Христианство в Армении

Тогда я заставила бы в себя влюбиться, по меньшей мере, парней 100.

{\a6}Спасибо, что смотрели с фансаб-группой АЛЬЯНС (http://alliance-fansub.ru/) Перевод с английского: vivaldi К сожалению, нам пришлось перенести действие этой истории из долины Форе, изуродованной урбанизацией и хвойными лесонасаждениями, в другую часть Франции, чей пейзаж ещё хранит в себе первозданную поэзию и буколическое обаяние. Что удерживает вас в стороне от праздника, прекрасная Астрея? Страх прогневать родителей моего возлюбленного Селадона, которые враждуют с моими. Однако Селадону этот страх не ведом. Он там из почтения к родителям. Скорее того, в угоду Аминте! Селадон лишь притворяется, что любит её, по моему наказу.

Стало быть он проявляет похвальное усердие. Если его родители увидят вас со мною, они решат, что вы его более не любите. А разве не это вам нужно? Смотрите, как веселится Селадон! К удовольствию родителей. Пусть увидят, что и мы танцуем. Нет, мне здесь наскучило. Постойте же. Последуем за ними. Довольно, вернёмся. Если бы мы и вправду любили друг друга, то задержались бы дольше. Нет, идёмте. Притворитесь что любите меня. Что они делают? Ради Бога, нет! Вы видели достаточно. На следующий день Астрея, вы меня слышите? Астрея, вы меня слышите? Астрея, посмотрите на меня. Ответьте мне, Астрея. Достаёт же вам дерзости приближаться ко мне после того, что вы мне учинили. Ступайте и обманывайте другую. Обратитесь к той, кто не знает ещё вашего вероломства. Вероломства? Прекрасная пастушка, вы испытываете меня? Или хотите отнять надежду? Ни то, ни другое. Я устанавливаю истину, известную каждому. Это неправда. Молчите. Я могу это доказать. Я видела вас своими глазами! На празднике? С Аминтой? Ведь вам известно, что мы притворялись. Притворялись Вдвоём, за деревом? Вы сами наказали мне. Молчите! Это придумала Аминта. Не лгите. Я видела вас. Выслушайте меня. Нет. У далитесь бесчестный. И берегитесь показываться мне на глаза. Слышите меня? Навсегда. Или пока я не прикажу иного. Пастушка! Выслушайте! Дайте мне оправдаться. Нет! Делайте, как вам сказано. Вы желаете моей смерти. Выслушайте! Посмотрите на меня! Отпустите! Я сей же час утоплюсь. Селадон! Селадон! Селадон! Селадон! Селадон! Где Селадон? Я видел, как он бросился в реку. Течение унесло его навстречу теснине. Нам позвать его брата? Да, приведите его. Ниже по течению, за тесниной. Вы что-нибудь видите? Последуем дальше. Это то самое место. Вот и изгиб реки, ровно тот же, что предстал перед нами в зеркале друида. Он здесь Он уснул? Он умер? Он ещё тёплый. До чего он красив! Это именно тот, о ком говорил мне друид. Мы возьмём его в замок и пройдём в потайную дверь дабы нас не заметила стража. Ни малейших следов. Мы осмотрели тот и другой берега до самой равнины. Без сомнения, течение поглотило его. Прекрасная пастушка, каково же наше несчастье! Я говорю , ибо я утратил брата, а вы преданного возлюбленного. Но вы молчите?

Вы не оплакиваете его? Возможно ли, что его смерть настолько не затронула вас, что вы не сопроводите её ни единой слезинкой? Поверьте, это жестоко, видеть вас столь мало взволнованной, будто и вовсе он не был вам знаком. Да, Лисидас, я скорблю по вашему брату, но не по его любви. Он делил её со столькими девушками, что они должны быть огорчены не меньше моего. Вы меня изумляете. Он обидел вас? Вы единственный, кто об этом не знает. Спросите любую пастушку, и вам скажут, что Селадон расточал любовь повсюду. Достаточно того, что вчера я собственными ушами слыхала его любовные признания Аминте. Это мне известно. Но он притворялся! Селадон принуждал себя к притворству. Он говорил, что даже смерть была бы для него предпочтительнее! Лицемер. Ни слова! Я более не спрашиваю о причине смерти брата. То была ваша ревность. Вы усомнились в его слове и он покончил с собой. Разве не так? Вы молчите? Да, я усомнилась в нём. Что я могу поделать Можете верить или нет, но у меня нет сомнений.

Вчера, после танца, я застал его выводящим стихи на коре вон того дерева позади пшеничного поля. Если вы соизволите направить туда свой взгляд, то узнаете его почерк. Он хорошо вам известен. Убедитесь в этом сами. Мне отправиться с вами? Нет, я пойду одна. Итак, Филида, что вы на это скажете? Мой брат любил её всей душой, а она, из одной лишь прихоти, не имея оснований ни ревновать ни ненавидеть довела его до такого отчаяния, что он возжелал найти свою погибель. Боже мой! Этого не может быть Лисидас! Разве могла она совершить столь ужасную ошибку? Это неоспоримо. Отчасти она сама сие признала, а остальное легко домыслить. Знайте же, что впредь моя ненависть к Астрее будет столь же сильна, сколь сильна была любовь брата. Я мог бь! превозмочь себя, Хоть велика любовь моя, И принудить себя к тому, Чтобь! сказать, что не люблю. Но разь!грать любовь к другой, Притворно взгляд её ловить, Как с жадностью ловил бь! твой, Себя не в силах принудить. И коли смерть моя сему решенье, То дай же умереть мне разрешенье. Селадон! прости меня за то, что я усомнилась в тебе. Слова твои жгучей болью разят мою душу! Сколь высокой оказалась цена сомнений в твоей верности! Боги на небесах, если бы только хватило мне отваги разделить с ним смерть Кто эта пастушка? Астрея, госпожа. А это Селадон. Пастух, но из весьма почтенного рода. Отец его Альсипп, а мать Амариллида. Тот ли это Альсипп, о коем я слыхала, что он сразил могучих вестготов? Да. Он пастух, но принуждён к тому не бедностью , а намерением добывать покой свой скромным и честным трудом. Боги, до чего он прекрасен! Пусть он восстанавливает силы. Сильвия, присмотрите за ним. Что вы скажете, Леонида? Показав мне пастуха в зеркале, не продемонстрировал ли друид невероятную мудрость Не скрою, он точно показал вам место, где вы нашли пастуха, но не самого пастуха. Он сказал только, что вы найдёте в том месте некую бесценную вещь. Что же иное он мог иметь в виду, как не его? Вспомните, друид также сказал: заметит другого при встрече>>. Я увидела его первой, и нет нужды притворяться ощутила в душе некую искру расположения к нему. Госпожа, не хотите же вы полюбить пастуха? Неужто вы забыли, кто вы такая? Я помню, Леонида. Но пастухи столь же почтенные люди, как друиды и рыцари, и их благородство столь же велико и восходит к тому же древнему корню. Коли пастух сей высокого происхождения, почему бы не счесть мне его столь же достойным меня, сколь и любого другого? И всё же он пастух, как ни хотели бы вы представить его в ином свете. Он благовоспитанный человек, и вы могли бы его так титуловать Но, госпожа, вы столь знатная нимфа, хозяйка всего этого прекрасного края. Вы так безрассудно смело решитесь полюбить пастуха? Человека из простых? Деревенщину? Ничтожество? Моя дорогая, оставим подобные оскорбления. Госпожа, Селадон проснулся! Я слышала за пологом его вздох. Пойдёмте к нему. Солнце светило прямо на его ложе, так что он был настолько ослеплён, что не понимал, где находится. Памятуя о своём падении в реку и полагая себя умершим, не мог Селадон рассудить иначе, как что Амур вознёс его на Небо в награду за верность. Более всего утвердило его в сём мнении то, что, когда взгляд его стал острее, он увидал на стенах две картины. Одна изображала полулежащего на стене Сатурна, сжимавшего в правой длани косу. Надежда в зелёном одеянии и Амур пытались подрезать ему крылья , в то время как увитая гирляндами Венера тянула его за волосы. Вторая изображала Психею, каплющую горячее масло на спящего Амура. Я у богов! Вы три грации? Селадон, нашими стараниями вы оказались здесь чтобы поправить здоровье. Мы нашли вас в реке и перевезли сюда. Помните ли вы , как мы встречались на празднестве, устроенном в вашей деревне в честь Венеры? Прекрасная нимфа, я, должно быть слишком ослаб, чтобы это вспомнить. Неужто испытание, которому вы подверглись заставило вас забыть что вы победили в состязании, и я, Сильвия, наградила вас венком, который вы возложили на голову Астреи? Все были изумлены , памятуя о вражде ваших семейств, с тех самых пор, как и ваш отец, и отец Астреи оба добивались руки вашей матери. Да, это несомненная правда. Но как я мог очутиться среди столь великих нимф? Я скромный пастух, а вы потомки богов. Нет. Римляне говорят, что когда сия долина была скрыта водой, здесь в компании наяд, жила непорочная богиня Диана. Когда воды отступили, наяды были принуждены удалиться к океану.

Богиня же приняла на их место дочерей друидов и рыцарей, коих прозвала и поставила главенствовать над этими землями. Им даже дозволено выходить замуж, если они повстречают мужчину, согласного пойти по их стопам. Не удивляйтесь что я забочусь о вас. Где бы ни пребывала добродетель она заслуживает любви и почитания, облачённая равно как в крестьянский холст, так и в королевский пурпур. Вы отдаёте должное вашей трапезе. Мне гораздо лучше. В течение двух дней я надеюсь отправиться в путь. Как, Селадон? Неужто обращение моё с вами столь худо, что вы желаете покинуть мой дом ещё до выздоровления? Я не хочу причинять вам неудобства, госпожа. Я должен вернуться в свою хижину, дабы успокоить родных и друзей. Нет, Селадон, я отнюдь не стеснена, лишь бы только вам было здесь удобно. Что же до ваших друзей и родных, то без меня они утратили бы вас навсегда. Оставьте ваши хижины и ваши стада и возвысьте отныне ваш взор до меня. Вы меня слышали? Да, госпожа. Но разум мой всё ещё сбивчив. В таком случае, я подожду. Что случилось Селадон? У вас пропал аппетит? В этом месте его нетрудно лишиться. Но мы желаем лишь вашего удовольствия. Прекрасная нимфа. Я несчастнейший из смертных. Те, кто терпит горести, находят утешение в жалости. Я же не смею выказать себя, и горе моё появляется в маске, во всём ему противоположной. Ах, кабы знали вы и Галатея, какую горечь я пью в сём месте, воистину счастливом для всякого другого, кроме меня, я убедился бы , что вы имеете жалость к моей участи. Что же требуется, чтобы утешить вас? Нынче нужно мне лишь позволение покинуть этот дом. Желаете ли вы , чтобы я поговорила на сей предмет с Галатеей? Заклинаю вас о том. Итак, Селадон закончил трапезу? Нет, госпожа. Я полагала, он изрядно изголодался. Вы испортили ему аппетит. Я лишь сказала, что здесь ему будет много лучше, чем в любом другом месте. Ему недостаёт ума, чтобы это понять. Да и чего ожидать от деревенщины? Я полагаю, что различие нашего положения внушает ему чрезмерное почтение. У веряю, что не почтение, а глупость делают его столь неблагодарным.

Своими совершенствами вы возвышаете его до себя, но груз его происхождения опускает его на землю, в чём нет ничего диковинного: ибо из яблони произрастают яблоки, из дуба жёлуди, и каждая вещь произведена в соответствии с природою. Он, бесспорно, связан обещанием с этой Астреей. Он в самом деле любит её. Но имей он здравое суждение, разве не пренебрёг бы он ею ради вас особы , заслуживающей куда большего предпочтения. Меж тем, всякий раз, когда я говорю ему о вас, он отвечает мне лишь сожалениями о разлуке со своей Астреей. Да хоть сегодня поутру, когда, услыхав его вздохи, я спросила его о причине, он отвечал мне так, что и камни прониклись бы жалостию, а в конце концов попросил, дабы я узнала, не может ли он оставить ваш дом. Признайтесь мне, Леонида, он затронул ваши чувства. Правда, госпожа, он пробудил во мне жалость.

И думается мне, раз он так жаждет удалиться отсюда, вы не должны удерживать его силой: ибо Любовь никогда не загоняют в Сердце кнутом. Я вовсе не разумела, что вы тронуты к нему жалостию. Но не станем более говорить об этом. Разрешение уйти будет ему дано не по его, а по моему желанию! Но, госпожа. Довольно, Леонида! Таково моё решение! Вы были правы , Селадон. Кажется, будто этот дом свободен и открыт, но на деле это тюрьма. Она сказала, что вы останетесь здесь покуда она не прикажет иного. Нет! Я предпочёл бы умереть. Отчего речной поток не удержал меня! Я повторю попытку. Сильвия! Приведите сюда Галатею. Подумайте о том, как вы будете опечалены , если он умрёт на вашем же попечении! Он не умрёт. Он ещё молод. Мы окружим его заботами. Всё обошлось. Он слишком слаб, чтобы подняться с постели. Но как мы воспрепятствуем ему, когда он поправит здоровье? Нас трое, а он лишён сил. Но быть этому недолго. Если бы вы , госпожа, дали себе заботу отпустить его со мною, то я бы переправила его к моему дяде Адамасу, верховному друиду. Я уже сказала вам: нет. Он останется здесь Тем временем.

Я мог бь! превозмочь себя, Хоть велика любовь моя, И принудить себя к тому, Чтобь! сказать, что не люблю. Но разь!грать любовь к другой, Притворно взгляд её ловить, Как с жадностью ловил бь! твой, Себя не в силах принудить. И коли смерть моя сему решенье, То дай же умереть мне разрешенье. Жестокая пастушка! Вы всё льёте слёзы? Сколь долго вы будете ещё избегать нас, молодых пастухов, ради того, кто покинул мир навсегда? Научитесь любить живых, а не мёртвых. Пусть они покоятся с миром. Стоит ли тревожить их прах напрасными слезами? Молчите! Или вы желаете моему Селадону второй смерти? Ибо с той поры , как его не стало, его жизнь продолжает длиться в моих чувствах к нему. Память о нём я заберу с собой в могилу. Я клянусь в этом пред богами! У ходите, если это всё, что вы можете мне сказать Астрея! Я рада, что вы более не клянёте Селадона. Прежде я жалела, что вы льёте по нему слишком мало слёз, но теперь я боюсь что ваше рвение чрезмерно. Чрезмерно? Нет. Никаких слёз не будет достаточно для того, чтобы смыть мою смертельную ошибку.

Это Семир распалил в вашем сердце предательскую ревность к Селадону. Он только что докучал вам? Предоставьте меня моей печали. Кто это поёт? Да, это он. Подойдём поближе. Астрея, идёмте с нами. Нет, оставьте меня. Как молодца верней назвать, Если он, забь!в всякий сть!д, Громче дитяти голосит, Буде того от груди отнять? От любви страдает герой Видно, не в ладах с головой. Что за блажь -любовь понуждать, Коли к вам она холодна? Пусть гонит с глаз долой одна Новая не заставит ждать. Что держать любовь из всех сил? Ведь насильно не будешь мил!! Полюбуйтесь на голубков, Что вовек печали полнь!, Безутешнь!, мрачнь!, бледнь! Верно, жить в любви нелегко. Поглядишь на них, так поймёшь.. Не рь!дая, любви не найдёшь. Если б мне на ум взбрело Оплакивать всех, с кем расстаться довелось, Этак до скончанья веков Слёзь! лить бь! пришлось!! Если бы вы поступали, как я, Гилас, вам пришлось бы оплакивать всего одну девушку. Если бы вы поступали, как я, Лисидас, вам и вовсе не пришлось бы никого оплакивать Вот голос сердца, неспособного любить. Отчего же? Любовь не желает ничего, кроме себя самой. Она есть собственное средоточие. А значит, Гилас, она довольствуется собой, внутри ею же очерченного круга, коему начало и конец повсюду, а исток и устье едины. Прекрасная речь Но, как по мне, ваши слова больше похожи на те басни, которыми кумушки потчуют простаков. Любовь желает самоё себя, говорите вы.

Очевидно обратное: мы вожделеем к тому, что нам не принадлежит. Если бы вы понимали, как безграничная власть любви соединяет в целое двоих и одного разделяет надвое, то знали бы : любя, мы вожделеем к тому, что есть часть нас самих.

Если бы вы разумели, как влюблённый и возлюбленная обоюдно становятся единым целым, оставаясь при этом влюблённым и возлюбленной, и, следовательно, двоими, вы бы поняли то, что ныне далеко от вашего понимания. Вы бы признали, что, даря любовь возлюбленной и то же принимая от неё взамен, влюблённый любит себя. Вы только что доказали, что два заблуждения ещё не правда! Стараясь убедить меня, вы только нагородили больше вздора. Влюблённый становится возлюбленной? Вы , стало быть Филида? Любя её да, я становлюсь ею. Значит, вы Филида! Отчего же вы не носите её одежд? Не должно столь прекрасной пастушке скрывать свои достоинства под мужским платьем. Позвольте просветить вас. Когда мы влюблены , любовь поселяется не в теле, а в душе. Душа сменяет платье. Но я люблю тело! Чем оно хуже души? Душа это то, что заботит меня менее всего. Тело лишь инструмент. Если тело Филиды лишь инструмент, тогда забирайте Филиду, а остальное предоставьте мне. И посмотрим, за кем будет счастье , за мной или за вами. По ошибкам дураков, Кто умней, поймёт, как прожить. Пусть себе плачут, я не таков, Чтобь! свободой не дорожить. И, поверьте, переживу, Если вертопрахом просль!ву. Шли дни. Скажите мне, пастух, из всех тяжких провинностей не следует ли признать наихудшей неблагодарность Так и есть. Несомненно. И меж тем на мою привязанность вы продолжаете платить мне равнодушием и пренебрежением. Госпожа, то, что вы называете неблагодарностью , моё сердце называет долгом. Если вы пожелаете, я обЪясню вам, почему. Без сомнения, вы любите другую и связаны с ней узами преданности. Но не следует ли вперёд всего почитать природный закон, который повелевает вам искать собственную выгоду? И вместе с тем, что для вас может быть лучше, нежели моя привязанность Лишь глупцы дозволяют преданности распоряжаться собою. Законы природы не принесут нам выгоды , вздумай мы прибегнуть к постыдным средствам. А есть ли что-то более постыдное, более непостоянное, чем, уподобясь пчеле, порхать с цветка на цветок? Госпожа, предав саму преданность чего смогу ожидать я от ваших чувств ко мне? Они не приметят, что у меня плоская грудь Нет, на вас будет платок. Вы прежде не наряжались девушкой? Что ж, Селадон, я сдержала своё обещание вывести вас отсюда. Не чувствуете ли вы обязанность совершить то, что обещали мне? Что же я обещал? Разве вы не обещали исполнить для меня всё, что только в ваших силах исполнить Это правда. Продолжайте. Любите счастливицу Астрею так же неподдельно, как любили, прежде чем она усомнилась в вас. Я намереваюсь как вам известно. Однако. Моя помощь вам заслуживает также определённого рода благодарности. И, принимая во внимание тот факт, что на любовь можно отплатить одной лишь любовью , я рассчитываю, что вы воздадите мне должное. Что вы хотите сказать Не тревожьтесь. Истинная любовь не делит сердце ни с кем. Я удовольствуюсь тем, что осталось. Коль скоро сердце ваше отдано другой, подарите мне вашу братскую дружбу. Дорогая Леонида, я клянусь что навечно стану вашим братом. Это будет поддерживать меня в моих невзгодах. Теперь я возвращаюсь во дворец, а вы ступайте в вашу деревню. Я не пойду туда. Куда же вы пойдёте? Я не знаю. Разве вы не хотите увидеть Астрею?

Она мне запретила. Навсегда? Навсегда. Или до той поры , пока она не передумает. Как же ей передумать когда она полагает, что вы мертвы? Я не знаю. Идите к ней. Она с радостью простит вас. Нет, я буду ждать. Я не знаю. Вы безумны. Любовь безумна. Где вы будете спать Где угодно. Под деревьями. Чем вы будете питаться? Травами. Кореньями. Я могу отвести вас к хижине неподалёку и принести завтра еду, в надежде, что вскоре вы образумитесь. Видите? Здесь надёжно. У стройте ложе из папоротника. Мы увидимся завтра. Прекрасная нимфа! Что это? Еда, которую я вам обещала. Её хватит на несколько дней. Много дольше. Я не чувствую голода. Вы должны есть чтобы жить. Для чего мне жить Астрея примет вас. Этой надеждой я и живу. Надежды питают. К тому же, нынче весна. Я буду собирать травы , мягкие коренья , Неподалёку я видел родник, полный кресса.

Если вы желаете сделать мне подарок, принесите мне флейту, на которой я смог бы играть мою скорбную песню. Х орошо, но не раньше, чем вы опустошите корзину. Я заклинаю вас помочь Селадону, тому пастуху, который был спасён нами из стремнины. Я вызволила его из замка, дабы он смог воссоединиться со своей возлюбленной, но он скрывается в лесу и все полагают его умершим. Что же заставляет его так поступать Я думаю, его разум помутился. Он говорит с неохотой и выказывает намерение питаться одними травами. Он назвал вам причину своей болезни? Из его речи сложно что-либо понять. Как бы то ни было, я полагаю, что причиной всему его любовь к пастушке Астрее, которая обвинила его в неверности и запретила появляться ей на глаза, после чего он и бросился в реку. Я знаю Селадона. Он повстречал Астрею на празднике, устроенном в честь Венеры , 1 4 или 1 5 лет от роду, ей же было 1 2 или 1 3. На том празднике часто представляли эту самую сцену. Суд Париса, сына Приама. Он рассудил спор трёх богинь Паллады , Венеры и Юноны , о том, кто из них красивей остальных. В тот год Астрея играла Венеру. Сие лицедейство проходило вдали от мужчин, ибо девушки были обнажены. Париса также играла одна из девушек. Как? Ведь он тоже обнажён! На картине, но не на празднике. Игравшая эту роль пастушка была одета пастухом. Как бы то ни было, от селянок моя дочь узнала, что Селадон, сей проказник, решил, когда пришла пора выбирать роли, одеться в женское платье и выдать себя за девушку и с этой хитростью был выбран на роль Париса! Всех обмануло его девичье лицо. Астрея узнала его? Об этом мне не известно. Рассказывают, что она залилась румянцем. С другой стороны , на нём ведь были тюрбан и борода. Она придержала свои сомнения при себе, ибо любого, уличённого в подобном святотатстве, могли побить камнями. Я надеюсь его бы пощадили, ведь он был ещё ребёнком. Что гнетёт вас, юноша?

Отчего вы уединились в лесу, вдали от людского общества?

Разумно ли в вашем возрасте покинуть ваши стада, ваших друзей и родных, и жить в глуши, уподобясь дикому медведю? Вы говорите, что причиной тому ваша любовь к Астрее. Но, дитя моё, поразмыслите. Ежели вы поступили с ней несправедливо, то как сможете вы издалека загладить свою вину? Если же правда за вами, то как вы докажете свою невиновность Прежде, не спорю, у вас была весомая причина держаться от неё в стороне. Но теперь пришло время взяться за ум и показать ей, что вы не простой воздыхатель но мужчина. Быть мужчиной это наименьшая из моих забот. Память об этом вот всё, что у меня осталось. Я растерял всю свою мудрость и волю. Единственное, что меня охраняет это любовь. Если вы влюблены , то не должны ли прилагать свои старания к тому, чтобы увидеть вашу возлюбленную? Если я влюблён, как я могу пойти против её желаний? Как я могу ослушаться её? Или вернее, как я могу предать любовь последовав её велению? Она приказала не являться ей на глаза. Но она не подозревает о вашем смирении! Влюблённым довольно и того, что они знают: долг их исполнен. Селадон, я вижу, вас трудно убедить. Мой совет был продиктован добротой и долгом, который налагает на меня сан друида. Не толкуйте мои слова превратно. Я хочу попросить вас об одолжении, в котором вы не можете мне отказать. Знайте же, что моя дочь нежно мною любимая, живёт вдали от меня, среди дочерей друидов. Мои добрые чувства к вам возрастают тем паче, что лицо ваше напоминает мне о ней. Вы изумительно похожи. Я надеюсь вы не станете пенять мне, если иной раз я нарушу ваше уединение ради удовольствия увидеть подобие моего драгоценнейшего сокровища. Впоследствии, благодаря частым встречам с Леонидой и друидом, Селадон наконец отвлёкся от терзавших его мрачных мыслей. Это сгодится вам, чтобы записывать стихи и песни. Если однаждь!, нерадиво, Солнце не явит нам свой лик, Ть! уль!бнись и в тот же миг У тро зацветёт, всем на диво. Страх темноть! отступит прочь И рассвету покорится ночь. Ть! напоишь любовью землю И озаришь лесную сень. Сердце к тебе с восторгом внемлет, Лишь во тьме блеснёт новь!й день. Свет, заструившись над рекою, Будет на все ладь! сиять, То разгораясь, то опять Обратясь от страсти к покою, Словно возревновав, тотчас Пряча взгляд и удалясь от нас Так временами солнце тщится За облаками спрятать луч, Только никак ему не скрь!ться Посреди непостояннь!х туч. Помню, уединясь со мною Ть! вдруг воскликнула с мольбой.. Притеснимо счастье земное!! Нет, пусть неистов с нами рок, Но исполню я свой зарок.. Если рукою своевольной Смерть нас захочет разлучить, В горнем краю, как в мире дольнем Буду вечно я тебя любить>>. Скаль!, где прежде мь! искали Тайнь!й приют для наших встреч, Если б могли вь! уберечь Нас от предстоящей печали!! Разве лишились боги сил, Коим я мольбь! возносил? Или, презрев людскую долю И над любовью посмеясь, Нашим молитвам вь!сшей волей Допустили в тщете пропасть? Безделие и праздность пойдут вам только во вред. Я отведу вас в священную рощу. Там вы можете устроить беседку и украсить её по своему усмотрению.

Роща вокруг этого дерева посвящена Тетатесу, Эзису, Беленису и Таранису, нашему Богу. Отец мой, вы упомянули четыре имени, но лишь одного Бога. Почему не богов?

Разве Тетатес, Эзис, Беленис и Таранис суть не другие имена богов, коих мы зовём Юпитером, Марсом, Меркурием и Аполлоном? Нет, дитя моё. Имена эти дали им римские захватчики, проповедовавшие многобожие. Но мы не почитаем их за богов. Тогда кто они? Это одна из наших великих тайн. Бог может быть только один. В его силах либо всё, либо ничто. Будь на свете два всемогущих бога, могущество оказалось бы поделено между ними. При этом они пребывали бы в одном из двух отношений: подобия или различия. Из первого следует, что они ничем не отличаются между собой. Из второго явствует, что добродетель не равна добродетели, чего не может быть. Я всегда верил, что есть бог, верховный над остальными. Но, полагал я, как земным королям служат младшие чины , так и у верховного бога все прочие находятся в подчинении. Я представлял Тетатеса владыкой над Эзисом, Таранисом и Беленисом, коих почитают вслед за ним. Все они суть имена нашего великого Тетатеса. В таком случае, почему же и в нашем храме, и здесь стоят статуи Геркулеса, Венеры , Паллады , и Марса? Разве они не боги? Только для римлян. Вам следует рассматривать их не как отдельных богов, но как воплощения достоинств одного Бога. В Юпитере вы почитаете Его власть и величие, в Марсе Его силу, в Палладе Его мудрость в Венере Его красоту. Поступая так, вы установите связь каждого из них с нашим великим Тетатесом. Римляне силой навязали нам этих идолов, но мы не почитаем их за богов, ибо наш Бог Един. Если бы я смел посвятить вас в наши священные тайны и глубочайшие религиозные секреты , то обратился бы к словам мудреца. Имена Эзиса, Тараниса и Белениса вместе означают единого Бога. Бога Сильного, Бога Человечного, и Бога Воскресшего.

Сильный Бог это Отец, Человечный Бог это Сын, а Воскресший Бог это Любовь. Втроём они образуют одного, Тетатеса. Около двадцати лет назад в честь матери Человечного Бога наши друиды возвели алтарь со статуей девы , качающей в колыбели младенца, и вырезанной в камне надписью . Но сии тайны далеки от вашего понимания. Даже мне, друиду, доступны не все из них. И я не скажу более ни слова, дабы их не осквернить. Поговорим о другом. Вокруг этого дерева вы можете построить храм, посвящённый не Тетатесу, ибо кельтам запрещено создавать изображения Бога но богине Астрее, которую таковой почитают римляне, а кельты полагают символом добродетели и справедливости. Мы могли бы придать ей черты вашей прекрасной пастушки, если то позволят ваша память и ваше мастерство. Отец мой, я не художник. Что же до её подобия, то я одолжу вам этот медальон, если вы пообещаете вернуть его мне. Ваше безрассудство воистину прекрасно. Я никогда не видел лица, с чьей миловидностью могла бы спорить лишь скромность им являемая. Счастлив отец, породивший её на свет, и мать её взрастившая. И более всех счастлив мужчина, который завоюет её любовь и её саму. Поздней весной пастухи и пастушки отправились в путешествие на праздник Омелы к замку Адамаса. Прочь, нечестивць!!! Тех, кому Любовь смешна, я не приму В сём храме. Но, любовь лелея, Под зтот освящённь!й свод Всяк беспрепятственно войдёт, Чтоб вознести хвалу Астрее. Стало быть вот куда держали мы путь Ни в коем случае. Я не знаю этого места. Эти жерди установлены здесь недавно. У злы всё ещё свежи. Ветви ещё не успели пустить корни. Следующей весной на них появятся новые листья. Давайте войдём с уважением. Только без меня. Это место для меня не предназначено. Я верю, что моя любовь истинна, хотя вы , Лисидас, со мною и не согласны. Я знаю, что влюблён в любовь но за святость её не могу поручиться. Я всегда говорил, что легкомыслие не уместно в обращении с богами. Так вы покидаете нас? Не говорит ли сие о том, что ваша непристойная любовь вам постыдна? Я далёк от этой мысли. Если бы вы понимали меня, то отдали бы мне должное.

Я останусь снаружи, выказывая почтение божеству сего святилища, в то время как вы дерзко войдёте внутрь и оскверните его, зная в глубине души, что, вопреки вашим уверениям, любовь ваша далека от святости. Великая богиня этого места, узри меня. Я вступаю в твою священную рощу, исполненный почтения к твоей воле, и знаю, что любовь моя надлежаща и чиста.

Если это не так, накажи мою дерзость. Два Купидона обозначают любовника и возлюбленную состязающихся в том, чья любовь сильнее. Их луки, неразрывно переплетённые, показывают нам, что они делят меж собой всё. Сила одного есть сила другого. Их желания в высшей степени едины. Как говорят мудрецы , любовник и возлюбленная суть один человек. Двенадцать Правил Любви. Правило первое. Любовь тогда лишь безупречна, Когда любить клянутся вечно.. Она чрезмерностью живёт, Не признавая серединь!, И тот скорее предаёт, Кто любит лишь наполовину. Правило второе. Любовь не ходит по дворам, Её приют священнь!й храм, Где только ей дарь! приносят, Её единственно любя, И для неё лишь счастья просят, В служении забь!в себя. Лисидас, я не верю ни единому слову из тех, что вы сейчас будто бы прочитали с этой таблички. Их может прочесть любой. Покажите. Любовь тогда лишь безупречна, Коль не сулят её навечно.

Она живёт то здесь, то там, Чтоб ей служить, не нужен храм.. Дарь! повсюду ей подносят. Любя, для многих счастья просят, Не забь!вая про себя. Стыдитесь своего святотатства. Я не вошёл. Стойте снаружи и молчите. Разве этот портрет никого не напоминает вам? Это же наша Астрея! Кто мог изобразить её здесь вдали от деревни? Разве это не ваш портрет? Нет, никто здесь не знает меня. Как странно. Да, я не понимаю. А что вы скажете на это? Лишённь!й подлинного блага, утешен обликом его. Прохожий, если ть!, завидев портрет, дивишься, у кого Я взял сей образ лучезарнь!й, То знай.. меня Амур коварнь!й, Лишив доподлинного блага, утешил обликом его. Сестра, я удивлена этому месту! Не знаю даже, во сне ли всё происходит или наяву. Я ведь помню, как он начертал сии строки утешен обликом его>> на оборотной стороне портрета, что он носил на шее. Не мог ли кто-либо обокрасть его тело или найти портрет на речном берегу? Астрея, не плачьте! Напротив, это основание для радости, а не для печали. Видите? Он написал это своей рукой, это так же точно, как и то, что я Филида. Почерк можно подделать. Но не настолько. Если он написал это, то, стало быть не мог, как вы полагали, погибнуть в реке. А раз это правда, то какая новость будет лучше этой? Сестра, прошу вас, не говорите так. Селадон мёртв. Пастухи видели, как его унесло течением. Я не стану утверждать что он жив, но всё же. Если он написал это, он не может быть мёртв. Сестра, разве вы не слышали от наших друидов, что душа продолжает жить и после того, как умирает тело? Я это слышала. Разве вы не помните, как они непрестанно учат нас хоронить наших мертвецов, помещая монеты в их рты , с тем чтобы они смогли заплатить паромщику в царстве Плутона? И разве вам не известно, что телу Селадона, которое осталось необнаруженным, было отказано в последнем акте милосердия? Его душа, должно быть блуждает вверх и вниз по течению этой презренной реки! Возможно. Но я утверждаю, что он жив, ибо надеюсь на это во имя вашего благополучия. Я это знаю, сестра. Но если бы я поверила в то, что он жив, и обнаружила, что он умер, ничто уже не спасло бы мою жизнь. Я бы потеряла его во второй раз. Если он мёртв, как полагаете вы , но не я, вам следует утешить себя тем, что смерть не смогла изгладить его любовь к вам. Да, и это лишь умножает мою потерю. Если он мёртв, то он вполне ясно может убедиться, что ваша любовь истинна и чиста и что ревность которая вас прогневала, имела своим источником великую любовь. Говорят, что, как мы имеем глаза, так и наши души могут видеть и узнавать друг друга. Да, лишь это и утешает меня. Похоже, мы заблудились. Знает ли кто-либо из вас, где мы находимся? Думалось что вы должны знать это лучше всех. Что ж, я согласен признать себя слепцом, ведущим слепцов. Вся беда в том, что наша слепота произошла от доверия вашим глазам! Не будь здесь вас, мы не были бы слепцами. Отчего так? Разве я украл ваши глаза? Не глаза, но зрение. Вы усердствовали в том, чтобы показать своё неверие, и потешались над правилами любви, пока не сгустились сумерки. Вы , Лисидас, говорите точь-в-точь как те пьяницы , что сперва нахваливают вино, а после проклинают его за то, что оно их опоило. это. Зачем же вы столько пили? >> Дружище Лисидас, зачем же вы слушали меня? Разве я завладел вашими ушами? Так или иначе, но мы заблудились. Пока не рассветёт, обратной дороги нам не найти. Мы можем дождаться зари под теми деревьями. Прогуливаясь погружённый в собственные мысли, Селадон был до крайности изумлён, когда набрёл на Астрею. Её глаза были прикрыты платком, одна рука подпирала голову, а другая лежала на бедре. Её платье , небрежно вздёрнутое, обнаруживало прелестную ножку. Что за вид открывался Селадону! Неожиданный случай сковал его движения, его дыхание и биение сердца, и он, с ненасытностью разглядывая сии прелести, желал только, подобно Аргусу, иметь глаза по всему телу. Однако же, насытив свой взор, он сказал себе: Но совладать с собой был не в силах. Что это?

Не двигайтесь. Я сделала вам больно? Отчего вы так бледны? У вы , сестра! Что такое я видела? Что же это было? Я видела Селадона. В его мирском обличьи. Это был сон, Астрея. Не пугайтесь. Только глупцы верят в сны. Во сне наш разум повторяет то, что мы за весь день видели и о чём думали. Сны не предсказывают будущее. В них отражается прошлое. Это был не сон. Я видела его наяву!

А когда он увидел, что я смотрю на него, он точно испарился! Быть может, во сне вам привиделось пробуждение. Такое часто случается. Нет, я не спала. Я открыла глаза и увидела душу моего пастуха. Боже, сколь прекрасна и ярка она была! Одно лишь солнце могло бы затмить её. Она ослепила меня, и в этой вспышке исчезла. Вы верите мне? Нет, в отличие от вас, я не верю в его смерть. Это видение, скорее, доказывает, что он жив. Но я согласна, не стоит питать ваши надежды. Если это и вправду его душа, то всё, что мы можем сделать помочь ей найти успокоение. Я полагаю, вам следует воздвигнуть в его честь надгробие. Надгробие без гроба. Да, пустую гробницу. Сей наш обычай касается тех, кто сгинул на поле боя, в огне или в воде. Поднимайтесь. Нам пора идти. Она и вправду красива. Вы знали? Она говорит, что видела душу Селадона. Глупышка, ведь души невидимы.

Она видела человека. Она думает, что он мёртв. Я не могу разубедить её в этом. Однако здесь видится удачная возможность выручить пастуха из его несчастья. Когда он узнает, сколь глубока её скорбь о нём, он решит встретиться с ней. Давайте же найдём его. Я рад видеть вас в столь бодром расположении духа. Что произошло? Я видел Астрею. Я смотрел на неё, когда она спала. А она вас видела? Нет, я ушёл прежде, чем она открыла глаза. Она видела, как вы убегаете. Она решила, что это ваша душа. Она пришла в замок. Она хочет построить гробницу. Она вас любит и скорбит по вам. Если вы не увидите её сейчас, значит, в вас нет ни мужества, ни любви. Мужества возможно. Но не любви. Я не могу поверить что вы любите её и притом, зная о её любви к вам, с прежним упорством избегаете встречи с ней. Любовь заставляет меня подчиниться. Она наказала мне не приближаться к ней. Вы говорите, что подчинение её приказу свидетельствует об отсутствии любви? Давая сей наказ, она вас ненавидела. Теперь же она вас любит! Пусть так, но наказ был дан. Пусть так, но я должен подчиниться! Вы уже ослушались когда на неё смотрели.

Она не запрещала мне смотреть на неё, но лишь показываться ей на глаза. Она спала. В таком случае, вы можете незамеченным видеть её каждый день. Она должна будет спать Я должен буду прятаться? Нет, вы можете даже говорить с ней. В темноте? При свете дня. Вы помните, как я сказал, что вы похожи на мою дочь Алексию?

Я обЪявлю, что она больна и возвращается домой, дабы поправить здоровье. Вы вполне сойдёте за девушку с вашим нежным лицом и гладкой кожей. Отец, моя борода едва видна, но если я её сбрею, она станет заметнее. Я дам вам траву, от которой она вовсе исчезнет. А позже отрастёт, как ни в чём не бывало. Болезнь о которой я пущу слух, позволит вам говорить тихо. Отец мой, в этом нет нужды. Я могу искажать голос, и когда пою, и также когда говорю. Астрея, Адамас хочет вас видеть. Вот моя дочь о которой я вам рассказывал. Я надеюсь ваше общество вернёт её к жизни. Как мне отметить день госпожа, принесший мне радость встречи с вами? Для меня нет удовольствия большего, чем быть здесь на празднике Омелы. Мой отец рассказал о только что отстроенной святыне. Он не показал её вам? Нет, ещё нет. Это неподалёку.

Если вы подойдёте к окну, я покажу вам дуб, возле которого она находится. Видите там, справа, то заметное дерево? Да, вижу. Какому божеству она посвящена? По правде говоря, она носит моё имя. Богиня Астрея, одетая пастушкой. У дивительно, но те, кто видел её, включая меня саму, согласны с тем, что она похожа на меня. Это был мудрый выбор. Астрею, богиню справедливости, наилучше всего изобразить пастушкой, следящей за стадом, коль скоро справедливость дарит людям покой и процветание. Но ещё мудрее было придать её лицу ваши черты. Астрея оставила нас ради новоприбывшей. Она уже не уделяет нам внимания, точно мы ей чужие! Не находите ли вы , что лицо её напоминает кого-то, нам знакомого? Кого же? Я не знаю. Её отца? Нет, кого-то из пастушек. Точнее, из пастухов. Да, Селадона. Неудивительно, что она так страстно ищет её общества! Вот ваша комната. Она принадлежала моей дочери. Возвращение сюда могло бы вернуть ей здоровье.

Но скажите мне, Алексия. Как чувствует себя Селадон? Я ничего не слышал о нём. Что до Алексии, она клянётся, что никогда не чувствовала себя счастливее. Но вы , Селадон, вы не жалеете, что доверились мне? Никто не пожалел бы , получив от вас совет. Х отя это и опасно. я вижу, ваша хворь ещё не готова принять лекарство, которое я предписал. Желаю вам доброй ночи. Нескончаемо долго тянулось время перед рассветом, коего только и ждал лишённый сна Селадон. Проклиная ленивое солнце, он молил зарю скорее распахнуть небесные врата. Дни мои, какой виной меня вь! попрекли? Отчего стал ленив и неспешен ваш бег? Сиг длиною в день, День длиною в год, Словно цепи надев, Время тяжко бредёт, Замедляя свой ход, Засть!вая навек. Распрядая за ночь То, что днём напрядёт, Солнце, будто бь! вспять Обернувшись, идёт. Кто там? Это мы! Взгляните, сколь прелестных девушек я привела, чтобы помочь вам подняться. Доброго вам утра! И вам, прекрасные пастушки. Как вы провели ночь Мне следует ей ответить Я ручаюсь что она ночевала здесь рядом с вами. Рядом со мной? Душою, ежели не телесно. Это вполне возможно. Я всю ночь обдумывала наш разговор. Что я вижу, дочь моя? Вы всё ещё в постели? Что подумают эти девушки о вашей праздности?

вот кого следует винить за их внезапное появление. Винить следует вас за то, что вы до сих пор в постели. Им следует проучить вас, чтобы вы поднимались пораньше! Идёмте, пастушки. Алексия может одеться без вас. Если вы пожелаете, мы можем вместе провести сегодняшний день. Равно как и завтрашний. Госпожа, я смущена той щедростью , с которой вы одариваете меня свои обществом. Прекрасная пастушка, мне это только в радость. По правде сказать с тех пор, как я покинула дворец, в коем получила своё воспитание, я не испытывала счастья большего, нежели счастье видеть вас. Госпожа, я никогда не сомневалась в ваших словах, но едва могу представить как столь бедная и незнатная девушка, как я, смогла заслужить столь великое расположение. Прекрасная пастушка, несмотря на то, что я никогда не лгу, я предпочла бы умереть нежели солгать вам. Обещайте, что не откажете мне в дозволении провести рядом с вами всю мою жизнь. я боюсь что вскоре вы можете переменить своё решение. Если бы вы хорошо меня знали, вы были бы уверены , что это невозможно. Я никогда не отменяю своих решений. Селадон умолк и отступил, глядя на неё точно так же, как в тот миг, когда она велела не показываться ей на глаза. Что с вами? Госпожа, вы вдруг так изменились. Надеюсь не я стала этому причиной. Я чем-то огорчила вас? Нет, прекрасная пастушка, в этом нет вашей вины. Моё сердце слишком резко отозвалось на слова, которые вы произнесли.

Видите ли, среди дочерей друидов у меня была близкая подруга. Я с такой любовью была привязана к ней, ибо думала, что она меня любит. Я не могла жить без неё. И она, по её словам, разделяла мои чувства. Но затем, по прошествии лет, та, кого я любила, покинула меня. Она запретила мне видеться с ней, не обЪяснив, что стало тому причиной. Потрясение, нанесённое этой внезапной переменой, и стало причиной моей болезни. Как могла столь красивая и безупречная девушка, как вы , иметь столь неразумную подругу? На ней нет вины. Во всём виновата та несчастливая звезда, под которой я родилась. Астрея, нас ждут пастушки.

Госпожа! Ваши долгие разговоры с той девушкой заставляют меня думать что наши пастушки приятны вам больше, чем пастухи. Это естественно питать симпатию к своему роду. В моём сердце есть место и для пастухов. Разве воспитание, какое получают дочери друидов, не учит вас следовать законам природы? Мне стоило бы исправить это упущение. Не тратьте время на пустые хлопоты. Прочь, нечестивць!!! Тех, кому Любовь смешна, я не приму В сём храме. Но любовь лелея, Под зтот освящённь!й свод Всяк беспрепятственно войдёт, Чтоб вознести хвалу Астрее. Коль скоро мы приютили здешних друидов, Алексии придётся разделить комнату с девушками. Астрея, Филида и я можем спать здесь а Алексия отправится сюда. Астрея захочет ночевать с Алексией. Вы могли бы сказать Астрее, что нам должно ночевать вместе. Скажите ей, что дочери друидов должны спать в одиночестве. Девушки, в моём доме много гостей, и потому сегодня ночью вам придётся разделить эту комнату. Пусть в большой постели заночуют трое Леонида и пастушки а в меньшей ляжет Алексия, ибо дочерям друидов должно всегда спать в одиночестве. Дочь моя, наше веселье вас утомило. Вы заслужили сон, более долгий, нежели обычно. Вставайте после остальных. Отчего вы так печальны? Не бойтесь. Будьте смелее! Девушки, доброй вам ночи. Давайте снимем одежду, пастушки. Алексия уснёт, лишь только её голова коснётся подушки. Если мы замешкаемся и устроим шум, то ей будет трудно вернуться ко сну. Сёстры , быть может, вы позволите мне распустить ваши косы тогда я не засну раньше времени. Астрея, уже почти раздетая, невзначай позволила своему платью соскользнуть до локтя, так что обнажилась грудь. Алексия поднялась с постели и помогала Астрее освобождаться от её заколок и бантов. Каждый раз, когда рука её проходила мимо губ Астреи, та целовала её, и Алексия целовала то место, которого коснулись её губы. О, прекрасная друидесса, Леонида избавила вас от пытки, не став более преграждать ваш взгляд. Никакой снег не мог спорить с белизной этой груди, ни одно яблоко в саду Любви не выглядело прекрасней и ни одна из стрел Амура не пронзала сердце Селадона так глубоко, как пронзила сердце Алексии. Сколь близка была она к тому, чтобы отбросить девичье обличье ради сей пастушки! Сколь малое удерживало её от безрассудства! Доброе утро, Филида. Вы рано поднялись. Доброе утро, Филида. Доброе утро. Доброе утро. Ах, это же Алексия! Разве нет? Это моё платье. Оно сидит на вас безупречно. Да Алексия ли это под теми одеждами? Позвольте мне поцеловать вас, прекраснейшая на всём белом свете пастушка. Пастушка из вас ещё милей, чем друидесса. Разве это не платье Астреи? Что если Астрея оденется друидессой? Они друг друга не узнают. Но что скажет мой отец? Он только рассмеётся. Он знает, что веселье лучшее ваше лекарство. Берегитесь Алексия! Астрее могут наскучить ваши обЪятья. В обществе Алексии мне ничто не может наскучить. Было бы очень жаль если бы я вам наскучила. Но устами Леониды говорит зависть. Вот как? При мне тоже есть прекрасная пастушка. Не подозревая, что ласки её куда как менее невинны , нежели те, что приняты меж девушек, Астрея принимала и возвращала её поцелуи, как если бы Алексия была живым воплощением Селадона. Кто вы? Вы не Алексия! Я Астрея. Разве это не её платье? Вы Селадон! Селадон мёртв. Да. Мне это снится. Всемогущий Бог, пусть это будет не сон! Пусть он будет жив! Живите, живите, Селадон! Я повелеваю вам!

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Завтра она все равно узнает.

Кажется, будто мы отрезаны от мира. >>>