Христианство в Армении

Тут нет гражданской войны.

Оператор Михаэль Шрайтель Композитор Эдриан Джонстон И я тоже. Я рыдала, что бы привлечь внимание. Просто меня не было рядом, что бы насладиться этим. Дым на горизонте. Похоже, судно большое. Когда мы узнаем наверняка? Это получено несколько минут назад. Куда катится этот мир? Когда немецкие истребители заваливают ночью бомбами невинных граждан! Как бы я хотел жить в ином мире! Мюнхен. Июнь 1942 года Зажечь красный. Мюнхен. Июнь 1942 года Праздничный салют? Кто устраивает праздники в такое время, Хильда? Сохраняйте спокойствие. Не стройте из себя героя. Что здесь не так, Росто. Вы слышите то же, что и я? Помогите! Надо было сразу уходить. Но увидев такое. Вы не можете так поступить. Нет. Не могу. Будут последствия, капитан. Он не может ни совершить погружение, ни защитить себя. Идеальная подсадная утка. Мы можем совершить погружение, имея на борту 250 человек? Теоретически это возможно. Тогда я приказываю начать погружение. Если какой-нибудь корабль пожелает оказать помощь экипажу "Лаконии", я не стану атаковать его Я не стану атаковать его. КРУШЕНИЕ "ЛАКОНИИ". Вторая серия.

Автор сценария Алан Блисдейл В ролях Эндрю Бачан Кен Дюкен Линдсей Дункан Томас Кречманн Франка Потенте и другие. Продюсер Хилари Норриш Режиссер Уве Янсон Обе стороны сбрасывают бомбы и выпускают торпеды. Объявили войну, а не перемирие. Перед тем, как вы заметили нас на горизонте и догнали на закате, на борту "Лаконии" находилось две с половиной тысячи человек, капитан. Возможно половина из них, не важно, какой национальности, уцелели до вашего прихода. У вас на борту сколько? Двести человек? Примерно столько же в спасательных шлюпках. Остается еще человек 700-800, которых поодиночке все дальше уносит в океан. Многие из них уже никогда не увидят земли. И виноваты в этом вы, капитан.

Удивительно, но большая часть тех, кого мы спасли, все же благодарили меня и мою команду. Что такого особенного в вас, мадам? Совсем ничего. Не забывай, что ты немец. Хартенштайн принял на борт много уцелевших. При этом экипаж субмарины уже состоял из 50 человек. Что если на них нападут, и им придется совершить экстренное погружение? Успокаивает только тот факт, что субмарина У-156 находится вне досягаемости самолетов противника. Как говорится, на самом краю земли. Однако, Хартенштайну не справиться в одиночку.

Сьерра Леоне, Африка Кем бы ты ни был, сегодня воскресенье, и я чертовски устал. Американцы знают? Нет-нет, Линкольн, пришли за мной машину. Черт возьми! Не знаю, что и сказать. Приглашение, конечно, трогательное. Учись мы в школе, я бы счел это розыгрышем. Кто-то пытается настроить директора против тебя. Или в нашем случае капитана Хэтавея. Надеюсь, это не чья-то шутка? Потому что сейчас утро воскресенья. Это правда. По крайней мере, частично. Войсковой транспорт "Лакония". Судно пропало с радаров. Основная часть пассажиров итальянские военнопленные. Ватикан уже знает? Где это случилось? Примерно здесь. В нескольких днях пути. Плохо дело. Во-первых, это смахивает на ловушку. Так называемый "Прием Кверре". Наша лодка спешит на помощь, а там ее поджидает целая свора немецких субмарин. А если это не ловушка? В этом и проблема, парень, в этом и проблема. Давайте предположим, что это не ловушка. Проявление удивительного, но маловероятного человеколюбия. И тогда, если мы проигнорируем призыв о помощи, нас можно будет обвинить в том же отсутствии гуманности, в котором мы обвиняем немцев при каждой возможности. Для военной экономики так важно, что бы мы ничего не делали. И естественно уведомить американцев на острове Вознесения об исчезновении одного из наших кораблей. Исчез. Просто исчез. Не более того. Пусть американцы порадуются. Сэр, а как же немецкая субмарина? Я бы попридержал эту информацию пока. Сколько человек на борту?

Пока 199. Но еще не все поднялись. Уже 200. Противник как-то прореагировал? Нет, совершенно никак. Словно они не понимают английского. В таком случае, проведем пробное погружение. Внимание всем службам. Через пять минут мы совершим пробное погружение. Проследите за тем, что бы все находились на своих местах. Дамы и господа, мы совершим экстренное погружение. Это делается в целях вашей безопасности. Поэтому прошу вас сохранять спокойствие. Для субмарины это обычная процедура. Это все. После погружения найдите самую большую белую простыню.

И нарисуйте на ней красный крест. Красный крест? Да, красный крест. Как в Женеве? Лодки отвязаны, капитан. Капитан! Мы готовы к погружению. Погружение на глубину 40 метров. Максимум 45. Погружение на глубину 40 метров. Максимум 45. 10 метров. 20 метров. Открыть воздушные вентили. Не бойтесь. Меня сейчас стошнит. Будь добр, отвернись в сторону. Заело. Чертова штуковина! Гребаный вентиль. Черт! Стоп, машина! Стоп, машина! Полный назад! Полный назад! Мы теряем контроль, сэр. Мы слишком тяжелые. Лодка становится неуправляемой. Всем собраться в заднем торпедном отсеке. Сейчас же! Рассредоточьтесь. Нужно выровнять субмарину. Быстрее. Поднимайтесь. Вставайте. Живее! Живее! Мы на глубине 170 метров, капитан. Запустить двигатель. Малый вперед. Потихоньку. Не спеша. Я знаю, о чем вы думаете, Росто. Неужели, капитан? Не забывай о том, что ты капитан подводной лодки, сынок. Неплохо, да? Просто отлично. Мы поднимаемся. У нас получилось! 30 метров. Подъем продолжается. 20 метров. У нас получилось!

Но больше я на такое не согласен. Больше рисковать не будем. Зажечь свет. Слуги и хозяева, ребята. И знаете что? Слуги всегда знают больше. Мы снова на поверхности. Мюллер, за мной. Все здоровые мужчины, кроме раненых, обязаны. Сэр, я подумал, будет лучше, если мы представим это. Нет-нет-нет. Звучит неплохо. Вежливая просьба. Наши вечные друзья и враги, американцы с острова Вознесения, отправятся на поиски нашего пропавшего перевозчика "Лаконии". Все неплохо. Есть предположения, как поступят американцы, Линкольн? Разве они не должны выполнить нашу просьбу? Как союзников? Могут выполнить, а могут просто пообещать. При условии, что захотят этого. А ведь могут и не захотеть. И сохранить втайне место расположения своей секретной базы. Капитан, вы уверены, что мы не должны сообщать им о немецкой субмарине? Нет. Конечно, нет. Они не должны узнать ничего о судне врага. Это не будет ложью. Мы просто правильно расставим свои приоритеты. Проследите, что бы это дерьмо не оказалось у наших дверей. Мяч у Бака Баннистера. Американская воздушная база.

Остров Вознесения Он парит по небу. Завоевывает Северную Африку, Суэцкий канал. Он летит дальше. Завоевывает Францию. И еще какую-нибудь страну в Европе. И, о, черт возьми, он приближается к Нацистской Германии. "Бак Баннистер в одиночку выиграл войну." Не пропустите сенсацию! Там нет некролога навигатора-умника, Перлман? Значит, будет. Бросьте, ребята. Мы одна команда. Срочное донесение от командующего Британским Флотом. Надеюсь, хоть это нас взбодрит. Нам поручено найти следы войскового транспорта "Лакония". Среди прочих, там находились женщины и дети. Это достаточно серьезная проверка? Им придется подключить все свои умения. Итак, парни. Готовимся к вылету. Завтра ровно в 7. Задача найти судно. Первый же вылет может сделать из вас настоящих героев. Неплохие перспективы, учитывая, что до летной школы вы едва побывали за пределами Теннеси или Техаса. Вообще-то, я из Нью-Йорка. Ты и раньше мне не нравился, Перлман. А мне ты нравишься, Перлман. Ровно в 7.

Удачи. Мы одна команда. Зададим им жару! Черт тебя подери! Посмотрите на эти стволы! Нам конец. Они не заряжены. Не говорите им ничего. Не произносите ни слова. Сюда! Здесь не только члены экипажа, но и пассажиры. Женщины. И итальянцы. Ваши друзья итальянцы. Мы их спасли. Отлично. Отвага под ливнем пуль. Что еще ты им расскажешь? Что ты гражданин Ирландии? Вот именно. Ирландия сохраняет нейтралитет. Это не моя война. Успокойтесь. Когда они подойдут к нам, вы должны выполнить мой приказ: сначала поднимаем женщин, а потом всех остальных, кем бы они ни были по национальности. Нет! У меня есть брюки! Все в порядке, сэр, все в порядке. Следите за ногами. Все и так ясно. Англичане любят командовать. Поднимите его. И найдите итальянца. Мальчишку с большим ртом. Мортимер, я не могу вам передать, как. Я сам во всем виноват, Хильда. Я считал вас честной женщиной. Мне жаль, что так вышло. Как по-немецки будет "правда"? "Обман"? "Предательство"? В каком вы чине, офицер? Как вы узнали? Дело не в одежде, а в манере держаться. Я не стану вам отвечать. А чин у меня не высокий. Вы нас разочаровали. Младший третий офицер Торгового Флота Томас Мортимер. Здесь горячий кофе и суп, Мортимер. А так же сухая одежда. Каким бы низким не был ваш чин, вы единственный офицер с "Лаконии" на нашей субмарине.

А посему мы объявляем вас военнопленным. У меня к вам несколько вопросов. Об обращении с итальянцами, находившимися под вашим контролем. Под моим контролем? Есть свидетели. Бога ради! Ведите всех свидетелей, которых найдете. Единственный, кого бы я сейчас удавил, один англичанин с "Лаконии". Так что ведите всех, кого найдете. Это порядочный человек. Вы спрашивали, капитан, что во мне такого особенного? Так вот: ничего. Вы немка. Да, я немка. Простите, капитан. Но это был не он. Не Мортимер. Этот человек делал все, что мог. И я бы хотел поблагодарить его. Маннесманн. Мистер Мортимер, прошу вас. Так что с вами произошло? Сначала я расскажу вам одну шутку. Почему немецкие дантисты лечат своих пациентов через нос? Потому что люди перестали открывать рты. Это старая шутка. Ее мне рассказывал еще отец. О таких же временах и похожих способах выживания. Так ли они похожи? Мой брат и его жена были арестованы в понедельник. А уже во вторник их осудили и казнили. В среду арестовали наших родителей. Следующей была я.

Но знаете, что, капитан? Видимо, я все-таки стала достойной сестрой своего брата. Мне не исправить своей судьбы. Меня ждет та же участь. Что ж. Арестуйте меня. На моем судне вы будете в безопасности. Что бы ни ждало нас впереди, и как бы ни сложились обстоятельства, я верну вам английский паспорт. А вы держите язык за зубами. Она предатель. Он не ее ребенок. У него больше никого не осталось. Значит, мы хорошо справились с задачей? Я умею обращаться с детьми. В самом деле. У многих моих подружек были дети. И я всегда с ними хорошо ладил. Одного мальчишку четырех лет я научил играть в шахматы. Так что, пусть пацан останется. А вот предательница уходит. Мне не нужен переводчик, что бы поиграть с ребенком. Росто хочет показать мальчику машинное отделение. Но женщин туда не пускают. Так уж заведено. Я пойму, если вашему главному механику не приятно мое присутствие на борту. Тем не менее, я ценю его благородство. Иди сюда. Смелее. Смотри, здорово, правда? Мы словно в кабине локомотива. Понимаешь? Чух-чух-чух! Ту-ту! Понимаешь?

А теперь. Уинстон? Энтони. Мне почти семь.

Понятно. Это здорово. Наверное, мы оба выросли с похожими убеждениями. Мы все должны жить ради цели, высшей, чем наши собственные интересы. Ради командира, общества и отечества. Все это очень почетно. Третий Рейх вы тоже причисляете к ним? Эти людибеда для нашего народа. А посему исход может быть только один поражение. Нет-нет. Я не был бы здесь, если бы верил в это. Сколько вы. Довольно. Прошу вас замолчать. Насколько сильно вы любите свою страну, капитан? Неужели вы не видите, что происходит? Ну-ка повтори. Не забывай о том, что ты немец, сынок. Давай еще раз. Не забывай. Не забывай. О том. О том. Хорошо, Энтони. Очень хорошо. А теперь вот что. Мортимер, а вы мне кажетесь неплохим человеком. Я просто. поступили благородно.

Вы можете продолжить свои благородные дела, составив до исхода дня список всех выживших, находящихся на борту субмарины и в лодках. Рад буду помочь, сэр. Но я не стану указывать воинских званий. Это не просьба. Это приказ. Но это не все. Я хочу послать этот список в Женеву в Красный Крест, что бы они уведомили родственников выживших. Имена, национальность и возраст. Не более того. Мне показалось, это задание будет достаточно благородным для вас. Признаться, я не преследую политических интересов. Я стал моряком задолго до 1933 года. Единственное, что меня сейчас беспокоит безопасность своей страны. И тех, кто находится в моем подчинении. Где сейчас адмирал? Где он пропадал целый день? Висел на телефоне, отвечая на звонки из Берлина. Потому что фюрер не считает субмарину кораблем милосердия или прогулочным судном. Он разумно настаивает на том, что предназначение субмарины разрушать и убивать. Не люблю, когда повышают голос, Вальтер. Боюсь, я поддался эмоциям, адмирал. В сложившихся обстоятельствах. Я решил послать еще одну субмарину на помощь Хартенштайну. Во-вторых, итальянский флот дал согласие на участие в операции по спасению. За уцелевшими итальянцами выслали "Капеллини". И, в-третьих, я провел переговоры с Правительством Виши. Они пришлют мирное пассажирское судно за остальными спасенными. Надеюсь, мы сможем найти достойный выход из сложившейся ситуации. Мне нужно срочно продиктовать сообщение Хартенштайну. У них даже английский табак есть. Откуда он у вас? Из Данкирка. Остался после того, как вы сбежали. Хочешь матч-реванш? Прямо сейчас? Все в порядке, парни? Приветствую, сэр. Вы выжили, сэр! Это здорово! А теперь назовите свою национальность, профессию, имя и возраст. Британец. Парикмахер. Билли Хардакр. 29 лет. Уильям Уильяме. Капрал. 17 лет. Я прибавил себе года. Белоснежка, сэр. Это для Красного Креста. Что бы родные знали, где ты. Белоснежка. Мультяшный персонаж. Винченцо Ди Джованни. Итальянец. Выживший. Британская подданная, естественно. Девушка на выданье. И можете издеваться надо мной сколько угодно, но я ни за что не раскрою вам своего возраста, Мортимер. Хорошо, миссис Фулвуд. Я видел ваш паспорт. Национальность. Мне очень жаль, Мортимер. Национальность, мэм? Моя мать англичанка, отец немец. Во время летних каникул я знакомилась с сельскими улочками Оксфордшира, остальное время мы с мамой и братом вели уединенную жизнь на солнечных горных склонах Германии. Что вас заставило покинуть эти склоны? Солнце перестало светить. Мой брат предвидел эту смену погоды задолго до меня. Мечта обернулась кошмаром. Его жена слушала рассказы об этих кошмарах, и постепенно разделила их. Они обсуждали их с друзьями и родными и пытались найти выход. Что вы сказали, когда они пришли к вам?

Что бы они ни делали, это слишком опасно. Они могли потерять слишком много. Их первенец едва родился. Я надеялась, что они меня послушаются. Что оставят свои взгляды при себе. Однако, знаете, что они сделали, Мортимер? Почему их арестовали? Они стали распространять листовки и писать лозунги на стенах. Только и всего. Но именно за это они и погибли.

Вы могли рассказать все это и раньше. Мне можно доверять. Однажды захлопнув дверь, сложно открыть ее снова. Кто бы в нее ни стучал. Особенно, когда выбросишь ключ. Поэтому. Красному Кресту некого извещать обо мне. Обо мне тоже. Не забудьте вернуться домой. По машинам! Ну и ну, парни. Вот это да! Мальчишки. Совсем мальчишки. Практически одни мальчишки. Мальчишки, вооруженные глубинными бомбами. Сколько вам лет, капитан? 24. Но я калач тертый. Что ж, отлично. До сих пор никакой реакции противника? В любом случае, папаша Дёниц выслал нам подмогу: моего старого приятеля Шахта и итальянскую субмарину "Капеллини". Они в нескольких часах пути от нас. Новость хорошая и чертовски нам нужная. Капитан, к нам приближается еще одна шлюпка. Отлично. Еще друзья. Идите туда. Бейтс, Генри. Там есть еда и вода. В этой лодке не было женщин или девушек? Нет, миссис Фуллвуд. Сара вечно везде опаздывает. Ей нравятся эффектные выходы. Сожалею. Нет. Энтони! Шарлотта! Это же я. А где мама? У меня плохие новости. О вашей маме. Боюсь, мы ее потеряли. Потеряли? Она была очень смелой. Мы обыскали весь корабль в поисках вас. Она очень за вас волновалась. За вас обоих. Она до самого конца не переставала вас искать. Я видел ее. Я хочу к маме. К своей маме. Энтони, Энтони, послушай. Ты и твоя сестра всегда будете помнить о своей маме. И она навсегда останется вашей мамой. Этого уже не изменишь. Твой папа прав. Мама тебя очень любила. Ты не должен сомневаться в этом, потому что она была твоей мамой. И мама бы очень хотела, что бы ты стал большим мальчиком.

Может быть, наша мама окажется на другой субмарине? Может быть. И. моя дочка тоже. Папа! Папа! Что мой мальчик? Не забывай, что ты немец, сынок. Передайте Дэнглеру, что бы он положил колбаски в картофельный суп. Капитан. Это подарки. Отец всегда мне говорил: "Человек не может знать, что его ждет за следующим углом". А я ему всегда отвечал: на море нет углов. Верно подмечено. Спасибо тебе, Харро! Нам очень нужна твоя помощь. Итальянцам построиться и приготовиться к пересадке на другое судно. Только итальянцам. Англичане остаются здесь. Что ж, Вера Линн. Мы обязательно еще встретимся. Когда все это закончится. Что скажешь? Это не может длиться вечно. То же самое говорили о Столетней войне. Думаешь, тогда они считали? Откуда ты родом? Из Лука? Из Лоха. Из Луха? Из Лоха. Береги себя. Будь молодцом. Ты тоже. Со стороны все это выглядит иначе. Как именно? Страшно. Я вот что подумал, Вернер. Учитывая всех союзников, которые сейчас находятся у тебя на борту, мне зачтется, если я выпущу в тебя торпеду? Шерраус, мы спасаем только молодых и красивых. Береги себя. И ты тоже, Вернер. Ты еще обойдешь меня. Что именно значит команда "искать и найти"? Значит ли это, что мы можем атаковать их, когда найдем? Мне еще не приходилось сбрасывать бомбы. Внизу стадо китов. Если хочешь, потренируйся на них. Правда? Можно? Искать и найти. Это все. Вальдемар! Юг-юго-запад. Смотри внимательно. Если я их увидел, ты должен их разглядеть. Подай им сигнал. Но я не говорю ни по-английски, ни по-итальянски. Ну так подай такой сигнал, что бы они поняли. Что бы они нас заметили. Это даст им надежду. Мне бывает больно, только когда выпускаю газы. И еще меня постоянно мучает. Не знаю, что именно, но мне определенно нужно к врачу. Передайте мне телефон, Таунс. И я сразу же позвоню в ближайший госпиталь. Там какие-то вспышки! Во-л-ш-е-б-н-и-к-О-з. Волшебник Оз? Это что, шутка? Плевать, что это. Мы направляемся туда. Вот так. Отлично. Большое спасибо. А теперь позвольте вам представить своего нового друга Гарри Таунса. К сожалению, он очень болен. У меня появилась шишка под подмышкой. Вот тут. Я уже и сам догадался, что это. Но мне бы хотелось услышать ваш ответ. Дословный перевод звучит примерно так: "А мне откуда знать? Я ведь всего лишь радист". Он просто щадит мои чувства. Тяжело, знаете ли, осознавать, что часы твои сочтены. Сэр! Я так рад вас снова видеть! И я тебя. Мистер Куттс? Имя, профессия, национальность и возраст, пожалуйста. 24 года. Фермер. А по национальности я шотландец, мистер Мортимер. Так и запишите. Идемте, мистер Таунс. Мне нездоровится, сэр. Но я готов быть рядом с вами, если вы этого хотите. Хорошо, Таунс. Рад вас видеть. И я тебя. С ним все в порядке? Если бы у всех были такие родители, как у Фидлера. У нас у всех были бы камеры. И все равно непростительно. Мои родители были совсем другими. Отец часто повторял: "Деньги, заработанные тяжелым трудом самые лучшие в жизни". Тогда тебе не за что прощать своих родителей. Напротив. За моего брата. Это сейчас мы с ним неплохо ладим, а вот в детстве он каждый день лупил меня. Сейчас он на Восточном фронте. Храни его, Господь! А мне повезло еще больше. Две сестры. Одна меня баловала, вторая смотрела с почтением. А родители? Забрасывали меня деньгами, фотоаппаратами и быстрыми машинами. Отец не одобрил моего выбора, когда я решил стать моряком. Хотя это была моя заветная мечта. Наверное, он даже обрадовался, когда я не поступил в морское училище с первого раза. Родители занимались торговлей, корабли для них праздное развлечение. И, конечно, они не хотели бы, что бы их единственный сын отправился в море. Поэтому сначала я изучал право и философию. Но мое сердце не лежало к ним. И, в конце концов, он это понял и поддержал меня. Надо бы всем сделать копии.

Хотите убедить Фидлера сдать камеру в общее пользование, иначе нам никто не поверит? Кто знает? К тому же, нужно быть совершенным слепцом, что бы не заметить явного сходства с тем знаменитым окопным затишьем в конце прошлой войны. В самом деле. На Западном фронте. В канун Рождества 1914 года. Тогда солдаты противников встретились на ничьей земле. На этот раз мы устроим рыбалку вместо футбола.

Только вот генералы с обеих сторон грозили военным трибуналом и расстрелом любому, кто повторит такое еще раз. А я уже почти забыл об этом. Капитан.

Капитан Бенджамин Куттс, сэр, военная часть Суррея и Сассекса. Прибыл для прохождения службы. Действующий моряк Гарри Джозеф Таунс. Палубный матрос.

В вашем распоряжении.

Как себя чувствуете, капитан Бенджамин Куттс? Вас серьезно задело. Я в полном порядке, сэр. И мне бы хотелось вам сказать вовсе не из желания кому-либо польстить, и тем более заклятому врагучто я безмерно благодарен вам и вашей команде. Вы очень добры. Только что я говорил Таунсу, что это напомнило мне легендарное затишье между томми и гуннами во время Первой Мировой. Так уж вышло, что мы только что говорили. И если уж говорить начистоту, простите, что перебиваю вас, капитан, то, что происходит сейчас, я считаю настоящим проявлением гуманизма. Надеюсь, вы понимаете, что все это временно капитан Куттс. Конечно, сэр. Но позвольте. Простите, что перебиваю вас, когда вы перебиваете меня. Простите, сэр. Меня часто обвиняют в недальновидности. Но прошу вас, продолжайте. Это затишье явно носит временный характер. Помощь уже на подходе. Когда за вами прибудут спасательные суда, вы отправитесь своей дорогой. А я своей. Что бы снова встретиться в бою. Ничего не поделаешь, капитан Куттс. Кем бы вы ни были, я ничего не хочу. И меньше всего чая и сочувствия. Боюсь, у меня нет чая. Какая жалость! Будь у меня выбор, я бы предпочла чай. Я знаю, что вы переживаете за свою дочь. Вас это не касается. Слушайте, я знаю, вы не хотели ничего дурного, вы прекрасная женщина. А я, очевидно, нет. Но неужели вам не понятно, что мне бы хотелось погоревать в одиночестве? Посмотрите на меня. Вот она я, вся перед вами. Вышла из ниоткуда. И теперь осталась ни с чем. Весной я потеряла своего мужа. Теперь в этом пустынном море из-за этих проклятых торпед я потеряла дочь. Я изо всех сил стараюсь не думать обо всем этом. Но моя жизнь из праздника вдруг превратилась в настоящий бедлам. Говоря словами моего покойного мужа, моя жизнь стала абсолютно никчемной. Если бы. Если бы я могла вернуть свою дочь! Вы сможете наверстать упущенное, когда ее найдете. Я потеряла дочь. Что же теперь мне делать со своей жизнью? Такой не похожей на прошлую. Ну, говорите. Ответьте мне. Начать все сначала? Завести еще детей? Изменить свой характер? Уже поздно. Слишком поздно. Хорошие новости: мы должны встретится с французским кораблем Тлуар".

Судно уже направляется в нашу сторону и готово перевезти вас в безопасное место. Если вы скажете. Самолет на 70 градусах. Американский? Бэ-124 Либерейтор? Похоже на то. Фидлер! Позвать ко мне Фидлера! Фидлера на палубу. С дороги! Фидлер, к капитану! Это же субмарина. Британская или немецкая? Что они здесь делают? Хэрровер. Подтвердите координаты субмарины. Что это значит? Парни, кто знает азбуку Морзе? У кого-нибудь есть справочник? У меня. Ну, и что там? Они все очень похожи. Ладно. Забудь. Они о чем-то сигналят. Нашел. Немецкая субмарина. Тип 9-А.. А при чем тут спасательные шлюпки? Не знаю. Может, возят с собой на всякий случай? Это судно врага. Полет тренировочный. Нельзя сбрасывать бомбы на судно с флагом Красного Креста. Какой к черту Красный Крест? С моего места мне ничего не видно. Пилоты просят уточнить, что делать? Нужно сообщить о субмарине на базу. Или начать атаку. А как же Красный Крест и шлюпки? Наша задача уничтожать вражеские суда и защищать союзнические корабли в пределах досягаемости. Перед нами субмарина. И не важно, есть на ней Красный Крест или нет. Хэрровер. Потопить субмарину. Повтори: "Немецкая субмарина с потерпевшими кораблекрушение английскими подданными на борту. Назовите себя". Придется применить оружие, капитан. Нет. Иначе мы снова развяжем войну. Нам не обойтись без оружия. Нет, Маннесманн. Пилоты не слепые. Они видят спасательные шлюпки и Красный Крест. Стреляйте в них! Стреляйте, черт возьми! Стреляйте в них! Давайте же! Нет. Отойти от орудий. Не стрелять! Рубите буксирные канаты! Рубить канаты! Разойтись! Освободить место! Только не пой колыбельную. Освободите дорогу. Это вам не морская прогулка. Живее! Шевелитесь! Освободить палубу! Господи! Как же я мог? Лево руля! Прямое попадание. В самое яблочко. Если повернуть обратно, мы добьем их из пулемета. Нет. Топливо на нуле. Миссия закончена. Позовите Росто. Ничего серьезного. У вас? Я цел. А ему нужна помощь. Заклинило зенитный перископ, сорван фланец магистрали водного охлаждения дизеля. Пытаемся заменить. Выведены из строя радиопеленгатор и гидрофон. Мы набрали слишком много воды. Вышли из строя семь элементов батарей. Но это не самое худшее. Батареи дали утечку газа и кислоты. Мне понадобиться не меньше двух часов. Могло быть и хуже. Приготовить судно к погружению, а самим быть готовыми к бою. Есть, капитан. Вебер! Слушаюсь? Пересадить в шлюпки всех британцев. Включая женщин, детей и раненых? Реммерт! Прими радиограмму: "Не смотря на закрепленные на корме спасательные лодки и флаг Красного Креста, американский Либерейтор атаковал нас. Было сброшено 5 бомб. Выведены из строя оба перископа. Всех уцелевших пришлось пересадить в шлюпки и прекратить спасательную операцию. Начинаем ремонтные работы. Хартенштайн". Это все. Капитан. Мы нашли его среди торпед. Вам придется пересесть. Вы будете вместе со своими детьми. Нет, спасибо.. Не хочу, что бы они видели, как я умру. Я понимаю. Постарайтесь удержать свое положение. Французское судно на подходе. Просто продержитесь. А где папа? Он придет? Папа! Папа! Он сядет в следующую лодку. Нужно идти. Я готов. Боюсь, что нет. Присмотрись получше. Я только хотела. До встречи. Не люблю прощаться. До встречи. Надо было ее поцеловать. Давай-давай! Пошевеливайтесь!

Национальность? Имя и возраст? Британка. Хильда Смит. 28 лет. Напоминаю вам, Хильда Смит, что мы, по-прежнему, в 644 морских милях от западного побережья Африки. Вы далеко от дома. А шанс уцелеть на спасательной шлюпке невелик. Вы хороший человек, капитан Хартенштайн. Нет. Это не так. Удачи вам, и счастья, где бы вы его ни нашли. Вы нам так понравились, Мортимер, Что мы решили оставить вас здесь. Спасательная операция окончена. Но вы останетесь с нами. Позвольте вам напомнить, что вы военнопленный. Однако условия и свободы на борту нашей субмарины останутся для вас прежними до тех пор, пока вы с нами. Факт остается фактом. Что бы ни делалось за последние несколько дней, это делалось ради нашего блага. Нам помогли враги. А капитан субмарины сказал, что французский корабль на подходе. Нам остается только ждать. Этот капитан, в самом деле, оказался отличным парнем. Да и члены его команды были внимательны к нам. Жаль, что именно они выпустили в нас торпеду. Думаю, можно обойтись без голосования. Мы остаемся. Как спалось? Жаль, что вы пропустили наш разговор. Но мы ведь так и не голосовали. Все уже решено. На восток. К Африке. Любой моряк тебе скажет, что ее невозможно пропустить. Она всегда оказывается на пути, куда бы ты ни плыл. Не говоря уже о проходящих судах. Вы знаете, что делаете? Нет. Он не знает.

Конечно. Зато ты знаешь слишком много. Ты так думаешь? Я учился на военного повара. Отлично. Вот ты и будешь резать бутерброды. Оценили мой музыкальный вкус? Вообще-то, я ничего не смыслю в классической музыке. Это пластинки Росто, главного механика. Я иногда разрешаю их послушать. Однако, джаз это не музыка, Мортимер. Так же, как Пикассо не живопись. И еще я заметил, что становлюсь, как отец. Вы позволите? Фидлер? Вы курите? Изредка. Тогда ступайте наверх и покурите. Что-то напомнило? Еще пара-тройка штрихов и все, капитан. Отлично, Росто. Радиограмма от адмирала Дёница. Это было очень жестоко, Маннесманн. Знаю. Но заслуженно. Поздравляю, капитан. Ну, давай! Смелее. Я должен поблагодарить всех вас за оказанную мне честь. Я по-настоящему горжусь тем, что являюсь вашим командиром. Признаться, не понимаю, чем заслужил все это. А теперь, когда лодка снова в нашем распоряжении давайте вернемся к своим прямым обязанностям. Согласны? Маннесманн. Слышали? Хватит развлекаться. По местам! Живее! Шевелитесь! Адмирал. Не смотря на высокое мнение, которое сложилось о Хартенштайне, я думаю, сейчас не время чествовать его, как героя. Почему предшественники оказываются самыми жестокими критиками? Хартенштайн получил Рыцарский Крест потому, что оказался его достоин. Он заслужил эту честь в бою. Не говоря уже о тех обстоятельствах, при которых это произошло. И если вы забыли, напоминаю вам, что высшая награда для любого моряка медаль за спасение жизней других. Тогда мы можем наградить его и медалью. Мне нужно продиктовать срочный приказ. Речь пойдет о вещах не очень приятных. Разве что только для ваших ушей. Во-первых, запрещается предпринимать любые попытки к спасению команд потопленных судов, то есть вылавливать тонущих, передавать их на спасательные шлюпки, возвращать в нормальное положение перевернутые шлюпки, снабжать пострадавших провизией и водой. Спасение противоречит самому первому правилу ведения войны на море, требующему уничтожения судов противника и их команд. Во-вторых, приказы о захвате капитанов и главных механиков остаются в силе. В-третьих, спасать людей только при наличии у них важной информации для лодки. В-четвертых, будьте непреклонны. Помните враг не вспоминает о женщинах и детях, когда бомбит германские города. Довести приказ до капитанов субмарин. Если нам суждено проиграть эту войну, наши враги могут обернуть это против нас.

И назовут это приказом убивать.

Я бы устроил чайную вечеринку в домике на дереве и пригласил бы свою маму и младшую сестренку. Ну и, конечно, мне бы хотелось пригласить свою подружку. Которую я заведу, как только все это кончится. Когда я стану взрослее. Когда отращу усы. За это надо выпить. Не делай этого. Умрешь.. Но сначала ты сойдешь с ума. Мне говорили, что в подобных обстоятельствах так и случалось. Кто тебе это сказал?

Те, кто выжил. Продолжай. Где бы вы встретились? И кого бы ты пригласил? В отеле Мидлэнд в Манчестере. Там ужасно красиво. И я бы обязательно пригласил Вивьен Ли, Айвора Новелло, если бы там нашлось пианино, Уинстона Черчилля, наверное, Гарри Гудини, живого, если возможно, и Бастера Китона, что бы нас развеселил. И что бы ты им всем сказал? Просто "привет". На солнечном горном склоне. В мирное время. Симпатичный шотландец, которого я до сих пор не встретила. Три мальчика. С забавными именами. Жена моего брата и их дочь. Живые, если возможно. И, наконец, младший третий офицер Томас Мортимер, который научил меня прощать, но никогда не забывать. Но самое главное капитан-лейтенант Вернер Хартенштайн, основным инстинктом которого является человеколюбие. еще я бы сказала "спасибо" вам. Однажды мы все выпьем за это. Кажется, мы потеряли еще одного. Слезы кругом, море глубокое, Брось их за борт и спокойно усни. Тлуар". Французское судно Правительства Виши Привет! Привет! Я же говорил, что так легко от меня не отделаешься. Говорил.

Говорил. Господь дал мне второй шанс. И я им воспользовался. Но есть и те, кому не повезло. И я готов рассказать их истории всем, кто меня будет слушать. В море осталось еще много спасательных шлюпок. Мама не умеет плавать. Однажды, когда мечты сбывались, а все желания исполнялись. Я говорил. Я же вам говорил! Хочешь? Хочешь? К черту все! К черту! Мы будем жить! Будем жить дальше! Не поделишься газеткой, Росто? Всего несколько дней назад я был готов бросить вас на погибель. Может, так и надо было поступить. Но так и не смогли.

Нет. Не смог. Так же как и вы не смогли бы, окажись я в беде. Чужаки, как ни странно. И друзья? Такое возможно, когда наступит мир. Не победа? Я этого не ожидал. И я тоже. До встречи в лучшие времена? Он выживет. Непременно. Поздравляю, Хартенштайн. Вы это заслужили. Спасибо, адмирал. Только эта честь принадлежит не мне одному, а всей моей команде. Так и должно быть. И, тем не менее, я предлагаю вам сойти на берег. Поработаете со мной в Париже. Тоже в команде, разве что, немного другой. Это разобьет мне сердце, адмирал. Воля ваша. Теперь я не могу вернуться домой. 8 марта 1943 года субмарина Хартенштайна У-156 подверглась вражеской воздушной атаке. Никто из членов экипажа не уцелел.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Дай с ней поговорить.

У меня спазмы в животе. >>>