Христианство в Армении

Клянусь честью, я чувствовал под собой чтото твердое.

ЛОТЭР БЛЮТО и САРА МАЙЛЗ в фильме ПРИКОСНОВЕНИЕ РУКИ Господин профессор, это я. Стефан! Два часа ночи! Прошу вас! Это очень важно. Это Кешди. Я уверен. Тут обрывается, но есть продолжение. Звучит знакомо, но это мог бы написать каждый. Почему именно Кешди? Даже если я бы попытался объяснить, вы бы и так мне не поверили. Откуда ты это взял? Услышал во сне. Я знаю, это лишь несколько нот. Но я чувствую, что это надо завершить, что это великая идея. Почему ты мне это говоришь? Ты же музыковед, а не композитор. Да, я знаю. Речь не обо мне. Почему именно он? Это произведение должно быть создано. И только, только Кешди может его создать. Вы знали его, правда? Вы были друзьями? У таких людей, как Кешди, не бывает друзей. Но, да, я его знал. Мы вместе учились в венской консерватории. Ты плохо выглядишь, Стефан. Тебе надо отдохнуть. Я должен знать о нём всё. КОЛЛЕДЖ МАЙНУС Генри Кешди. Самый обещающий композитор своего поколения. И Эльзи, его первая жена. Спустя три года её уже не было в живых. Как и всех их. Кроме него. Он выжил. И в знак благодарности молчит. Молчание не должно становиться ценой за то, что уцелел в катастрофе. Я должен ехать. Отыскать Кешди. За сорок лет он ничего не написал. Я чувствую, что смогу убедить его. Не смеши меня. А если мне удастся?

Если он создаст нечто новое? Мне потребуется ваша помощь. Тогда я сделаю это без вас. Поезжай.

Может, этот опыт научит тебя некоторому смирению. До свидания. Я дам тебе письмо. В фильме снимались: СОФИ ГРАБОЛ, АЛЕКСАНДЕР БАРДИНИ, БЕАТА ТЬIШКЕВИЧ Авторы сценария: ПИТЕР МОРГАН, МАРК УЭДЛОУ на основе сценария КШИШТОФА ЗАНУССИ и ЭДВАРДА ЖЕБРОВСКОГО Композитор: ВОЙЦЕХ КИЛЯР В Гданьск? Оператор: ЯРОСЛАВ ЖАМОЙДА Режиссер: КШИШТОФ ЗАНУССИ Обычно, подремав, он в лучшем настроении. Или после таблеток. Подождите здесь. Я принесу ему чай. Кто там? Что за кретин так топает? Хелен, это ты? Мне что, умереть тут от жажды? Ну, почему даёшь мне кипяток? Подожди минутку. В следующий раз будет холодный.

Пришёл Джозеф. Господи! С двумя господами. Что им надо?

Господин Кешди, это большая честь, что. Замолкни! Кто это? Господин Мюллер музыкальный издатель. Вместе с господином Майером они хотели бы узнать, как ты будешь отмечать своё 75-летие? Так же, как 74-летие. В постели. Спать и пить. Зачем он привёл сюда этих людей? Он хочет быть твоим менеджером. Что он смыслит в музыке. Торговец коврами!

Но он твой племянник. Дядя. Не называй меня дядей! Я впадаю в отчаяние, как подумаю, что мы родственники. А теперь вон отсюда! Все! Господин Кешди, как я понимаю, ваше финансовое положение весьма шатко. Я могу гарантировать, что, если. Убирайтесь! Он сумасшедший! Хитёр, как лис. Никогда не бьёт посуду, которую расписала я. Боже, ещё один вынюхивает. Я сдаюсь. Если он хочет только пить и спать, пусть делает это за счёт других. Я содержал вас достаточно долго.

Но ведь он болен. Ты не можешь уговорить его сменить бельё, принять ванну? От него воняет. Но он любит естественный запах своего тела. В лесу ещё один. Пойду, возьму ружьё. Не дури! Генри! Как ты сюда попал? Приехал из Польши. Я хочу поговорить с вашим мужем. Он ни с кем не разговаривает. Я думаю, что для меня он сделает исключение. В Польше я изучаю музыковедение. В таком случае, тебе потребуется личная охрана. Прошу вас. Очень прошу. Проследите, чтобы он это прочёл. Это очень важно. От этого многое зависит. Ты напрасно теряешь время. Где, черт возьми, патроны?! В письменном столе. Там, где всегда. Назови мне хоть одного композитора за последние полвека, чья музыка стоила бы хоть грязи под ногтями. Современная музыка это загрязнение тишины. А Прокофьев? Шостакович? Это Сталин их сделал такими. Если б их оставили в покое, они б тоже создавали трескучую ерунду. А что скажешь о Шёнберге? Его последний концерт очень хорош. Помнишь, мы слышали его в Зальцбурге? Это был Альбан Берг. Нет, Арнольд Шёнберг. Понятно, что вы их не отличаете. Оба звучат одинаково. А это что такое? Это от того молодого человека. Какого человека? Ну, того, из леса. И ты это приняла? Для этих фанатиков это как приглашение. Сожги его! Сам сожги! Хватит с меня чужаков, звонков, писем. Я хочу, чтобы меня оставили в покое. Разве я требую так много?

Неужели мою старческую немощь должен видеть весь мир? Боже, боже. Это приступ стенокардии. Голова болит. Спина болит. Спасибо. Нет, не уходи, пока я не засну. Бедная ты моя. Ты могла выбрать любого. Но попался тебе как раз я. Ненавижу свою спину. Ненавижу всех этих проклятых врачей, которые не могут мне помочь. Теперь хорошо. Спокойной ночи. Что ты делаешь? Тут есть подземный ручей, течёт под домом. Вы должны изменить его русло.

Вы позволите? Куда ты идёшь?

Он говорит, что под домом течёт какой-то ручей. Он из водоснабжения? Нет, из Польши. Польский водопровод в моём доме? В какой части дома вы спите? Ближе к фасаду? Я приехал поговорить о вашей музыке. Выгони его отсюда! Генри, что за глупости. Вы спите над подземным ручьём. Поэтому у вас боли в спине. Вам надо спать в другой части дома. Вон из моего дома! Полячишка! Генрих! Генри! Никогда больше его сюда не впускай. Извините. Идём, я перевяжу. Не надо.

Я чувствую себя так, будто проспал сто лет. Знаешь, тот парень был прав. Как только я перебрался в другую часть дома, боль ушла. Невероятно! Ты спал в кабинете?

Он всё ещё там. Почему он не снимет комнату? Может, у него нет денег. Ну, да. Может всё-таки. Ты хотел что-то сказать? Я подумал, что следовало бы осмотреть его рану. Я вас прекрасно понял. Я оставлю вас в покое. Да, нет же, нет! Просто у меня такая манера приглашать к завтраку. Так ты знаешь старого профессора. Ежи Керн. Он слегка помешался на мне, правда? А ты знаешь, что у него, говорят, был самый большой "петушок" во всей консерватории? А с рукой точно всё в порядке? Да, нормально. Он постоянно бомбардирует меня письмами. Как будто имеет право требовать от меня музыки. А может, имеет? Может, есть смысл в том, что вы выжили во время войны? И свою благодарность я теперь должен выражать моей музыкой! Слышали мы это. Геноцид если чему-то и научил меня, то лишь тому, что музыка не имеет абсолютно никакого значения. А, кроме того, я не за тем тебя сюда пригласил, чтоб ты поучал меня. Ваше молчание означает, что вы сдались. Идём, покажи мне этот фокус с прутиком. Вы должны держать его нежно. Дурацкая палка. Может, я покажу. Видите? Тут под нами течёт ручей. В эту сторону. Дай мне это. Ну, давай, ублюдок. Откуда ты знал, что у меня болит спина? А ещё я знаю, что у вас стенокардия, ревматизм, цирроз печени и давление. В моём возрасте отказывает всё. И то, что лучшие произведения у вас еще впереди. Вот было бы чудо. Ну, вот. Господи. Ты много раз это слышал? Много. И всегда во сне? Да. И слышу это всё чаще. Странно. Мне это кажется знакомым. Да и ты тоже. Это старая еврейская мелодия, которую я когда-то хотел использовать. Мне это тоже знакомо. Не спеши радоваться. Наверное, это лишь иллюзия обленившихся мозгов. Отведи его в комнату для гостей. Что такое ты ему сказал? Я просто сыграл несколько нот. Мир в этом доме, как ты знаешь, весьма хрупкий. Так что будь осмотрителен. У меня приступ астмы. Из-за этой пыльной комнаты, в которой ты заставил меня спать. Я хочу кое-что попробовать. Что ты делаешь? Убери руки. Твое прикосновение приносит облегчение. В чём твой секрет? Сам не знаю. Когда ты это у себя обнаружил? Только что. Значит, я для тебя подопытный кролик? Нет. Это значит, что вы избранный. Теперь вы заснёте. Ведь ты ангел, да? Я понял это, как только тебя увидел. Ужасно! Как здесь можно работать? Посмотри! Мерзость какая! Ну, вот! Надо его настроить. Ты уверен, что настроить надо именно рояль? Замолкни! Мне понадобятся также две пачки нотной бумаги. Это надо отсюда выкинуть! А этот стул слишком высокий. Ну, я словно в Третьем мире. Что-то мы сегодня плохо выглядим, а, Мефистофель? Кофе бы нам помог. Надеюсь, ты не обманываешь себя. О, да, такие чудесные перемены уже не раз тут случались. Но они всегда кончались ничем. Хелена! Хелена! Мне понадобится секретарша. Дай объявление в тот бульварный листок, который нам бросают под дверь. Но ведь я твой секретарь. Нужен музыкальный секретарь! Не обижайся, дорогая. Но нам это не по средствам. Поговори с Али-Бабой. Он это устроит. И возьми с собой парня. Говори с ним ты, хотя я знаю, что он ответит. Об этом и речи быть не может. Но какая это будет сенсация, когда он сочинит что-то после сорока лет молчания. И какие тантьемы! Это прекрасная инвестиция для вас. Сначала мне нужны доказательства этого чудесного возрождения.

Ты сам сказал, что прошло столько лет. Без секретаря нам не справиться. Идёмте, Хелена. Мы должны были предложить это в первую очередь семье. Подождите. Ну, хорошо. Но только секретарша, ничего более. Это будет настоящий подвиг, если тебе удастся заставить его опять писать. А каков твой в этом интерес?

Я чувствую себя неким посредником между ним и его музыкой.

Смогу ответить, когда он что-то сочинит. В твоих руках он как воск. Скажи, как ты этого достиг? Не могу. Нет, объясни мне! Я хочу знать. Не могу, потому что сам не знаю. Это нечто проходит через меня, как будто я лишь проводник. И я не властен над этим. Думаю, я лишь орудие, сосуд. Тем более будь осторожен, не навреди ему. Опять он заперся! Открой, пожалуйста! Ничего не выйдет. Я закрываю глаза и не слышу ничего. Ни одной нотки. Надо с этим кончать. Облегчи мне расставание с этим миром. Но милостиво. Всё напрасно. Ты опоздал. Я слишком стар. Ты должен попытаться. Поверить, что твои дела уравновешивают добро и зло на земле. Что каждое доброе дело склоняет чашу весов. Это твой долг перед другими. Для мастера других не существует. Есть только "я". Я не верю, что ты так думаешь. Впрочем, эта музыка тебе не принадлежит. Музыка это выражение добра. Талант это лишь сосуд или средство. Как и мой дар. Мы лишь сосуды, посредники. Единственный наш долг облегчать проникновение добра в мир. Ишь, какой умник. Он у тебя всё-таки есть! Если б не было, я бы поверил, что ты ангел! Невероятно! Много лет назад я хотел использовать эту мелодию, но не сумел развить её. Теперь, когда ты мне её сыграл, я понял, что в этом есть нечто. Надо только извлечь. Боже, как руки одеревенели. Ну, кто из вас пойдёт первым? В детстве я играл произведения великих композиторов на шести разных инструментах. Получив диплом с отличием, получил стипендию в Бернском университете, защитил диссертацию на тему борьбы с полутонами в музыке барокко. Музыка это универсальный язык души. Вечный голос природы и красоты. Музыка скрыта в каждом цветке, в каждом дереве, в каждом биении сердца. Спасибо. Это большая честь оказаться вот так, глаза в глаза, с маэстро Кешди, который выглядит так прекрасно, так молодо. Следующий! Спасибо. Я покажу вам, куда сесть. Я знаю немецкий, итальянский, французский и английский. В качестве музыкального секретаря я объездила весь мир. Играю также на виолончели. Этот инструмент недооценивают. Вроде бы Томас Бичем заметил как-то, что виолончелисты это люди, которые сидят и держат великолепную штуку между ног, и это всё, что они могут делать. Госпожа Ольсен, я могу предложить вам чаю? Спасибо. Откуда они берутся? Это же паноптикум. А госпожа Ольсен? Баба с лошадиным лицом. Мне кажется, она подходит идеально. Быть секретарём Генри Кешди это больше, чем работа. Это призвание. Ну, начинается. Он мечтает о музе. О том, Хелена, кто влюблён в музыку, в культуру, природу, в жизнь. Это только отговорки. Только отговорки. Всё же, я думаю, что это должна быть. Генри, я ещё не закончила. Я считаю, нам надо продолжать поиски. Если не найдём того, кто мне нужен, я не напишу ни одной ноты. Ты прекрасно меня постригла. Спасибо. Почему ты ничего не сказал? Это неважно. Надо дать ему всё, что он хочет. Неужели, ты действительно меня хочешь? Конечно! Иди сюда. Ну, же. Привет. И как мы себя чувствуем сегодня? Я чудесно. А где парень? Не знаю. Верно, слоняется где-то тут. Ты ему не доверяешь, да? Я боялась, что всё тут изменится. И что, изменилось? Конечно, изменилось. Он ушел! Повтори ещё раз! Да, да! Хорошо. Пока. Хелена! Он в городе. Хочет, чтоб через час мы с ним встретились. Зачем? Не сказал. Вот хитрюга. Позволь представить тебе. Аннет Берг. Так это из-за вас он заставил меня проделать такой путь. Господин Кешди! Извините, пожалуйста, но я думала, что, предлагая работу секретарши, он просто заигрывает со мной. А ты хотела бы стать моей секретаршей? Конечно! Тогда работа ваша. Так просто? Дорогая, научно доказано, что судьба любого кандидата решается в первые 15 секунд. Так что, я не вижу причин отнимать время у этой юной особы. Моя жена Хелена. Очень приятно. Ну, что ж, начнём завтра. Старина Стефан тебе всё объяснит. Вы заметили, что Стефан никогда не говорит о сексе? Может, он гей? Это ты хватал меня между ног! Я что-то пропустила? Что с тобой случилось? Эта волшебная перемена дело моего друга Стефана. Хватит экспериментов на мне. Хватит таблеток. Я их все спустил в унитаз. И чувствую себя божественно. И это приводит меня к выводу, что, может, тебе пора менять профессию, Хансен? Он что, сошёл с ума? Ну, вот, ещё один поразительно неверный диагноз. Я давно не чувствовал в себе такого огня! Ты знаешь, кто может быть фантастичен в постели? Твоя послушная и воспитанная женушка. Такие развратничают больше всего. В 52-ом я читал лекции в Бостоне. Там была такая серая мышка, скрипачка. Но когда мы этим занимались, мы катались с ней по комнате. Я уж не буду говорить, чем это кончилось. Невероятно. Давление выше, чем когда бы то ни было. Температура и учащённый пульс. А он чувствует себя как молодой бог. Проследи, чтобы принимал их 3 раза в день. Ты же слышал, что он сказал. Это лишь успокоительное. Он не будет их принимать. Клади в суп, чтоб он не знал. Но он хочет снова писать. И это его убьёт, если мы не позаботимся. Это всё глупости! Идём, я провожу тебя. Да, кто это? Это я, Аннет Берг. Сейчас открою. Боже! Бедняжка, ты вся промокла. Мой автобус опоздал. Ты не взяла такси? В такой дождь? Ерунда, я люблю дождь. Хелена! Принеси ей полотенце. И во что-нибудь переодеться. Давай твою куртку. Спасибо. Сюда, пожалуйста. Что-нибудь горячее для юной дамы. Какие чудесные фотографии! Это ведь Карнеги холл. Рубинштейн. А это кто? Королева Елизавета Бельгийская. Боже, какое у вас яркое прошлое! Детские сувениры. Неважно. Зачем же вы их тут держите? Вы правы. Я лицемер.

Но позволь мне быть немножко тщеславным. К тому же, весь этот цирк для меня уже в прошлом. Я думаю, что он у вас лишь впереди. Возможно. Но это неважно. В моём возрасте если что и важно, так только музыка. Ну, ладно. Так что, начнём? Пока у меня нет ничего нового для переписывания, но, может, потренируешься на моих старых рукописях? Привыкнешь к моему почерку. Предпочитаешь сидеть тут или у окна? Здесь хорошо. Спасибо. Хорошо. И скажи, когда станет скучно. Принеси полотенце юной даме! Что-нибудь горячее для юной дамы! Тебя это смешит?

Нет, но забавляет.

Тебе, в самом деле, это не мешает? Разве это в первый раз? Генри. всегда обожал юных девушек. И ты с этим соглашаешься? Да, конечно. Видишь ли, я никогда не отождествляла секс с любовью. И Генри тоже. Он может у него ассоциироваться с чем угодно, только не с любовью. А как с этим у тебя, Стефан? То есть? Странно, что такой интересный парень отходит в сторону и позволяет тому, кто годится ему в деды, заманивать такую красотку себе в постель. И он это сделает. Наверняка. Генри всегда добивается своего. Ты узнаёшь эту гармонию? Это народная музыка с Карпат. Фольклор! Критики будут в ярости! Для вас важны критики или публика? Публика? Какая? Кто сегодня слушает классическую музыку? Но она влияет на все остальные жанры! Неважно, сколько будет публики. Важно, насколько глубоко они её прочувствуют. Боже, я вижу, что осталось ещё немного идеализма на этом свете. Ну, продолжай, говори дальше. Простите, но мне пора возвращаться. Я и так пропустила последний автобус. Надо отвезти Аннет домой. Она устала. Я занята. Попроси Стефана. А он водит машину? А говорил, что умеешь водить. Смени скорость. Нужно ехать на третьей. Он очаровал тебя? Не смеши. Я его почти не знаю.

Но он тебе нравится? Он забавный, обаятельный, умный. Да он же старик. Но он ведёт себя совсем не как старик. Как раз наоборот. И он женат. Смотри, куда едешь! Ты же не ревнуешь? Что ты делаешь завтра вечером? Ничего особенного. Прекрасно. Может, покажешь мне город? Как ты посмел! Привёл эту девушку в мой дом, подставил мне её под нос, а потом, когда я отвернулся, ты её у меня украл. Но это ты ей нравишься. Она сама мне сказала. Тогда почему ты с ней встречаешься? Я в первый раз за границей. Она хочет показать мне город. Нет ничего неприличного. Прочь с глаз моих! Не желаю тебя видеть ни одной секунды! Что ты делаешь?! Убирайся! А как же работа? К черту работу! Я думал, что ты испуганный, больной, несчастный старик, но ты гораздо хуже! Ты самовлюблённый тиран, ради своего удобства манипулирующий всеми вокруг. Согласен. Признаюсь. Подыскивая тебе секретаршу, я выбрал ту, что и мне понравилась. Но это одно дело.

А второе, менее очевидное, тот факт, что я дал тебе нечто важное! Надо максимально сосредоточиться. Хочешь попробовать? Вот так. Держи сильнее. Мы можем пойти куда-нибудь поесть. Или выпить. Или пойти на танцы. Знаешь, я не могу представить, что ты танцуешь. А как я напиваюсь или развлекаю девушку? Так куда пойдём? Я тебе уже всё показала. Пошли на этот катер. Господи, какой кошмар! Теперь ты видишь, что мне нельзя без гида. Трудно понять, чего ты хочешь. Нет. Не надо. Правда, зря ты это. Дешевый приём. Ты не заслуживаешь такого отношения.

Я привёл тебя в его дом, а теперь пытаюсь тебя оттуда вырвать. Напрасно. Прости. Но в чём дело? Почему ты не хочешь, чтобы я там была? Я не вмешиваюсь в твой роман. Это не моё дело. Но я не хочу, чтобы этот роман мешал его музыке. Это Равель. А теперь этот мотив повторяется 40-50 раз. И как в "Болеро", всё более возрастает, возносится до самого "крещендо". А потом, когда ты думаешь, что оркестр уже выдал из себя всё, вступает хор. И поёт ликующе, экстатически. Всё громче и громче! Зачем ты это делаешь? Разве это не очевидно? но у меня есть своё достоинство. Я не хочу твоей жалости. А чего ты хочешь? Я хочу, чтоб ты приняла вот это. Оно принадлежало человеку, которого я очень любил. Много лет назад. Моей первой жене. Возьми его, прошу. Разве это не смешно, что такой старик, как я, влюбился в такую молодую девушку, как ты? Если она чувствует то же самое, то нет. Я знаю одно местечко, такое, где подают чудесные десерты. А может, нам лучше поискать гостиницу? Доброе утро. С тобой всё в порядке. У меня другое мнение.

Это могла быть самая чудесная ночь в моей жизни, но мой "наполеон" повёл себя, как разваренная макаронина. Когда? Прошлой ночью.

С Аннетой. По-твоему, это смешно? Хорошо. Мне нужна здоровая доза, парень, чтобы такое со мной никогда больше не повторилось. Ведь другие функции моего тела тебе удалось восстановить. Я не сексотерапевт. Не надо ревновать. У тебя был шанс. Вернись! Вернись! Немедленно! Нет! Прекрати! Не делай этого!

Прощальный жест перед тем, как погрузиться в свой личный мир разочарования, из которого я уже не вернусь. Если я уже не мужчина, то какой из меня артист! Это шантаж. Нет. Это лишь честный обмен. Ты выполняешь свою работу, а я свою. Значит для тебя это только "работа"? Такой маленький бизнес? Для меня этого недостаточно. Эта музыка должна что-то значить. Должна что-то сообщать людям. Так и будет. Я клянусь тебе. Мы словно играем "пиццикато", не думаешь? А теперь "арпеджио". Сам выпей. Ну, и хулиганы мы, может, перейдём в постель? Думаешь, стоит? Ты говорил, рана зажила. Да. Но она передумала. Готовы? Начали! Говорят, что ваше сорокалетнее молчание было очень строгой оценкой того направления, по которому пошла современная музыка. Это правда? На 100 процентов. Известно также, что во время войны вы потеряли своих близких. Можно ли ваше молчание понимать, как дань памяти? Возможно. Что же, в конце концов, заставило вас нарушить это молчание? Мой ангел-хранитель, который упорно напоминает мне о моральном долге. Ваш ангел-хранитель? Это, верно, метафора? Вовсе нет. Он приехал из Польши. Из Польши? Вы назвали своё новое сочинение Опус Первый. Почему? Потому что всё, что было раньше, не имеет значения. И вы собираетесь лично дирижировать его первым исполнением? Если я хочу, чтобы моё послание достигло людей, я должен доставить его лично. И что в этом послании? Если бы послание можно было передать словами, искусство вообще не нужно. Спасибо, господин Кешди. Генри!!! Я вас надул! Прости, дорогая. Противный! На, загадывай желание. Боже, они тут падают, как мухи! Этот не дурачится. Вызывай скорую. Отказала иммунная система. Я назначил тебе переливание крови. Где Генри? На репетиции. Я лишь надеюсь, что он её переживёт. О чём вы говорите? Он в прекрасной форме. Это обманчиво. Внезапное улучшение здоровья в его возрасте это всего лишь последняя вспышка гаснущей свечи. Вы ошибаетесь. Не думаю. Но одного не понимаю. Зачем ты приехал сюда? Он должен был дать миру эту музыку. Ты так считаешь? Я практик, не философ, и, может, не понимаю. Но кто дал тебе право говорить человеку гораздо более значительному, чем ты, в чём его долг? А какой ответ вы предпочитаете, практический или философский? Простой. Чтобы даже я смог понять. Я хотел избавиться от бессонницы. Тиффани! Литавры, пожалуйста. Пукать я и сам могу. А мне нужен гром! Литавры соло. С 669-го такта. Спасибо. Теперь все ударные. Форте, пожалуйста. Хорошо. С 669-го все вместе. Ты плохо выглядишь. Ты хорошо себя чувствуешь? Не очень. Меня только что вырвало. А вчера утром тоже. Поздравляю. А он знает? Я собиралась сказать ему после концерта. Это очень деликатно с твоей стороны. Ну, что же. Аннет беременна. Я подумала, что это, пожалуй, воскресит тебя. Их надо вымыть. Ты дал ему волю сочинять. Не мог на этом остановиться? Это тебе. Как только почувствуешь себя лучше уезжай. Я не оставляю тебе выбора.

Прости меня, Хелена. Надеюсь всё-таки, что эта музыка стоила того. Возможно. Но можно ли знать наверняка? Стефан, ты думаешь, что жизнь и искусство можно положить на весы и взвесить? Единственно, что мы можем сделать, так это стараться прожить нашу жизнь красиво и мужественно. И так честно, как только человек может. Это и есть настоящее искусство. Возьми билет и уезжай. Как только сможешь.

Забавно, мы всегда хотели иметь ребенка. Он будет потрясён, когда очнётся. Что ты собираешься делать? Останешься с ними? Попробую. Мы составили особый треугольник, не так ли? Четырёхугольник. Стефан? Это Хелена. Давно вас не слышал. Стефан, если я пришлю билет, ты приедешь? Генри просит. Я же говорил тебе, что больше не обладаю той силой. Я опустошён. Ты меня не понял. Он хочет просто тебя увидеть. АЭРОПОРТ КОПЕНГАГЕНА Стефан. Привет. Как хорошо, что ты приехал. Раньше ты не носил очки. Мне передали занятия Керна. А вместе с ними и очки. Привет. Привет. Это Томас. У него астма, но врачи уверяют, что с возрастом пройдёт. Ему нужно много свежего воздуха. Кто здесь? Стефан? Подойди, ради Бога. Извини, я не могу встать, чтобы поздороваться с тобой. Прекрасно. Каждый день что-нибудь отказывает. Жаль, что я не могу помочь тебе. Ради Бога! Нет! Второй раз я бы этого не выдержал! Я понял, что старость это словно природа готовит нас к смерти. И человек, собственно, ожидает её с радостью. Знаешь, в моём состоянии есть свои преимущества. Я пользуюсь туалетом, не сходя с места. Меня купают, кормят с ложечки. У нас с сыном много общего. А ты достаточно помог мне. Вы счастливы? Я доволен. А у меня такого нет. Я внутри пуст.

Я помню, как ты меня когда-то убеждал, твердил, что мы только инструменты, или. как ты это называл? Сосуды? А теперь что же, я должен тебя в этом убеждать?

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Вы снова встречались с пожилой мадам?

Нравится я же здесь. >>>