чтобы поддержать свою семью, она пересекла бушующее море. Корабль. Она приплыла на корабле. Не знаю как было тогда, но теперь у неё много денег. Моя мама много работала. Моего отца убили японские военные, а старший брат умер от. Среди этих так называемых «резидентов» корейское население Японии составляет. около 3/4 миллиона: это крупнейшая неяпонская этническая группа в стране. Один из этих «резидентов», Ёити Саи, снял фильм «Всё под Луной», — смелое изображение. одновременно уникальности и универсальности положения корейских резидентов в Японии. Поскольку число неяпонцев в стране растёт удивительными темпами, эти перемены, несомненно, окажут сильное влияние на японское кино. Кони, только я могу тебя понять. Послушай меня. Давным-давно была большая война. Я больше не хочу слушать твои сказки! На Филиппины. В Манилу, пожалуйста. Спасибо большое, что воспользовались такси. Я ваш водитель, меня зовут Га. Первые сто лет японского кино были его юностью. Следующие сто лет оно также, несомненно, останется молодым. И в эти сто лет японское кино определённо освободится от влияния Японии. и расцветёт как просто чистое кино.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Взял два каяка на час за 40 баксов.

И мы вернём его завтра. >>>