Христианство в Армении

Но как он узнает?

Перевод rz5 Редакция Citizen По мотивам рассказа «Тема предателя и героя» Хорхе Луиса Борхеса Роберто Перпиньяни Операторы Витторио Стораро и Франко Джакомо Режиссер Бернардо Бертолуччи — Пожалуйста.

«Улица Атоса Маньяни» — Где отель? — Сперва налево, потом направо. — Спасибо. Нет, сначала надо направо. — Налево. — Нет! Я позже спрошу, когда вы определитесь. «Молодежное культурное общество» Отель там? Атос Маньяни. Герой, подло убитый фашистскими пулями. У вас есть комната? Не знаю. На сколько? Я не знаю. Имя и фамилию. Книга вон там. — Ваше имя? — Атос Маньяни. — Атос Маньяни. Вылитый. Вылитый. Да вы посмотрите! Правда вылитый! — Вылитый кто? — Ваш отец. Вы знакомы с некой Драйфой? — М-м. Драйфа! — Где она живет? Не близко, если идти пешком. Вам нужен велосипед. Момент, я вам помогу. Выйду-ка я и покажу вам дорогу. — Да. Далеко? — Нет, 10–15 минут. Так, прямо вперед, потом сворачивайте на насыпную дорогу. Дом будет недалеко от переезда. Вы — Драйфа? Не бойся! Видишь, как похож? Он приехал не из Рима, не из Кремоны, не из Феррары. Убийца твоего отца из Тары, кто-то из местных. Здесь твоего отца знали как антифашиста. В театре его застрелили в спину во время «Риголетто». Разумеется, ты не увидишь его имя в учебниках истории. Но здесь, для нас, он продолжает жить. У него было много друзей и еще больше врагов. Он подавлял каждого. Никого не боялся, даже меня.

Я была молода, а он не ушел от своей жены. А я ревнивее Отелло. Зачем вы хотели меня видеть? После его смерти твоя мать оказалась беременна. Да, тобой! Но она исчезла! Боялась фашистов. Но не я, я осталась. Они бы не посмели. Они меня уважали. — Как вы узнали мой адрес? — О, это чудо. Увидела твою карточку в миланской газете. Я поразилась. Фото Атоса! Невероятно! Атос воскрес. Мы не нашли его убийцу. Теперь, когда ты здесь, ты найдешь его, верно? Когда его убили? 15 июня 1936 года.

Через час поезд. Если поспешу, то еще успею на него. Похоже, ты устал! Голоден наверное. Сядь и поешь. Он любил хорошо поесть. Должно быть его убили во время аплодисментов, ведь никто не слышал выстрела. Я много болтаю, да? Здесь в Таре есть кинотеатр, телефоны, телевидение. Одни вывески. Все остановилось в ночь, когда его убили. Скажи честно, я похожа на сумасшедшую? Вы были близки с моим отцом? Близка? Любовница, его знатная любовница! И до сих пор. Для них. Будто ничего не изменилось. Атос здесь, молодой Атос, героический красавец Атос. Убитый Атос. Он погиб, не успев увидеть избавление, о котором мечтал. Похоже на типичный детектив. Пошути еще! Так или иначе, убийцу так и не нашли. Расследование же проводили? Скорее издевательство! Они все повязаны! Представляешь, в его кармане нашли анонимное письмо. Закрытое! Его открыли, а там говорилось, что его убьют в театре. — Как Юлия Цезаря. Юлий Цезарь перед посещением Сената. Как Атос, один в один! — И другой интересный факт. — Другая легенда? Нет, он рассказал это лично мне.

Цыганка. в таверне за несколько дней до убийства читала его руку и предсказала смерть. Клянусь. «Макбет». Предсказание ведьм. Ты наверное много учился. Уже поздно. Я должен идти. Увидимся завтра. Завтра. У меня завтра поезд. — Кто знает! — Нет, он в 9:45. Синьора? Синьора! Что с вами? Синьора, что с вами? Синьора? Синьора! Синьора? Синьора! — Синьора? — Пустяки. — Как вы? — Пустяки, уже лучше. Точно? Может воды? Я принесу вам стакан воды! Нет, пустяки. Уже лучше. Вы меня напугали. Наверное из-за того, что вы без обуви. Мне нравится так. Я еще с детства хожу без обуви. Вы точно в порядке? Тебе же надо идти? Тебе надо идти? Тогда иди, иди! — Я могу остаться. — Иди немедленно. Иди! Нет, ты должен идти.

— Ты можешь идти. — Не горит, синьора. — Иди. Ничего мне не надо, можешь идти. — Смотрите, я не спешу. Если хотите. — Иди, иди! — Доброй ночи. (Эмилианский диалект) В вашем городе есть молодежь? Нет молодежи? Сколько мне лет? Сколько? Лет 70. 75 лет и беременная подруга! И я налью любому, кто помочится дальше меня! # Мы в сопротивленье машем # # кровавым флангом # # Воздвигнем баррикады # # Получить свободу # — Подскажите, где у вас. Во дворе. Атос Маньяни. Маньяни. Привет, кролик! Половинка. Заперли тебя, а? Ты тоже знал моего отца? Правда ли то, что он был похож? Эй! Откройте! О, вы здесь! Я вас потерял! Уже волновался. Кто меня запер? Видите ли, сегодня вы слишком много выпили!

Кто запер? О, да мы все друзья! Друзья, конечно! Мы все друзья! Все друзья! Все друзья! Под заходящее солнце красная девица покидала поля, держа в руках букет роз и фиалок, которыми она украсит завтра грудь и голову в честь праздника. Сидя на ступеньках со своими соседями, старая женщина. — Где твой отец? — На кладбище. Его сбила машина в День святого Мартино. — В смысле, твой дед. — Во дворе, моет бутылки. Дай мне пачку американских сигарет. Ничего импортного. Знаешь парня, что сегодня заходил в мою комнату? Да, который меня разбудил. Не знаю никого! Мы все друзья. Я нашел сигареты! Но я курю без фильтра. Что будем делать? — Вот, вот! — Что ты делаешь? Отлично! Ты куришь, а? Пока, спасибо. На велосипеде человека, который заходил к вам, был номер «МН». Ты его знаешь? Нет, но я знаю человека с похожим велосипедом. С номером «МН»? Самец или самка? С номером Мантуа? С номером «Кл. Иди сюда, посмотрим, самец или самка. — Нет, я говорю, что самка. — Самец, гляди. — Нет, самка.

— Самец, как и ты! Вы ждали меня? Каким человеком был мой отец? Глупцом. Большим глупцом. — Уже день. — Уже день и я это докажу. — Сумасшедший! Это город сумасшедших! Сумасшедших и стариков! И сумасшедших стариков! Вчера меня заперли в конюшне. С лошадью. «Но мы все друзья!» Сегодня утром, едва проснувшись и не успев выпить кофе, получил по морде. «Но мы же все друзья!» С момента его смерти, не могу уснуть. Бессонница без видений, без ничего. Сотню раз просыпаюсь, как собака. Убийца из этих мест, я всегда знала. Теперь мы оба знаем. Он напуган. Он хочет, чтобы ты уехал. Я знаю лишь то, что сегодня утром я должен был уехать, но все еще здесь. Мы же среди друзей. Давай начнем с врагов, которые почти все мертвы. Остался только тот, кто больше всех его ненавидел. Его имя Беккачча, крупнейший землевладелец региона. Его врагов, настоящих, было три. И было три настоящих друга. Владелец кинотеатра, учитель, и дегустатор окороков. Тоже все мертвы? Не, все здесь, все трое: Коста, Разори и Гаибацци.

Драйфа. Я раньше не слышал такого имени. Что это? Мой отец был со странностями, поклонник Дрейфуса. Отсюда и Драйфа. А этот Беккачча, где он живет? Через шоссе. Он не живет. Он правит. Не настаивай, иди отсюда. Хозяин никого не хочет видеть. Доброе утро! Покажи-ка мне бумажку, без билета ты букашка. Покажи-ка мне бумажку, без билета ты букашка. Эй! Это Гаибацци! Гаибацци! Друг твоего отца. Ты меня не узнаешь? Гаибацци! Иди сюда. Я — друг твоего отца. Цепляйся, съездим поедим. Давай есть! Это палата. Здесь 37–38 кулателло. Эти крестьяне такие скучные! Никогда не порадуют, не. — Один, к примеру. — Это прошутто? Какие прошутто? Это кулателло! Выдержка из прошутто. Круглая часть, понимаешь? Название говорит за себя. Как видишь. Отлично. Понюхай. Мы были антифашисты, и даже не знали, что это значит. Программы у нас не было. Да и не могло быть, ведь. Увидишь двух других. Один. У одного заведение, другой учитель начальной школы. Среди нас нет особо умных. — Вот! Чувствуешь сомме?

Нюхал когда-то.

К примеру, открыл ящик и унюхал мышиное гнездо? Запах плесени, опилок, нарубленных мышью? Не знаю, эти ли принадлежат Негри. Но они всегда лучше остальных. Потому как. Видишь ли, Негри такой человек, что даст гусям воды и в дождливый день. Скупой как черт, но. Понюхай. Если суп останется, пойдет свиньям. Жене не даст, чтобы оставить свиньям. Такой вот человек. На чем основывался наш антифашизм? Нас увлекали заговоры. «Эрнани». Или «Заговорщики», или, я не знаю. тех двух, Самуэля и Тома, из «Бала-маскарада». Мы представляли себя персонажами, так? Но ничего не понимали! Твой отец понимал. Он был иным. Твой отец был совсем иным. Твой отец знал, что он. Он завораживал! Мы слушали, как он говорил. Образованный, подготовленный. Всегда при бумагах. Я помню одну ночь. Он играл в карты в кафе. Они пришли и забрали его. Вытащили, избили. Ты невероятно похож на него!

Будто его увидел! Вылитый. Не только был умным, но и платил за человека.

Но из нас никто не платил за человека. Понимаешь? Естественно, они были в курсе, что мы не играли большой роли! — А теперь отведаем внутренности. Внутренностей до отвала! — Каких внутренностей? — Потрохов! Видишь ли, потроха такая штука. Такая штука, что, если они хорошо приготовлены, то вкусные. Если приготовлены плохо, их нужно бросить в лицо повару. Он всегда был с нами, потому что, хотя мы три зверя, позже ты увидишь двух других, мы лишь были теми, кто пытался. понять этого выдающегося человека. Неплохо! А? Неплохо! И вино тоже. С привкусом дерева. Маленький недостаток. Видишь, вино, как человек. Может быть с недостатками, но все равно радовать. Разумеется, маленький недостаток, маленький может идти на пользу. Вот еще, на фестивале, музыканты приглашали. Красота! На колокольне или на дереве, наверху, как птицы, понимаешь? Кларнет или корнет, повторяет, предвещает музыкальные мотивы бала, часто польки, вальсов. Твой отец всегда приходил. Однажды мы вместе пошли на танцы. Он одел куртку с поясом, песочного цвета, на английский манер. И красный платок. Дуй в кларнет. Начнем. Давай. Муссолини приезжает на открытие театра. Муссолини приезжает на открытие театра. — Слышал? «Да здравствует Дуче!» — Он возвращается? — Да, да! Ура! Ура! Ваш отец! Что ты делаешь? Ешь! Да, но это. — Это слишком много, а я уже поел. — Много? Да ладно, что ты такое говоришь? Так, ты должен съесть! Или я оскорблюсь! Я уже поел. Должен есть. Должен! И пить. Пей. Давай, ешь! Я их запер. Обязан их запирать, когда кто-то приходит. Он был выдающейся личностью. Его смерть не могла, но соответствовала его жизни. Исключительная смерть после исключительной жизни. Рад? Ты с ума сошел? Дуче вынужден приехать даже в этот городишко! Посмотрим, кто здесь будет! Я снимаюсь! Воздуха мне! Это ты тупой не понимаешь, что это фашисты Кремоны вынудили его приехать. Чтобы впечатлить нас! Значит, они нас боятся! Неужели никогда не поймешь диалектику этих вещей? В городе полно шпионов. На общем празднике они объявили о приезде Муссолини на открытие театра. Коста и я услышали эту новость в Кампо делле Пьястре. Мы должны его убить! Надо убедиться, что мы будем в безопасности. Живыми мы принесем больше пользы, чем мертвыми. Надо сделать так, будто убийца приехал извне. Придет день и мы скажем правду. Хочу застать тот день. Клянусь, застану. Помни. Фашизм не исчезнет. Теперь люди пропитаны фашизмом. Поэтому мы обязаны убить его. Ты точно поел? Не скромничай со мной! Нет, конечно уверен. Да, мы все загорелись идеей прикончить его.

Мы встречались в лачуге, вообще-то старом грузовике, брошенном на насыпной тропинке. Почему ты так на меня смотришь? Мы были там. Атос, Гаибацци, Разори и я. Вокруг нас сверчки. цикады. и комары составили нам компанию. По мне, ружье. не подойдет. Разумеется! Против такой охраны! Представь себе!

Самоубийство! Допустим, кто-то проберется. Допустим, выстрелит. Дальше что? Его в момент убьют! С балкона или будки его моментально найдут. И потом найдется несколько тараканов в штатском, увидите! Я весь день думал. Вот способ. — Тогда расскажи! — На сцене. Его застрелит Риголетто! Что предстоит сделать? На сцене не будет охраны. Ружье. Мы спрячем его среди костюмов певцов. Затем один из нас устроится на работу в качестве массовки и. — Что? Массовки? — Да, массовки. Массовки. За сценой, в театре. Театр! Как красиво. Ночью, в темноте! С красной лампой, с декорациями на сцене. Они смотрят на читающих и поющих актеров. И потом там полно дыр, углов, за занавесом. Никто не увидит! А выстрел? Выстрел? Как выстрел? Ты же эксперт. Мы выстрелим во время «Проклятья». — «Проклятье»? Прости, я. В конце акта, когда Риголетто поет: «О! Проклятье!» Я не совсем понимаю. Когда Риголетто поет в конце акта: «О! Проклятье!» И Дуче мертв. Почему ты так на меня смотришь? Там было так темно, что мы едва видели друг друга. Среди нас нет стрелка настолько хорошего, чтобы наверняка убить его с одного выстрела. — В смысле математики. — Мораль? Мораль. Медленный фитиль. Детонатор. Палка динамита. Полночь. Аплодисменты. Зажечь фитиль. А дальше? А дальше Дуче не приехал в Тару! Почему? Потому. Потому что фашисты нашли бомбу в лачуге и известили карабинеров. Лишь чудо спасло нас! Нас допрашивали несколько часов, но вынуждены были отпустить из-за нехватки улик.

И так все превратилось в ничто! И Атос Маньяни погиб вместо Муссолини. В смысле? Допустим, его убили в вендетте. Политической вендетте. Допустим, его убили фашисты из Тары. Нет, исключено. Они все трусы. Они использовали кого-то со стороны. Ладно, допустим, они наняли убийцу, которого не нашли тогда и не найдут сейчас. Тем не менее. остается интересное совпадение. Какое совпадение? Мой отец убит в театре во время «Риголетто». Тем же путем, что планировалось убить Дуче. Никто не знал, как убьют Муссолини. Никто, кроме вас троих. Ну, четверых. Если пойдет дождь, экран испортится. Помоги поднять? Идем. Там веревка. Осторожно, он стоил мне целое состояние! Одно ясно. Кто бы тогда ни выстрелил, в театре, под эту музыку, он сделал из Атоса Маньяни героя. И все таки ты как-то подозрительно на меня смотришь. Милан вон там? Вон туда, по театру. Милан должен быть за Мантуа. Я там служил. — Это тот театр? — Там убили Атоса Маньяни. Я как раз к вам. Я иногда бываю в городе, кое-что купить. Я понесу. Ударила жара. Настоящая, с долины По. Дай мне руку. Выяснил что-то важное? Те трое меня ждали. Конечно ждали! — Они бы оскорбились, если бы ты не зашел. — Нет, нет. Они заранее встретились и все обговорили. Обговорили что? Что мне рассказать. — Ты уверен? — Да, уверен. Конечно они подготовились. Хотя я уверен, что они рассказали правду. Они говорили о плане? Но если это правда, зачем ее обговаривать? Что собираешься делать? В этом городе решаешься на что-то и узнаешь, что твой шаг уже предугадали. — Что сделаю? Ничего. Подожду. — Они тебе доверяют. Значит они все тебе рассказали. Лишь немногие знают. — О чем думаешь? — Ни о чем. Конечно о чем-то думаешь. Каким он был, если познакомиться поближе? — Держи плотнее. — Вот так? Да, и выше. — Крути эту штуку! — Я кручу. — Быстрее, быстрее! — Ты должен помогать. Двигай руками! Растягивай, растягивай! Плохое растяжение, ты в курсе? Поворачивайся! — Погоди. — Заверни вот так. — Так хорошо? — Затяни. — Так. — Вот так. — Давай я повернусь, будет полегче. Поворачивайся, поворачивайся! Быстрее, быстрее! Поворачивайся, поворачивайся! Хватит, я не вижу. Погоди, надо завязать. Голова кружится? Голова кружится? Кто лучше: я или твоя жена? Сфотографируй, потому что ты видишь меня в последний раз. Я больше не вынесу. Я хочу нормально отпраздновать Новый год. Не в 11 часов, так как в полночь ты должен быть у жены. Я хочу засыпать с тобой, просыпаться с тобой. Я хочу скучать с тобой, есть с тобой. Я чувствую себя калекой. Я больше так не вынесу. Я чувствую себя калекой. Как если бы. Как если бы потеряла руку. Атос, ты — трус. Ты жестока ко мне, Драйфа. Все изменится, вот увидишь. Все изменится. Вы устали, присядьте. Наверное это был страх. Или то, что он был у меня за спиной, и я не видела его лица. Но я поняла, что это все. На самом деле. Это последний раз. Последний раз я видела его живым. Помоги встать. Вы хотели меня напугать. Синьора. Синьора? Синьора. Синьора? Синьора? На террасу! Там кушетка. Сиди там, я занята. Ты что делаешь, следишь? Синьора сказала выпить все. — Это что будет? — Горлица! — Горлица? — Звучит, как поезд. — Да, отстань! Разве не звучит, как поезд? Готов? Готов, готов! Готов! Видишь, из-за тебя делаю неправильно. # Если не знаешь его, посмотри на его лицо. # # Увидишь Адженоре Беккачча, гранаты и ласку ножом. # Да вы посмотрите на него! Невозмутимый! Окаменел. Как фашистский памятник.

Но и ты развалишься, поверь. А с людьми он все еще жёсток! Наверное теперь уже поменьше. Т-с-с. Враг слушает! И враг. Да, да. Правда! — Он был мужественным, был. — Нет, нет! Его звали Бык. Он заставил звать себя Бык. Я бы с удовольствием посмотрел! По мне, от быка у него одни рога. Зачем Драйфа заставила нас сидеть с ним?

Глянь, даже не шевельнется. Глядит на нас, как глядел тогда.

Спроси, помнит ли он своего издольщика Донино. Который при выключенном свете наложил в аллее.

Приехали карабинеры: «Что ты наделал?» Домино ответил таким голосом: «Что я наделал — мой подарок для Дуче и для Партии!» Помнишь, а? Нет, ничего не помнит. — Ему не нравится. — Еще как не нравится. Нет, он вообще ничего не помнит. — Я устал смотреть на его лицо. — А я и не смотрю. — Выпей! — Выпьем за это! Выпьем за это! Ура чему? Когда перед тобой такие люди. Ура нам! — Он пить не будет. Хочешь? — И сказать не может. Не выпьешь с нами? Хватит, а то я заплачу. И он заплачет. Тогда выпьем еще по одной. — Что за голос! — Ты учился? — Великолепно! Я учился с Манцуоло. — С кем? — Манцуоло. — Что это. Как бычок, молодой бык. Лев. Но ты — лев? Ты ж его не ел. Помните? Убежавшего льва? Тот цирк. Да, немецкий цирк. Молодой лев, красавец. Его звали. — Султан! Тогда его поймали. Наверное на радостях бедняга умер от лихорадки. Смотри, Беккачча, лучше тебе признаться, что ты убил Атоса Маньяни. И ты признаешься сегодня, понял? А теперь иди прочь! Атос! — Спасибо. «В башне тишина окрепла. Тополя Рио Сальто шептали. Нормандские кони стояли в конюшнях и хрустели овсом. Там стояла кобыла Дикая, рожденная среди сосен морского берега, чьи ноздри еще сохраняли влагу.» — Продолжай. «И в ее чутких ушах крики. Подле локоть на яслях, моя мать сказала ей нежно: О маленькая кобыла, дикая кобыла Ты несла его, кто не вернулся.» Чуть не забыл! Синьор Беккачча приходил. Он ждет тебя. В театре. Хочет поговорить. Сказал торопиться, пока народ не вернулся с кладбища. А что все делают на кладбище? Говорят, там святотатство. Хорошо быть живым прямо там, где он умер. Пока он был жив, я терпеть не мог твоего отца. Даже на фото. И сейчас я не в восторге от тебя. Они уже говорят, что это я добрался до могилы твоего отца. Я оставляю мертвых в покое. Ты боишься, что я узнаю правду о смерти отца? Я здесь живу тихо и не хочу, чтобы обо мне говорили. В последний раз мои друзья шутили. В следующий раз они будут серьезнее, если ты сейчас же не покинешь Тару. Но я хочу кое-что сказать. К сожалению, твоего отца убили не мы. Мы не получили подобной сатисфакции. К сожалению. Давай, садись. Ужасные дела на кладбище. Теперь ты понимаешь, что за люди здесь живут.

Честно говоря. Ты же хочешь знать правду? — Позвольте выйти, мне нехорошо. — Правда. Правда. Твой отец любил говорить, что правда ничего не значит. Послушайте, остановитесь. Меня тошнит. Важны последствия правды. Правда ничтожна. Куда мы едем? Остановитесь. Мы хотим поговорить с тобой, втроем, спокойно. У Драйфы тоже спокойно. Драйфа. В ночь смерти Атоса Драйфы в Таре не было. — Остановитесь. — Где она была. — Меня тошнит. никто не знает. Меня тошнит! Остановитесь! Остановитесь! Где синьора? Она спит. Я разбужу ее через полчаса, если вы подождете. Синьора не может спать по ночам. Только утром. — Играешься? — Крашу ногти. — Это я вижу. Что ты за мальчик? Что случилось, кто пришел? Синьора, это он! Он здесь! Он здесь! Ладно, поняла, он здесь. Сделай кофе и миндальный торт. Синьора, он поднимается по лестнице. Поднимается наверх. Я слышу! Хорошо, он поднимается. Прошу прощения. Я уезжаю. Не мог подождать внизу. Меня тошнит от Разори, Гаибацци, Косты и всей Тары. Вы все лжете. Постоянно! Вас, к примеру, не было в городе в ночь убийства. Я была в Мантуа. Он меня послал. И той ночью его убили. Здесь! Счастлив теперь? Этим утром они отвезли меня в По. Коста, Разори и Гаибацци. Они меня напугали. Я убежал. А ведь знаете, вы были правы. Доносчик был не из фашистов. Шпионом был кто-то из них. Все трое. Мой отец раскрыл их, и они из страха убили его. Так или иначе, история меня больше не интересует. И вы тоже. — Я здесь закончил. — Нет, ты пока не можешь уехать. Мой поезд в девять. Наша месть будет более жестокой, более беспощадной. Месть из взглядов, полуслов. Мы окружим их пустотой. Они познают ад на земле. Синьора, послушайте. Вам придется забыть. Ты ничего не понял. Ты ничего не понял. Теперь ты не можешь уехать. Не можешь. Идем, идем. Мне нужен помощник. Одна я не справлюсь. Следить за моим имуществом, тратить все эти деньги. Я уже рассчитала. У меня есть племянница, очень молодая, 19 лет. Красивая девушка. Ей нужна работа. Она может остаться с нами. Атос, мы будем счастливы. Отдайте ключ, синьора. Ты вернулся и ты не можешь уйти. — Пока, Атос! Это была заезжая цыганка, из Неаполя, или где-то там. Она сказала, в мраке, и в мраке он погиб. В мраке театра застрелили его. Мотоциклист, одетый в черное. Атос взял письмо и положил в карман. Его нашли закрытым. Там говорилось: «Если зайдешь в театр, погибнешь». Ты это сделал! Или ты, или ты. Он даже не повернулся, ему выстрелили в спину. Он не повернулся, потому что знал человека, увиденного в зеркале. Одного из вас! Правда. Мы убили его. Но вся постановка, цыганка, мотоциклист, письмо? Он бы разобрался, подозревал. Почему он дал себя убить? Все обман. Он договорился с вами! Да. Мы договорились. Он сам хотел, чтобы его убили. Потому что он предатель. Почему ты это сделал? Ты проговорился фашистам? Нет. Карабинерам. — Ты ходил на вокзал? Тогда где вы встретились? Мы не встречались. Я сделал анонимный звонок. Почему ты стал шпионом? Шпион! Шпион! Шпион! Шпион! Говори! Говори нам, что сказал им. Я сказал им. за насыпной дорогой есть лачуга. Посмотрите вокруг, поищите, найдете бомбу.

Я просил дать мне высокую должность. Хотел увидеть Тару свысока. Сегодня ноги ватные. Слушайте. Ради Тары, ради всего региона. Мое имя связано с восстанием, смелостью. Если они узнают о моем предательстве, вся наша работа пойдет насмарку, понимаете? Не вы убьете меня. Предатель вредит даже будучи мертвым. Куда полезнее. Точно, герой! Которого народ может любить. Меня убьет фашист. Мы дадим представление трагической смерти, которая врастет в сознание народа, так, что они продолжат ненавидеть все больше и больше!.. Это будет легендарная смерть героя! Великое театральное представление! Мы отрепетируем. Отрепетируем как в театре. Сотни исполнителей. Вся Тара будет участвовать, сама того не зная. Вся Тара станет великим театром. Времени было немного. Шоу, которое мы подготовили, подробности, слова, которые он произнес стали легендой. И до сих пор в ходу. Местами пришлось импровизировать. Атос впитывал. впитывал из книг, что читал. Например, историю с цыганкой. Он подчерпнул ее из «Макбета». Идея с письмом из «Юлия Цезаря». Предупреждение о смерти, мотоциклист в черном. Он был моим родственником из Кремоны. Он все распланировал. Потом пришел ты и раскрыл правду.

Это значит, что механизм не совершенен. Это не совершенно. Хотя что? После стольких лет кто-то раскрыл правду и хочет ее прокричать, как письма на стенах. Но этот кто-то принужден сохранить секрет, что он раскрыл. Потому как он понимает, что является частью плана Атоса Маньяни. И здесь Атос Маньяни ошибся. Но который из них — план Атоса Маньяни? Мэр сказал, что я должен присутствовать. Я пришел. Я здесь. Лучше бы меня здесь не было. Мы должны открыть памятник моему отцу, поговорить о нем, о его смерти. Я его сын, единственный сын. Точная копия. Кто такой Атос Маньяни? Предатель или герой? Лучше бы меня звали не Атос Маньяни. Это имя со смыслом, оно созвучно восстанию, храбрости и. Каков настоящий план Атоса Маньяни? «Покажи-ка мне бумажку, без билета ты букашка». Билет. У меня же. нет его! Убийство. Покушение было обречено на провал изначально. Коста, Разори, Гаибацци — друзья моего отца. Его верные товарищи. Они помогали ему в борьбе и были поблизости до конца. Предатель. Атос, ты — трус. Ты жестока ко мне, Драйфа. Какова причина его предательства? Не вы убьете меня. Предатель вредит даже будучи мертвым. Куда полезнее. Точно, герой! Которого народ может любить. Меня убьет фашист. Трусливо. Мы дадим представление трагической смерти, которая врастет в сознание народа, так, что они продолжат ненавидеть все больше и больше!.. Говорят, один человек соткан из всех людей. Он значим, как все они, и все значимы, как он. Я забыл на вокзале чемодан! Поезд на Парму опаздывает на 20 минут. Поезд на Парму опаздывает на 35 минут. У вас есть сегодняшние газеты? Их не подвезли. Иногда они забывают, что мы существуем. Перевод Антона Тарасенко. 2011.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Он не унаследует аптеку.

Сегодня я гость, которого пригласили в мою семью. >>>