Христианство в Армении

Я сделаю всё для того, чтобы вас повесили!

Конец фильма Эиджи ОКАДА "ХИРОСИМА, ЛЮБОВЬ МОЯ" Режиссер Ален РЕНЕ Ты не видела в Хиросиме ничего. Ничего. Я видела все. Все! И госпиталь я тоже видела. Я уверена. В Хиросиме существует госпиталь. Как я могла не посмотреть его? Ты не видела госпиталя в Хиросиме. Ты не видела в Хиросиме ничего. Четыре раза в музее. Какой музей в Хиросиме? Четыре раза в музее в Хиросиме. Я видела, как вокруг ходят люди. Люди ходят вокруг, погруженные в свои мысли, среди фотографий. Воссоздание, потому что больше ничего нет. Фотографии, фотографии, воссоздание, потому что больше ничего нет. Объяснения, потому что больше ничего нет. Четыре раза в музее в Хиросиме. Я смотрела на людей. Я смотрела сама, погруженная в мысли, на металл, выжженный металл. Покореженный металл. Металл, ставший уязвимым, как плоть. Я видела спекшиеся вместе крышки от бутылок. Кто бы мог подумать? Человеческая плоть, плавающая, пережившая это; ее страдания еще свежи. Камни, камни, покрытые волдырями, расколовшиеся камни. Неизвестные волосы, которые женщины Хиросимы, проснувшись утром, обнаружили выпавшими. Я не была на площади Мира. 10,000 градусов на площади Мира. Я знаю. На площади Мира температура Солнца. Как это можно не знать? Трава. она проста. Ты не видела в Хиросиме ничего. Ничего. Воссоздание было произведено как можно более точно. Фильмы были сделаны как можно более сильными. Одним словом, иллюзия настолько полная, что туристы плачут. Всегда можно не обратить внимания, но что еще может сделать турист, как не заплакать? Я всегда плакала над судьбой Хиросимы. Всегда. Нет. Над чем ты там могла плакать? Я видела новости. На второй день, рассказывают, я не выдумываю со второго дня определенные виды животных выползли из глубин земли и пепла. Собак сняли на пленку. Навсегда. Я видела их. Я видела новости. Я видела их. О первом дне, о втором дне, о третьем дне. Ты не видела ничего. Ничего. И о пятнадцатом дне тоже! Хиросима была покрыта цветами.

Повсюду были васильки и гладиолусы, вьюнок и лилии, которые возродились из пепла с необычной жизнестойкостью, которой в цветах до тех пор не знали. Я ничего этого не придумываю. Ты все это придумала. Ничего. Так же, как в любви существуют иллюзии, иллюзии, которые невозможно забыть, так и я находилась под впечатлением иллюзии, что никогда не забуду Хиросиму. Так же, как и в любви. Я видела и тех, кто избежал этого, и тех, кто был в чреве женщин Хиросимы.

Я видела терпение, простодушие, явную покорность, с которой временно выжившие в Хиросиме принимали свою судьбу, настолько несправедливую, что воображение, обычно столь богатое, останавливалось перед этим. Послушай, я знаю. Я знаю все. Это продолжалось. Ничего. Ты не знаешь ничего. Женщины рискуют дать жизнь недоразвитым детям, монстрам, но это продолжается. Мужчины рискуют стать бесплодными, но это продолжается. Дождь вызывает страх; дождь из пепла на водах Тихого океана. Тихий океан убивает, и рыбаки, ловящие в нем рыбу, умирают. Еда вызывает страх. Еду для целого города выбрасывают. Еду для целого города хоронят. Целый город поднимается в гневе. Целые города поднимаются в гневе. Против кого направлен гнев целых городов? Гнев целых городов, хотят они этого или нет, направлен против принципа неравенства, выдвигаемого одними людьми перед другими. Против принципа неравенства, выдвигаемого одними расами перед другими. Против принципа неравенства, выдвигаемого одними классами перед другими. Послушай меня. Как и ты, я умею забывать. Нет, ты не умеешь забывать. Как и ты, я наделена памятью. Я умею забывать. Нет, ты не наделена памятью. Как и ты, я тоже всеми силами старалась не забыть. Как и ты, я забыла. Как и ты, я хотела иметь память, которая не приносит утешения, память из теней, из камня. Со своей стороны, я боролась всеми своими силами, каждый день, против ужаса не понимать более, зачем нужно помнить. Как и ты, я забыла. Зачем отрицать очевидную необходимость памяти? Послушай. Я знаю еще кое-что. Это начнется снова. 200,000 мертвых, 80,000 раненых за девять секунд. Это официальные цифры. Это начнется снова. Будет 10,000 градусов на земле. Скажут десять тысяч Солнц. Будет гореть асфальт. Воцарится глубокий хаос. Целые города поднимутся над землей и упадут вниз пеплом. Новая растительность появляется из песка. Четверо студентов вместе ожидают братскую и сказочную смерть. Вода в семи рукавах устья реки Ота спадает и прибывает в обычные часы, точно в привычные часы; свежие воды полны рыбы, серой или голубой, в зависимости от времени дня и сезона. Люди вдоль грязных берегов больше не смотрят, как медленно поднимается прилив в семи рукавах устья реки Ота. Я встречаю тебя. Я помню тебя. Кто ты? Ты убиваешь меня. Ты делаешь мне хорошо. Откуда я могла знать, что этот город как специально создан для любви? Откуда я могла знать, что ты как специально создан для моего тела? Ты нравишься мне. Как неправдоподобно. Ты нравишься мне. Как медленно. Внезапно. Как приятно. Тебе не понять. Ты убиваешь меня. Ты делаешь мне хорошо. Ты убиваешь меня. Ты делаешь мне хорошо.

У меня есть время. Прошу тебя, поглоти меня. Деформируй меня до уродливости. Почему не ты? Почему не ты в этом городе и этой ночью, таких похожих на другие города и другие ночи? Прошу тебя. У тебя такая красивая кожа. Да, я. Ты удивлена? Ты совсем японец или не совсем японец? Совсем. Я японец. У тебя ведь зеленые глаза? Думаю, что да. Думаю, зеленые. Ты как тысяча женщин вместе. Это потому, что ты меня не знаешь. Возможно, это не единственная причина. Я не против быть для тебя как тысяча женщин вместе. Четыре часа. Я не знаю, кто это. Каждый день он проходит в четыре часа и кашляет. Ты был здесь, в Хиросиме? Конечно, нет. Ох, правда. Глупый вопрос. Моя семья была в Хиросиме. Я был на войне. Повезло, да? И мне тоже повезло. Зачем ты в Хиросиме? Я снимаюсь в фильме. А где ты была до того, как приехать в Хиросиму? В Париже. А до Парижа? До Парижа я была в Невере. Это в Ньевре. Ты не знаешь. А почему ты хотела все увидеть в Хиросиме? Мне было интересно. У меня есть свои мысли. Например, умению смотреть, наблюдать нужно учиться. Хочешь кофе? Что тебе снилось? Я не помню. А что? Я смотрела на твои руки. Они двигаются, когда ты спишь. Это когда спишь. Может быть, неосознанно. Ты очень красивая женщина. Ты это знаешь? Ты так считаешь? Я так считаю. Немного потрепанная, нет? Немного уродливая. Ты ничего не имеешь против? Я это заметил вчера вечером в кафе. То, как ты уродлива. и еще. И еще? И еще как тебе было скучно. Расскажи еще что-нибудь. Тебе было скучно таким образом, который заставляет мужчину захотеть познакомиться с женщиной. Ты хорошо говоришь по-французски. Разве не так? Я рад, что ты наконец заметила, что я хорошо говорю по-французски. А я не заметил, что ты не говоришь по-японски. Ты никогда не замечала, что люди каким-то образом замечают то, чего они хотят? Я заметила тебя. Вот и все. Познакомиться в Хиросиме. Такое не каждый день бывает. Что для тебя значила Хиросима во Франции? Конец войны. Я хочу сказать полный. Изумление, что они осмелились использовать ее. А также изумление, что им это удалось. И еще начало неизвестного страха за нас. И еще безразличие. А также боязнь безразличия. Где ты была тогда? Я только что уехала из Невера. Я была в Париже, на улице. Красивое французское слово: Невер. Такое же слово, как и другие. Как и город. Ты со многими японцами познакомилась в Хиросиме? С несколькими познакомилась. Но не с такими, как ты. Я первый японец в твоей жизни? Хиросима. Весь мир радовался, и ты радовалась со всем миром. В Париже это был прекрасный летний день? Так? Я слышал, что так было. Разве нет? Да, день был хороший. Сколько тебе было? Двадцать лет. А тебе? Двадцать два. Тот же возраст на самом деле. В общем, да. Кем ты работаешь? Я архитектор. занимаюсь политикой. Это поэтому ты так хорошо говоришь по-французски? Поэтому. Чтобы читать о Французской Революции. А в каком фильме ты снимаешься? Это фильм о мире. Что еще можно снимать в Хиросиме, если не фильм о мире. Я хотел бы тебя увидеть снова. В это же время завтра я буду на пути во Францию. Правда? Ты мне не говорила. Это правда. Не было смысла тебе говорить. Поэтому ты позволила прийти к тебе в номер вчера вечером. Потому что это был твой последний день в Хиросиме. Нет. Вовсе нет. Я об этом и не думала. Когда ты говоришь, я гадаю, лжешь ты или говоришь правду. Я лгу, и я говорю правду. Но у меня нет причины лгать тебе. Скажи мне, такие вещи с тобой часто случаются? Не то чтобы часто. Но случаются. Мне нравятся парни. У меня сомнительная нравственность. Что ты называешь сомнительной нравственностью? Сомневаться в нравственности других людей. Я хотел бы снова тебя увидеть. Даже если твой самолет улетает завтра утром. Даже если у тебя сомнительная нравственность. Почему? Потому что. Ты больше не хочешь со мной говорить? Я хотел бы снова тебя увидеть. Куда ты едешь во Франции? В Невер? Нет, в Париж. В Невер я больше не поеду никогда. Никогда? Никогда. Я никогда в жизни не была такой молодой, как в Невере. Молодая в Невере. Молодая в Невере. И к тому же. сумасшедшая в Невере. Видишь ли, Невер это тот город, это то, что мне снится чаще всего. И в то же время это то, о чем я думаю меньше всего. Что это было за сумасшествие в Невере? Сумасшествие оно как и разум. Его нельзя объяснить. Так же, как и разум. Оно накатывает на тебя, поглощает, и тогда ты понимаешь. Но когда оно проходит, ты ничего не понимаешь. Ты злилась? Это и было мое сумасшествие. Я сходила с ума от злости. Мне казалось, что я могла бы сделать настоящую карьеру на злости. Я ни о чем не думала, кроме злости. Понимаешь? Правда. Думаю, ты тоже должен это понимать. С тобой это случалось еще? Все кончено. Во время войны? Сразу после. Это была одна из трудностей жизни во Франции после войны? Да. Можно сказать и так. Когда это твое безумие прошло? Мало-помалу оно прошло. И потом когда у меня появились дети, конечно. Что ты сказала? Я говорю, мало-помалу оно прошло. И потом когда у меня появились дети, конечно. Я бы хотел бывать с тобой. Несколько дней, время от времени, когда-нибудь. Увидеть тебя опять сегодня не было бы на самом деле "увидеть тебя снова". Так мало не в счет. Я действительно хотел бы. Это потому что ты знаешь, что я завтра уезжаю. Возможно, и поэтому тоже. Но это такая же причина, как и другие, разве нет? Мысль, что я тебя больше не увижу, никогда. Через несколько часов. Тебя нетрудно найти в Хиросиме. Это французский фильм? Нет, международный. Его уже закончили снимать? Для меня да, закончили. Остались массовые сцены. Очень много рекламы мыла. Может, подчеркивая. Да, может быть. Здесь, в Хиросиме, мы не смеемся над фильмами о мире. Ты устала? Как и ты. Я думал о Невере во Франции. Я думал о тебе. Твой самолет все еще завтра? Все еще завтра. Без вариантов завтра? Да. Фильм опаздывает по графику. Я должна была быть в Париже месяц назад. Ты даешь мне огромное желание любить. Случайная любовь.

Нет. Это не всегда так сильно, ты знаешь это. Говорят, что к вечеру начнется шторм. ЕСЛИ ОДНА АТОМНАЯ БОМБА РАВНА 20,000 ОБЫЧНЫХ БОМБ И ЕСЛИ ВОДОРОДНАЯ БОМБА РАВНА 1,500 АТОМНЫХ БОМБ, ЧЕМУ РАВНЫ 40,000 АТОМНЫХ И ВОДОРОДНЫХ БОМБ, ПРОИЗВЕДЕННЫХ НА СЕГОДНЯ В МИРЕ? ЭТОТ ВЫДАЮЩИЙСЯ РЕЗУЛЬТАТ ДЕЛАЕТ ЧЕСТЬ НАУЧНОМУ ГЕНИЮ ЧЕЛОВЕКА, НО, К СОЖАЛЕНИЮ, ПОЛИТИЧЕСКИЙ РАЗУМ ЧЕЛОВЕКА В СОТНИ РАЗ МЕНЕЕ РАЗВИТ, ЧЕМ НАУЧНЫЙ. ПО ЭТОЙ ПРИЧИНЕ МЫ ОТКАЗЫВАЕМСЯ ВОСХИЩАТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ ПРЕКРАТИТЕ ТЕРМОЯДЕРНЫЕ ИСПЫТАНИЯ! НЕТ ЕЩЕ ОДНОЙ ХИРОСИМЕ! Я не хочу думать, что ты завтра уедешь. Я думаю, что люблю тебя. Ты пойдешь со мной, еще раз. Ответь мне. Ты боишься? Ты совсем один в Хиросиме? Где твоя жена? Она в Унзене, в горах. Я один. Когда она возвращается? Через несколько дней. Какая она, твоя жена? Красивая. Я мужчина, который счастлив со своей женой. Я женщина, которая счастлива со своим мужем.

Это было бы слишком просто. Ты не работаешь после обеда? Работаю, много. В основном после обеда. Все это глупо. Ты из-за меня теряешь послеобеденное время? Скажи, что мы можем поделать? Мужчина, которого ты любила во время войны, был французом? Он не был французом. Это было в Невере. Сначала мы встречались в сарае. Затем в развалинах. А затем в номерах. Как и повсюду. Потом он умер. Мне было 18. Почему ты говоришь о нем, а не о других? Почему бы нет? Нет! Почему? Из-за Невера. Я только начинаю узнавать тебя, и из тысяч и тысяч вещей в твоей жизни я выбираю Невер. Только поэтому? Нет, это не случайно. Ты должен мне сказать почему! Каким-то образом я понимаю, что именно там ты была такой молодой, что не принадлежала еще никому, и мне это нравится. Нет, это не то. Каким-то образом я понимаю, что именно там я чуть не потерял тебя и рисковал никогда, никогда не узнать тебя. Каким-то образом я понимаю, что именно там ты начала становиться такой, какая ты есть сегодня. Я хочу уйти отсюда! Нам теперь не остается ничего, как убивать время до твоего отъезда. До твоего самолета еще шестнадцать часов. Это слишком много! Ты не должна бояться. Слово "Невер" во французском еще что-нибудь означает? Другое? Нет. Ничего. Тебе было бы холодно в этом погребе в Невере, если бы мы любили друг друга? Мне было бы холодно. В Невере в погребах холодно и летом, и зимой. Город спускается к реке, которая называется Луара. Я не могу представить себе Невер. В Невере живут 40,000 человек. Построен как столица. Ребенок может обойти его весь. Я родилась в Невере. Я выросла в Невере. Я научилась читать в Невере. И именно там мне исполнилось 20. А Луара? Это совершенно несудоходная река. Всегда пустая.

Из-за переменчивого течения и песчаных отмелей. Во Франции Луара считается очень красивой рекой, прежде всего из-за своего света.

Такого нежного. Если бы ты знал. Когда ты в погребе, я мертв? Ты мертв. Как можно вынести такую боль? Погреб маленький. Очень маленький. У меня над головой звучит "Марсельеза". Она оглушает! В погребе руки становятся бесполезными. Они скребут и царапают стены, пока не начнут кровоточить. Это все, что ты можешь сделать, чтобы помочь себе и чтобы помнить.

Я люблю кровь с тех пор, как попробовала твою. Жизнь кипит над головой. Вместо неба, естественно.

Я смотрю, как мимо проходят люди. В спешке по рабочим дням, медленно по воскресеньям. Они не знают, что я в погребе. Они делают вид, что я умерла. Умерла, вдали от Невера. Мой отец предпочитает так, потому что я обесчещена. Мой отец предпочитает. Ты кричишь? Сначала нет, не кричу. Я нежно зову тебя. Но я мертв. Я все равно зову тебя. Несмотря на то, что ты мертв. Затем, однажды, я неожиданно кричу. Я кричу очень громко, как глухая. Тогда меня и посадили в погреб. Чтобы наказать меня. Что ты кричала? Твое немецкое имя. Только твое имя. У меня не осталось больше воспоминаний, кроме твоего имени. Я обещаю больше не кричать, и они отправляют меня назад в мою комнату. Я не могу больше без тебя. Тебе страшно? Мне страшно всюду. В погребе, в комнате. Чего ты боишься? Больше не увидеть тебя. Никогда. Никогда. Мне исполняется 20 лет. Там, в погребе. Приходит моя мать и говорит, что мне 20 лет. Моя мать плачет. Ты плюешь в лицо своей матери? Выпей. Дальше я ничего не помню. Я ничего не помню. Ты говорила, что в Невере погреба старые и очень сырые? Да, в них полно плесени. Иногда заходит кот и оглядывается. Это не мешает мне. Я ничего не помню. Дальше я ничего не помню. И сколько времени? Вечность. Когда-то я была такой молодой! Ночью моя мать выводит меня в сад. И смотрит на мою голову. Каждую ночь она внимательно смотрит на мою голову. И все еще не решается подойти ко мне. Ночью я могу смотреть на площадь.

И я смотрю. Она огромная. И выгибается посередине. И только с рассветом приходит сон. Когда-нибудь идет дождь? Вдоль стен. Я думаю о тебе, но я об этом больше не говорю. Сумасшедшая! Я схожу с ума от любви к тебе. Мои волосы отрастают. Я чувствую это каждый день наощупь. Мне это все равно. Но, тем не менее, волосы отрастают.

Ты кричишь, когда спускаешься в погреб? Нет, я ничего не чувствую. Они молодые. Они стригут меня, пока не остригают полностью. Они считают своим долгом остричь женщину. Тебе стыдно за них, любимая? Нет. Ты умер. Я слишком занята страданиями. Наступает ночь. Я слышу только звук ножниц над своей головой. Это немного смягчает боль от того, что ты мертв. как. Я не знаю, как это выразить. Как мои ногти. стены. злость. Как мне больно! Как у меня болит сердце! По всему городу поют "Марсельезу". Наступает ночь. Мой мертвый возлюбленный враг Франции.

Кто-то говорит, что ее нужно провести через город. Аптека моего отца закрыта из-за позора. Некоторые смеются. Ночью я возвращаюсь домой. И затем, однажды, любимая, твоя вечность заканчивается.

Спустя много времени. Говорят, что прошло очень много времени. В шесть вечера звонят колокола Сент-Этьенского собора, летом и зимой. Однажды я их слышу отдаленно. Я вспоминаю, что слышала их раньше. Раньше, когда мы любили друг друга, когда мы были очень счастливы. Я начинаю видеть. Я вспоминаю, что уже раньше видела. Раньше, когда мы любили друг друга, когда мы были очень счастливы. Я вспоминаю. Я вижу чернила. Я вижу день. Я вижу свою жизнь, твою смерть. Свою жизнь, которая продолжается, твою смерть, которая продолжается. И что тени уже медленнее добираются до углов комнаты. И что тени уже медленнее добираются до углов погреба. Около половины седьмого. Зима прошла. Это ужасно! Я помню тебя все менее отчетливо. Дай мне выпить. Я начинаю забывать тебя. Я дрожу оттого, что забываю такую любовь. Мы должны были встретиться в полдень на берегу Луары. Я должна была уехать с ним.

Когда я пришла в полдень на берег Луары, он еще не был мертв. Кто-то выстрелил в него из сада. Я провела у его тела весь день. И всю последующую ночь. На следующее утро пришли его забрать и бросили в грузовик. Именно в ту ночь Невер освободили.

Колокола Сент-Этьенской церкви звонили и звонили. Он остывал понемногу подо мной. Как долго он умирал! Я точно не знаю. Я лежала на нем.

Момент его смерти ускользнул от меня, потому что в тот момент и потом да, можно сказать, что и после можно сказать, что я не чувствовала никакого различия между его мертвым телом и моим. Мне казалось, что его тело и мое составляют одно целое. Ты понимаешь? Это была моя первая любовь! Однажды я закричала снова, и они снова посадили меня в погреб. Было тепло.

Я думаю, что именно в тот момент моя ненависть покинула меня. Я больше не кричу. Я образумилась. Они говорят: "Она образумилась". Однажды ночью, в праздник, меня выпустили. Берег Луары, рассвет. Люди идут по мосту, их больше или меньше, в зависимости от времени. Издали они никто. Вскоре после этого моя мать говорит, что я должна ночью уехать в Париж. И дает мне немного денег. Я уезжаю в Париж на велосипеде, ночью. Лето, и ночи хороши. Когда я приезжаю в Париж спустя два дня, Хиросима на первых страницах всех газет. Мои волосы достаточно отросли. Я на улице с другими людьми. Прошло четырнадцать лет. Я даже не помню как следует его руки. Еще немного помню боль. Сегодня вечером? Да, сегодня вечером я вспоминаю. Но когда-нибудь я уже не вспомню. Завтра в это время я буду в тысячах километров от тебя. Твой муж знает эту историю? Значит, я единственный? Я единственный, кто знает! Успокойся. Как хорошо иногда быть с кем-то! Расскажи еще что-нибудь. Расскажи. Через несколько лет, когда я забуду тебя и когда со мной произойдут другие истории, подобные этой, просто по привычке, я буду вспоминать тебя как символ забывчивости любви. Я буду думать об этой истории как об ужасе забывать. Я уже знаю. Ночью жизнь в Хиросиме никогда не замирает? Никогда. Без остановки. Как мне это нравится. Города, где люди никогда не спят. Днем, ночью. Иногда нужно избегать думать о трудностях, которые преподносит жизнь. Иначе можно задохнуться. Отойди от меня. Солнце еще не взошло. Возможно, мы умрем, так никогда снова и не увидев друг друга. Да, возможно. Если только когда-нибудь. война. Ты думаешь, что знаешь, Никогда. В молодости в Невере у нее была немецкая любовь. Мы уедем в Баварию, любимая, и поженимся. Она так и не поехала в Баварию. Пусть те, кто так и не поехал в Баварию, посмеют говорить с ней о любви! Ты еще не был мертв. Я рассказала нашу историю. Я обманула тебя сегодня вечером с незнакомцем. Я рассказала нашу историю. Я была там и рассказывала. Четырнадцать лет как я не испытывала вкуса невозможной любви! С Невера. Смотри, как я забываю тебя.

Смотри, как я забываю тебя. Посмотри на меня. Я останусь в Хиросиме. С ним. Каждую ночь. В Хиросиме. Я останусь здесь. Здесь. Останься в Хиросиме. Естественно, я останусь в Хиросиме. С тобой. Я так несчастна! Я совсем этого не ожидала, понимаешь? Я не могу уйти от тебя. Останься со мной в Хиросиме. Он подойдет ко мне. Он возьмет меня за плечи. Он поцелует меня. Он поцелует меня, и я пропала. Я встречаю тебя. Я вспоминаю тебя. Этот город создан для любви. Твое тело создано для моего. Кто ты? Ты убиваешь меня. Я жаждала. Жаждала неверности, измены, лжи и смерти. Я всегда этого жаждала. Я не сомневалась, что однажды встречу тебя. Я ждала тебя с безграничным терпением, в спокойствии. Поглоти меня, деформируй меня, как хочешь. Чтобы после тебя никто никогда не понял причины такого желания. Мы останемся одни. Ночь никогда не закончится. День никогда не засияет ни для кого. Никогда. Больше никогда. Наконец. Ты все еще убиваешь меня. Ты делаешь мне хорошо. Мы с чистой совестью и желанием оплачем ушедший день. Нам больше нечего будет делать, как только оплакивать ушедший день. Пройдет время. Всего лишь время. И придет время. Придет время, когда мы не сможем уже дать название тому, что делает нас слепыми. Его название будет постепенно стираться из нашей памяти, пока не исчезнет совершенно. Может быть, ты можешь остаться. Ты прекрасно знаешь. Это еще более невозможно, чем уехать. Восемь дней. Три дня. Время для чего? Чтобы прожить? Чтобы умереть? Время, чтобы узнать. Такого не существует. Ни времени, чтобы прожить, ни времени, чтобы умереть. Так что мне все равно. Я бы предпочел, чтобы ты умерла в Невере! Но я не умерла в Невере. Невер, который я забыла, сегодня вечером я хотела бы увидеть тебя снова. Я поджигала тебя каждую ночь, месяц за месяцем, поджигала, когда мое тело горело от воспоминаний о нем. Хотя мое тело все еще горит от воспоминаний о тебе, я хотела бы снова увидеть Невер, Прекрасные тополя Ньевра, я предаю вас забвению. Грошовый роман, я предаю тебя забвению. Одна ночь вдали от тебя, и я жду дня, как освобождения. Один день без его глаз, и она умирает, маленькая девочка из Невера, маленькая ветреница из Невера. Один день без его рук, и она познает боль любви. Маленькая глупая девочка, умершая от любви в Невере. Маленькая остриженная девочка из Невера, сегодня вечером я предаю тебя забвению. Грошовый роман. Как и с ним, я начну забывать с твоих глаз. Затем, как и с ним, я забуду твой голос. Затем, как и с ним, забвение поглотит тебя всего, мало-помалу. Ты станешь песней. Кто она? Француженка. А в чем дело? Она скоро уезжает из Японии. Нам жаль расставаться друг с другом. Я не мог не прийти к тебе. Я забуду тебя. Я уже забываю тебя! Смотри, как я забываю тебя! Посмотри на меня! Это твое имя. Да, это мое имя. А твое имя Невер. Невер во Франции. Русские титры ThePooh & Co.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Извини, что нарушаю твои воспоминания.

Ты уверен на 100 процентов? >>>