Христианство в Армении

Естественно, перед тем как ты себя убьешь.

Перевод О.Першиной что ещё случаются в некоторых заброшенных уголках Европы, между лесами на юге Германии и озёрами на севере Италии. И в этот, как раз в этот момент звонит телефон! Голос незнакомый и вежливый, но властный. Там, наверху, Идиоту готовы простить его многочисленные прегрешения, но он должен действовать очень быстро: придумать историю, снять по ней фильм и доставить его копию к концу дня в столицу. Фильм должен выйти в прокат тем же вечером! Машина будет ждать Идиота в гараже в низине долины, а авиабилет в местном аэропорту. На этих условиях, и только на них, (МЕСТО НА ЗЕМЛЕ) Идиот будет прощён. (МЕСТО НА ЗЕМЛЕ) Мы вас ждём, князь! Мы вас ждём, князь! После этого вы поедете в Уимблдон? Ну так что, в Уимблдон, князь? О, Уимблдон былых времен! Да ладно, сейчас он тоже неплох. О, сейчас это. Ладно, давайте, поехали! Поехали! Нет! Ничего не трогайте! Ничего не трогайте! Теперь подходите! Ну нагнитесь же, идиот! Вот так. Выпрямитесь! Идите обратно! Нагнитесь! Вот так, теперь подходите! Давайте, подходите! Хорошо, как вам угодно! Кретин! Вот так! Сволочь! Сволочь! "Вот так". Довольно! Я еду один. Нет, нет, нет! Пожалуйста, нет! НА ЗЕМЛЕ С дороги! НА ЗЕМЛЕ О, что это такое красивое? Как блестит! О! Великолепная вещь! Дорого стоит? Я не знаю, мадам. А внутри что-нибудь есть? Мне нужно октавой ниже. Человек ждёт уже целую вечность. И он себя спрашивает, именно спрашивает, есть ли разница. Смерть это путь к свету. Мы можем посмеиваться, но мы знаем это, когда возвращаемся. ну, не знаю. возвращаемся из чего-то подобного ей. Может быть, из музыки. То, что возникнет родом из далёкого прошлого. Знаешь, у меня не получается переделать ударные! О, чёрт! Он здесь! Индивид. Человек ждёт уже целую вечность.

И он спрашивает себя, да, именно спрашивает, есть ли разница между Идиотом, Индивидом, и им, Человеком. Вы француз? Наоборот! Ну что, вы что-нибудь изобрели? Но ответ чаще всего оказывается расплывчатым, так что всё запуталось. Он решает не делать из этого истории ни смеяться, ни плакать. Лучше позволить вечности оставаться верной себе. оставаться верной себе. НА ЗЕМЛЕ Нет, шёпоты и крики не считаются. И тогда Индивид удаляется. Он выходит. и Человек тоже исходит. Да, он исходит из принципа, что беседа между двумя незнакомцами невозможна. Нет, не жизнь! Не любовь! Я готов признать, что люди могут обмениваться фразами. Скажем, как муж и жена, которые обмениваются ласками или билетами на поезд. Но для меня этот вид общения это бесполезный театр. Занавес никогда не поднимается. А между индивидами, которые видятся впервые, всё ещё хуже! Нет, не смерть! Не политика! Нет, нет! Всё-таки оркестру надо серьёзно поработать. Нет, не свобода. Даже не стиль. Нет, нет, только не это!

Нет, не рабство, не власть! ("Любовные истории.) (.кончаются плохо, как правило".) Нет, не правда. Не театр. Помогите мне. Помогите мне!

"Самый поразительный момент братства, который я знаю и который я изобрел". Это роман? Покажите мне! "В отеле Пейра-Кава ту сцену, где раненым шанхайским революционерам предстоит вскоре быть брошенными в топку паровоза. Катов сохранил свою капсулу с цианидом. В ночной тьме его рука нащупывает руку Суэна, брошенного подле него, и тот её сжимает. И тогда я догадываюсь, что Катов собирается положить цианид в руку, только что сжимавшую его собственную". Как это называется? "Удел человеческий"! Не память. Рейс 5220, спуститесь на 3000 футов. Это очень большое событие! Время ещё не пришло. Деяниям нужно оставить время. Даже если им нужно свершиться, чтобы быть увиденными и услышанными. Ну что вы ещё здесь ищете? Вот ваши билеты! А теперь будьте-ка любезны, а! Я ищу Бога! Мадемуазель. Месье. Кто скажет, участь ждёт меня какая? Любовью к бессердечной деве привлечён сюда я. Но что судьба мне уготовит впредь? Я здесь затем, чтоб жить иль умереть? И что я сделала? Что совершить должна? Что за неведомой тоской душа поглощена? Авиакомпания "Терминус" сообщает всем пассажирам, что рейс 12, 346 на Фонтенбло. Нет, регистрация окончена.

Но здесь написано "ОК", мадемуазель! Я менеджер по полётам! Нет больше "мадемуазель"! Вот как? Менеджер (manager) или домохозяйка (menager)? Регистрация окончена! Значит, напечатанное на машинке имеет большую ценность, чем написанное от руки. Хорошо, я куплю себе машинку. (Никаких проблем, князь!) Никаких проблем. А, спасибо! Давайте, зарегистрируйте его! Служащий авиакомпании "Терминус" снова извиняется. Он говорит Идиоту, что девушка не знала, что тот князь. Она новенькая (nouvelle). Идиот отвечает: "Хорошая новость (nouvelle)!" Потом он делает несколько шагов и задумывается: "Это новелла (nouvelle) или роман?" И почти в тот же момент к Идиоту подходит Средний Француз и спрашивает, знает ли тот, что Гёте сказал перед смертью. Нужно слишком много времени, чтобы написать роман! И оно того не стоит! Нет, стоит! И на это не нужно слишком много времени! "Увы, нет", говорит Идиот. Тогда Средний Француз кричит: "Довольно!" И добавляет: "Вот что сказал Гёте перед смертью". Но почему писатель не может написать хорошую книгу быстро? Вы не видели моего мужа? Почему ему обязательно надо размышлять и беспокоиться? И тогда. и тогда. И расхаживать туда-сюда, и глотать кофе? И тогда. и тогда все услышали, как папа сказал маме. (Человек есть человек,) (но, чтобы создать роман,) (-. нужно быть ангелом. А крылья?) что мы, мы единственные, кто существует вне души. Но, в то же время, мы всегда и внутри души. Так что иногда один из нас становится ангелом. Так лучше по звуку. Это то, что у нас было вчера? Так лучше, да? А покажи сегодняшний вариант, переключи пока. Да, звук получше. Вчерашний вариант лучше. Мне нравится здесь этот "колокольчик". Слушаем или переделываем? Вначале я сбился, потому что регулировал. Мы можем переделать сейчас? Да. Понятно же, что получилось не очень. Погоди. А скажи, это хорошо, если вся тема будет у голоса? Или, может, лучше поискать что-то другое, нет? Хорошо, только не всё время. Ну да, но я ищу. Вот-вот, иногда бывает полезно остановиться, послушать, потом это даст тебе взглянуть немного со стороны, если надо, если ты завязла. У меня то же самое с басом я перестаю делать какие-то вещи, и это позволяет мне не замыливаться от раза к разу. ". тебя бросать, малыш." (А как. как мы вчера начали?) "Я не собираюсь порывать с тобой, ты же знаешь". (Да, нормально, я думаю, это.) "Я не задумала ничего дурного, я не собираюсь сбегать, мне просто надо выйти проветриться, правда!" Шум, который мы слышим. этот микрофон. Я проверю баланс. Неплохо. Ты меня хорошо слышишь, нет? Видимо, зависит от того, как громко я пою.

Если буду петь громко, ты меня лучше услышишь. Ты слышишь, когда я так пою? Я могу придвинуться. Нет, ничего не изменилось. Ты не слышишь? А? Ты плохо себя слышишь? Да, у меня очень глухой звук. Это из-за реверберации.

Я её уберу. Да, так лучше! Звук стал более чётким. Начнём заново? Бас нормальный? Всё, я возвращаюсь! Ну ладно, я пошёл. А я останусь. Поработаю ещё немного. Я имитирую флейту, так нормально? Наверху, чтобы подобрать голос. Как доехать до Парижа? В другую сторону! Месье, как доехать до Парижа? Как доехать до Парижа? Это же Муравей! Как дела, Муравей? Да это же Муравей! Как дела, Муравей? Это Муравей! Муравей! Муравей!

Вы меня не узнаёте? Приветствую, Стрекоза! Месье. Ну, Муравей, что у вас нового? Я работаю! Работаю! Как обычно! А у вас, Стрекоза, по-прежнему всё в порядке? У меня? Замечательно, Муравей, замечательно! Замечательно. Я приехала из Монте-Карло. Это сын авиакомпании TWA и коньяка Хэннеси. Мы должны пожениться в следующий вторник в Нью-Йорке. Но сначала. сначала мне нужно снова заехать в Париж.

Мы живём сейчас в особняке Висконти. Я должна заехать в "Диор" купить платья, а то мне почти нечего надеть. ("Я перепробовала всех мужчин.") Завтра вечером. мы обедаем с бразильским послом. ("но в любом случае я дура.") Он приглашает нас в оперу. На премьеру "Веcтсайдской истории". Там будет Коппола. Меня ему представят. Может быть, ещё придётся заскочить в Лондон. Если у нас будет время, мы пойдем на финал Уимблдона. Дядя моего жениха очень-очень хорошо знаком с английской королевой! Ну так что, как доехать до Парижа? Муравей! Если вам что-нибудь надо в Париже, скажите. Может быть. Раз уж вы будете проездом в Париже, позвоните от меня месье Лафонтену и передайте ему, чтобы катился к чёрту! "Когда захотел, ты меня бросил. Но я осталась привязанной." ("Если вернёшься ко мне,) (. не забудь свои ботиночки!) (Не забудь их туго зашнуровать!") "Привязанная к тебе любовью." Да, я думаю, так лучше, потому что. Поехали! "Если вернёшься ко мне, не забудь свои ботиночки, не забудь их туго зашнуровать." "Если вернёшься ко мне, не забудь свои ботиночки, не забудь их. туго зашнуровать. Как же ты мне нравишься со своими стянутыми лодыжками!" "Любовные истории, любовные истории кончаются плохо. Любовные истории кончаются плохо. Любовные истории кончаются плохо, как правило!" "У ног твоих я буду, у ног твоих растянусь я, тело прильнёт к холодному полу. Сломленная любовью, я обожаю тебя, обожаю!" Оно не поднимается до моего рта и моих губ. Оно воскрешает. ("У ног твоих.) Самое бесхитростное творение вступает в диалог лишь с метаморфозой, (я буду, дрожащая.) которая вовлекает его в свою собственную тайну, (обледенелая.) дальше чем бунт, дальше чем примирение. (. к земле,) (прикованная силой притяжения,) (ниже я не могла опуститься,) (ниже я не могла опуститься!") "ИНСТРУКЦИЯ ПО СОВЕРШЕНИЮ САМОУБИЙСТВА". Быстрее! Поторапливаемся! Быстрее! Быстрее! У нас полно других дел! "Вот так." Знаете, что Гёте сказал перед смертью? Довольно! Бог умер. Бог не воскреснет. И мы его убили. Нет, нет, закончили! В хвост! Не вы, князь! Не вы! Я нашёл банкира. На этот раз мы купим ваш фильм. Очень мило с вашей стороны, Адмирал. Он в багаже. Нет, нет, по прибытии, по прибытии! Хорошо, я отдам вам его по прибытии. После вас, Князь! Адмирал! После вас! Адмирал! Адмирал! Адмирал, я потеряла своего мужа! Кого это волнует, графиня! Время пошло! Начнём заново? Давайте-ка поаккуратнее тут! Мадемуазель, как вы красивы! Чуть позже! 1, 2, 3, 4! "Я нашла, кого мне любить, я нашла его! Я нашла, кого мне любить, я нашла его!" Пора уже и мне на что-нибудь решиться! Я больше не могу пустой надеждой льститься. Проваливай, хулиган! (".того, с кем мне смеяться.") Мелисса, не высовывайся из окна! Устал я умолять, грозить и убеждать. Мне вас утратить смерть, (Вы знаете, что Гёте.) но смерть и дольше ждать. (сказал перед смертью?) "Я нашла, кого мне любить, я нашла его." Считать ли, господин, что нежности былой внимая гласу, вы пришли в приют печальный мой? Иль приписать лишь долга исполненью (Вас не затруднит мне помочь?) ко мне явиться ваше изволенье? (Нет, мадам.) Хорошо, дверь закрыта. Проверка перед запуском двигателя. Авторизация. У вас грустный вид. Всегда немного грустно покидать землю. Это потому, что вы жалеете о чём-то. Или о ком-то. Нет, мадам. Он и впрямь о чём-то жалеет!

Но в то же время он улыбается. Да, мадам. Это улыбка сожаления. Она появляется иногда по вечерам, когда вечер клонится ко сну и сгущает темноту, когда часы едва дышат.

И когда одиночество уже само по себе сродни угрызениям. Да неужели! Можно либо сожалеть, либо улыбаться, но не то и другое вместе! Нет, мадам! Ни один из 2-х моментов ни улыбка, ни сожаление не предшествует другому. Время здесь вертикальное. Чувство здесь обратимо или, точнее, обратимость бытия здесь сентиментализирована: улыбка сожалеет, а сожаление улыбается. Позволите? Сожаление утешает! Я думаю, это так, мадам.

Я насмотрелся на людей, и все они, все до единого, были с разгоряченными, перекошенными лицами, выражающими самые ужасные страсти и искажающимися такою гримасой, что и волки испугались бы.

Как часто задавался я вопросом: что легче измерить глубину океана или глубину человеческого Привет тебе, о древний Океан! Привет тебе, о древний Океан! Скажи, быть может, ты обитель Князя Тьмы? Скажи мне! Скажи мне! Ты должен сказать мне! Потому что мне будет отрадно узнать, что ад так близок! Привет тебе, о древний Океан! Ещё не сейчас! Итак, мне остается воздать тебе хвалу в последний раз, о древний Океан, струящий хрустальные воды. Ты прекраснее самой ночи. Послушай, Океан, хочешь быть моим братом? Гони вперед воинство буйных волн, о страшный Океан, пред которым я простираюсь ниц. Привет тебе, о древний Океан! Вот теперь! Привет тебе, о древний Океан! ". говорю тише. Год от года я говорю тише. Когда я думаю, нет, так не пойдет, когда приходят те, что знали меня, это как будто, я не знаю, мне бы не стоило начинать." Входи. чувство. ".всегда есть это чувство, будто внутри меня будет кто-то убитый". До рождения! ". всё же на земле, привязанная. к тебе любовью, к тебе любовью". Конечно, его необходимо вернуть к жизни! "Вот что так сильно усложняет работу. Но в этом часть беды. И всё-таки я должен продолжать. Я должен отыграть несколько. несчастных миллиметров." (Хватит этого чёртового "я"!) "Вот так он и говорит, говорит самому себе, в этот полдень, здесь, на Земле. Есть только я и голос, остающийся беззвучным, потому что он не обращен ни к кому". Вот так вечерами кто-то шепчет в моей комнате. Это ветер или мои предки? Западные люди, и не только они, верят, что есть комната "Жизнь" и комната "По ту сторону". И что смерть это дверь, ведущая из одной комнаты в другую, не так ли? Но зачем драматизировать эту дверь? Человек рождён для смерти. Он рождён, чтобы предавать ей кого-либо, если пожелает. Входите же, чёрт возьми! Но ни в одной цивилизации, ни в одной, люди не желают выбирать свою смерть. Хотя достаточно и того, что они не выбирают рождения! Иногда. мы задаёмся вопросом, на той ли мы планете. И в этот момент Средний Француз начинает вопить: "Что сделали мы, оторвав эту землю от её солнца? Кто дал нам губку, чтобы стереть горизонт? Не падаем ли мы непрерывно? Не наступает ли всё сильнее и больше ночь"? "То было деянье, и содеянное для него. Ему незачем было открывать глаз, их открыла ему доброта. Ему незачем было дышать, она им дышала. Возник образ, ночь была возвращена сама себе." "Этим вечером." Вы финка? ".ты просто хочешь пойти ко мне, ты просто хочешь в мою постель." Только у финок так горят глаза! "Этим вечером ты думаешь, что мне приятна твоя любовь." Вы голландка? Только у голландок так горят глаза! Вы взывали плачем к этой ночи; она и спустилась. Теперь плачьте в темноте. Во-первых, люди более несчастны, чем мы думаем. И кроме того, в сущности, нет взрослых людей." О возвращение на Родину. О возвращенье того, кому уже незачем быть гостем! О, когда же конец? Где же конец? Когда будет без остатка испита беда? Ладно, значит, это первый дубль. Нет-нет, всё хорошо вроде. Хорошо ведь вроде, а? Ну да, это уже лучше. Что будешь переделывать? Только "Девушку для раскрашивания"? Да-да. Вступление я оставлю, оно отличное. Значит, возьмём из него? Вступление. и всё, что мы сделали позже, я оставлю, а потом. Да, "Девушка для раскрашивания". "Вот так." Я скажу.

Хочешь сделать в начале такое соло? Существует ли последняя ступень растущего безмолвия? Индивиду казалось, что да. Вот так! Вот так! Вот так! Отлично! Но сколько, о, сколько рыданий ради песни гитары! То, что возникнет родом из далёкого прошлого. "Этим вечером." "Этим вечером. ты думаешь, что мне приятна твоя любовь. Этим вечером." Но, во-первых, почему всегда почему? В пустоте самое незначительное творение становится чудом. Он помнит, что прежде, в пустоте, самый бесхитростный акт героизма или любви был не менее таинственным, чем пытка. "И вечером. мы возвратились домой. Помню, как улица пересказывала истории этого бара. И когда мы вошли, две девушки там танцевали.

вокруг музыкального автомата, игравшего. эту тему, чуть поцарапанную, потёртую и стоптанную. Этим вечером. ты просто хочешь пойти ко мне, ты просто хочешь в мою постель". НА ЗЕМЛЕ "Этим вечером. ты думаешь, что мне приятна твоя любовь. Ты просто хочешь пойти ко мне. А мне всё равно. Всё равно. Этим вечером." Но то, что возникнет родом из далёкого прошлого. ". ты просто хочешь в мою постель. Этим вечером. Этим вечером." Оно не поднимается до моего рта и моих губ. Оно воскрешает. Глубокий голос этой битвы со смертью не смолкает даже перед лицом вечности. Мне, пожалуйста, кусок пирога побольше! Мне, пожалуйста, кусок пирога побольше! Мне, пожалуйста, пирог побольше! США, убирайтесь домой! Живей, Симона! Мне, пожалуйста, пирог побольше! О, суп! США, убирайтесь домой! Спасибо! Мне, пожалуйста, пирог побольше! Живей, Симона! У меня ещё полно дел! США, убирайтесь домой! 40-30. Равный счет! Симона, чёрт! США, убирайтесь домой! США, убирайтесь домой! Мне, пожалуйста, пирог ещё побольше! Давай, Симона, чёрт побери! Матч поинт! Вот вам, месье.

Спасибо, Симона, вы так благосклонны!

"Один из красивейших пейзажей Лазурного Берега." Всё остаётся в силе насчёт фильма, князь? Ваше "да" это "да"? Увы, словам часто приходится скрывать факты. ("Вот так.") Вот что сейчас происходит: Идиот разговаривает с Бабушкой.

По-моему, с немного фальшивой торжественностью. он говорит: "Мадам, знаете, не стоит печалиться без повода". (Через 5 дней) Всё зависит от комментария. (. вы увидите справа от себя) И Идиот добавляет: "Один аргентинский писатель заявил, (. Буэнос-Айрес.) что писать книги это безумие. Лучше делать вид, что эти книги уже существуют". Это заблуждение усматривать в мае 68-го происхождение ("Надо лишь предложить.) нынешнего индивидуализма. (. резюме, комментарий".) Он явился итогом провала я имею в виду провал в 68-м. И это был внутренний провал. (Когда мы увидимся снова?) Ну это же всё не оружие! (После каникул.) (Если хотите, я оставлю вам свой номер.) Вы видели рожу Лендла? (Сволочь! Я всё видела!) А рожу бедняги Леконта, когда он выиграл? (Я не делал ничего такого!) "Где Бог? воскликнул он, Я хочу сказать вам это! Мы его убили вы и я! Мы все его убийцы!" Но что такое война, дорогой друг, как не обмен пулями (мячами)? "Как удалось нам выпить море одним глотком? Кто дал нам сил, чтобы стереть горизонт? Что сделали мы, оторвав эту землю от её солнца?" Да что у неё есть такого, чего нет у меня? Волосики под. Виски с водой, пожалуйста! "Есть ли ещё верх и низ?" Может, есть что-нибудь другое? Почему Достоевского не оставляло в покое то, как жестокая тварь истязала невинного ребенка? Но, во-первых, почему всегда почему? Достоевский, "ИДИОТ". А это выражение: "идиотская улыбка" оно из "Идиота"? И было ли оно изобретено ради Идиота или же против него? Если Идиот способен улыбаться, то лишь потому, что хранит надежду. Он помнит, что прежде, в пустоте, самый бесхитростный акт героизма или любви был не менее таинственным, чем пытка. В пустоте. В пустоте самое незначительное творение становится чудом, более скромным, но не менее необычным, не менее зачаровывающим, ибо оно вступает в контакт с метаморфозой и делится с ней своим секретом. Дальше чем бунт. Дальше чем примирение. Извините, дамы и господа, но. я заснул и забыл включить автопилот. И он никогда этого не делал? Ах, если бы только мой муж смотрел на меня так, когда мне было 20! Вы его нашли? Ну так что, вы его нашли?

Поторопитесь-ка немного! Ничтожество. Я люблю тебя, ты знаешь? Да, знаю. Нет, отстань, отстань! Вон, посмотри. Я научу тебя загонять мяч. Хорошо. Повернись ко мне. Так. Вот так, встань перед мячом. Мяч напротив левой ноги. Вот здесь. Легонько. Нет, раздвинь ноги немножко, вот так, здесь.. Ну вот, теперь бей по мячу.

Смотреть нельзя? Нет-нет, не двигай головой. Давай. Нет, не сильно. Да. комментарий. Всё происходит на наших глазах. Всё просто. Комментарии тут излишни. Пошли, теперь снова с этим мячом. Попытаюсь. Давай ещё раз. Выровняй его, давай! Но ничего ещё не явилось.

Ибо над молчащими сияющими голосами сна, чудесным образом распростёрлось еще более глубокое безмолвие. Нет, полегче! Нет, не так. Вот так? Да, но не для таких мячей. Отойди немножко, вот так. Согни колени, раздвинь ноги. Согни колени. Смотри левым глазом на мяч. Помягче. Это двухметровый. Погоди, давай ещё раз. И это безмолвие было чистым ожиданьем, безмолвным. и чудесным в себе самом, ожиданьем, которое, словно вторая, более щедрая форма, легло поверх всё так же недвижно мерцающей лучистой формы нагой судьбы, словно иное, второе освещение света, как будто ожиданье было уже прибытком богатства, ещё большим сияньем, а быть может, даже и второй, еще большей бесконечностью, которой снова воссияло божественное, вовеки веков упраздняя беду. То было ожиданье без направления, без направления, как сама лучистость, и всё же оно было направлено на самого ожидающего, на сновидца. Это был, так сказать, призыв к тому, чтобы последним усилием, последним усилием творения, поставить себя вне сна, вне судьбы, вне случая, вне формы, вне себя самого. Индивид задрожал. Раздвинь немножко ноги. Согни колени. Колени. Вот так! Оп! А теперь. "Бывает, мы представляем ветер из песчинок, ненасытную панораму, тянущуюся изнутри наружу, продольную шероховатость, сверкающий сыр Пон-Левек, феноменальную радугу, топчущую заходящее солнце. Если бы ты пришёл в мою жизнь, чтобы залечь в постели, ты проскользнул бы через расщелину, через мышиную норку. Если бы ты пришёл в мою жизнь! Что бы мы тогда делали? Я не знаю, и знать не хочу. Если бы ты вернулся в мою жизнь через эту воронку." Я понимал, что нет движения вне времени. Но я не понимал, что нет и неподвижности. И я тоже нет. Но теперь. да, я понимаю. КАК НА НЕБЕСАХ. Думаешь, они меня убьют? Моя роль не в том, чтобы думать. Ты прекрасно знаешь, что я не поеду через границу. Я сяду на обратный поезд в 18:47. Дальше ты поедешь с ними. Почему Брюссель? Брюссель! Берлин! Варшава! Москва! Новосибирск! Помнишь, как мы играли в метафоры? Кровавый знак. Кров кита. Свежая ночь. Генрих Гейне. Смерть. Сон земли. Смерть. Альфред де Виньи. Старая качалка. Смерть. Лайонел Хэмптон. Нет! Диззи Гиллеспи. Сволочь! Сволочь! Вонючая гиена! Идиот! Товарищ. Помнишь, как мы играли в оскорбления? Мы не играли. Я помню, как ты отправил меня к Берлитцу изучать французский. Я? Мне никогда не удавалось заставить тебя говорить по-французски. Я помню всех тех, кто умер от этого: подмастерье Майо, лейтенант Мулен, Большой Билл, Пьер Оверне, маленькая Одиль, которую звали, как швейцарское селение. Но тем не менее! Я провёл три недели у Берлитца. По окончании мне даже дали диплом. Они ещё не видели бельгийца, который бы так хорошо говорил по-французски. Я с ума сходил от радости! И вот я пошёл в кафе, заказал сэндвич с ветчиной и огурцами и графин красного. На меня посмотрели и спросили: "Вы бельгиец"? А я отвечаю: "Но откуда вам известно?" И один тип говорит мне: "Месье, это банк". Ты должен меня отпустить! Скажешь, что я выпал из окна! Во время чего? Во время чего? "Вот так." Во время чего? Пытаясь заглянуть даме под платье, чтобы разглядеть её зад. Её муж покупал газету, ты помнишь? У меня нет воображения, я не могу! Сволочь! Ты говорил о неподвижности, о движении. Но ты всегда был угрозой движению! В твоих письмах постоянно встречались фразы вроде: "Мы потерпели поражение, мы пережили катастрофу, нужно начать с нуля!" Существовало ли ещё хоть какое-то зло? Всё, что я знаю это что мы должны говорить людям правду, раз она им уже известна. вплетённый во Вселенную, не давал ответа. Это вы идиоты! Посмотри на себя! И чуть ли не мнилось, что лишь день принесёт ответ, (Кто идиоты?) (Те, кто грезит о свободе, но не хочет и пальцем пошевелить,) что всё теперь обратилось в ожиданье, (или те, кто свободен от движения?) (Те, у кого есть оружие.) ожиданье дневного светила, (Это правда.) что всё остальное уже было не вправе существовать. Это правда. Но правда и то, что эта беседа становится бесполезной. История никогда не ошибается. КАК НА НЕБЕСАХ Ты и я мы можем ошибаться, но не история. Это нечто гораздо большее, чем ты и я, и миллионы других таких, как ты и я. История не знает колебаний и сомнений. На каждом повороте она смахивает всю грязь, её забрызгавшую, и сбрасывает трупы утопленников. История знает свой путь. (". ждала, ждала,) (но Патрик так и не вернулся.") НА ЗЕМЛЕ Ты говоришь о правде. Но она соткана из ошибок вот что ты забываешь! Может, мой разум забывает, но не тело. Объясни! Существует страдание. Объясни! Чего они хотят от меня? Полного признания. Я ничего не знаю.

Мы подъезжаем к границе. Я не в силах продолжать, ибо я чувствую: настало время вернуться в грубый мир людей. Соберемся же с духом и свершим, как велит долг, предначертанный нам земной путь. Привет тебе, о древний Океан! Адмирал!

Скорей отсюда прочь!

Нам всем грозит беда. И мы должны бежать. Сейчас иль никогда! Иду к своим. Меня заждались там. В последний раз прощай, мой цезарь. О, коробки здесь, отлично! Давайте их мне. "Довольно!" вот что Гёте сказал перед смертью! Смерть это путь к свету. Мы можем посмеиваться, но мы знаем это, когда возвращаемся. ну, не знаю. возвращаемся из чего-то подобного ей. (Князь!) (Но он умер!) (Да нет же, он целует родную землю!) Возможно, из музыки. (Князь! Вот банкирша, о которой мы говорили.) Здравствуйте, мадам. Здравствуйте, я новенькая в банке. Это хорошая новость.

Кажется, вы продаёте ваш фильм? Вы сказали да! Сколько? Э. 10 долларов. Нет! Миллион! Адмирал, адмирал, смотрите, оно катается, катается! Ладно, 20 долларов. 500 тысяч. Мы можем взять вашу машинку, чтобы напечатать контракт? (Это фильм? Да, мадам.) Посмотри, какой он красивый, как блестит! Да, но это тебе не видеокассеты, это настоящий фильм! Оно катается! Оно катается! Мы можем взять товар на проверку? Вот увидите, самое тяжелое в кино это таскать коробки! Вы мне оставите что-нибудь, пока я жду? Это вам подойдет? Спасибо, мадам! Может быть, из музыки. То было ожиданье без направления, ("Ей нужен кто-то.") без направления, как сама лучистость, и всё же. ("с кем бы она проводила время до полудня.") оно было направлено на самого ожидающего, на сновидца. Это был, так сказать, призыв к тому, чтобы последним усилием, последним усилием творения, поставить себя вне сна, вне судьбы, вне случая, вне формы, вне себя самого. Слышишь? Это было на полтона ниже. Это было здесь, да? (Индивид задрожал.) Всё верно? Что ты играл? Я играл вот это. "Любовные истории." "Любовные истории кончаются плохо, как." Да, всё так. "Любовные истории кончаются плохо, (Да, комментарий.) как правило". (Всё происходит на наших глазах.) Нет, мы это репетировали не так, а вот так. Слушай, так это то же самое. Да нет, не то же самое! Я играю фа-диез, а ты си. Ну да, совсем одно и то же. Но я никогда не играла так. Нет, что ты, никогда, никогда. Ты путаешь: эта та же позиция, но пальцы вот так. А, ну да. Это не то же самое. Перестань делать такое недовольное лицо! Я не могу играть, когда у тебя такой вид! Смотри на меня! Я показываю! Смотри, смотри! Меня это убивает. Я смотрю. я слышу. Зачем ты просишь меня смотреть? Я слышу. что это звучит вместе с басом.

(О, когда же конец?) Что там у тебя? (Где же конец?) Это та же гармония. (Когда будет без остатка испита беда?) Да слышу я бас, ну, давай! (Существует ли последняя ступень растущего безмолвия?) (Индивиду казалось, что да.) Здесь вот так. А потом. Хорошо, теперь сделаем то же с. Слушай! С тобой? В тот момент я понял, что тогда, в поезде, полицейский забыл сказать о мёртвых, забыл произнести эту простую фразу: "Да, что бы мы делали без мёртвых?" Эту фразу надо было сказать, когда приближалась граница. В тревоге я мечусь, как раненая птица, хоть силы нет в ногах, на месте не сидится. Пусть я умру, но отомщу сполна! И в мир теней сойду я не одна. Я сохраню в душе твой образ милый, пока меня от мук не исцелит могила. Не бойся, что, томясь в мучениях моих, на весь я белый свет пойду кричать о них. Нет, госпожа, одно услышишь обо мне ты что смерть желанная меня настигла где-то. Вы изучали поэзию в школе? Платини! Помню одно стихотворение, которое мы учили: "И тот, кто верил в небо, и тот, который в него не верил." Я такого не учил. Где вы живете? Обычно я сплю под открытым небом. А я сейчас, похоже, в отеле "Терминус". Индивид задрожал. И, окончательно взрывая пределы сна, окончательно взрывая всякий образ, окончательно взрывая воспоминанье, сон вместе с ним перерастал сам себя; мысль его стала больше формы мысли, она стала иной, второй бесконечностью, стала законом, по коему растёт кристалл, выраженным в кристалле, выраженным в музыке, но сверх того, выражающим музыку кристалла. эта идея исполнить в США песню Пиаф. Во время брейка. когда мы поём вдвоём. тебе лучше. не играть на гитаре. Ладно. Я почти уверен, что для. что нужно взять напрокат ударные, иначе эта песня будет странновато звучать. Для "Больше денег"? И потом сделать что-то такое. соло ударных в середине, что-то в этом духе. А то она немного пустовата, может прозвучать пустоватой. Мы возьмем их прямо в Нью-Йорке. Да, уже на месте. На месте. С задержкой. Я знаю, звук будет гораздо более чистый, чем при 48 дорожках. Мы уже использовали. Сколько мы использовали, больше 32-х? А то я подумал, мы могли бы сделать ремикс установить баланс и смикшировать в цифре, чтобы добиться качественно иного звучания. А в цифре это 32. Я не знаю, меньше у нас 32-х или больше, я уже не помню. По-моему, у нас 36, но я не уверен. Ну да, в этой песне мы использовали 48, только в ней. Да-да, точно. Просто важно знать, больше у нас или меньше, потому что когда ты используешь 32, приходится оставлять 4 дорожки на микширование, ты делаешь 2 стерео микширования и получаешь. Да ты нервничаешь! Нет, тебе приходится. Как раз то, что надо для этой песни!

(. да, получается 28.) Это то, что у нас не вышло с Висконти, помнишь? Мы пытались делать паузы, вводить и убирать инструменты, но, в результате, оставили "плоский" микс, потому что и так было классно, но если этот парень окажется настоящим нью-йоркским звукорежиссером, мы смогли бы делать большие перепады, паузы, вводить инструменты только ударные, только бас и всё такое, всякие эффекты. Не всегда весело быть звездой, месье Вильре? Да что вы об этом знаете? А вот знаю. "Я нашла, кого мне любить, я нашла его". это тот, кто пытается убежать от самого себя. Потому что человек поднимается на сцену, чтобы забыть, кто он такой. Быть актёром не значит любить появляться. Наоборот, это безмерно любить исчезать. "Того, с кем спать, того, с кем скучать, того, с кем обниматься и кого раздражать." Умный актёр это тот, который убивает себя до своего выхода. ". кого удивлять, на кого смотреть" Это тот, который не выйдет на сцену, не наступив на своё тело и не оставив его, как мёртвую собаку. Давайте-ка повежливей! Я здесь главный! Это вы Вильре? А вы "Митсуко"? Да. Да. Так вот, мы с женой купили фильм, в котором вы снимаетесь. Что это всё значит? Погодите, погодите.

Нет, нет, нет! Он выходит через полчаса в "Эльдорадо". Так что вы поедете с нами. Давайте, давайте, вы поедете! Прочь с дороги! Не деритесь! Вы сейчас же поедете! Прочь с дороги! Прошу, не насмехайтесь надо мной: я только старый, глупый человек. Мне восемьдесят лет, не больше и не меньше; боюсь, что не совсем в своём уме. Как будто вас я знаю, но. сомневаюсь: не могу понять я, где я. В голове моей пусто и. я не помню даже, что мне снилось этой ночью. Какая разница? Не пришли так не пришли, поедем вдвоем. Поехали. Так ты же за рулём, дура! Для "Больше денег"? И потом сделать что-то такое. соло ударных в середине, что-то в этом духе. Плёнка готова, месье! Начинайте показ! "ГОМОН", "ЖЛГ ФИЛЬМ", "КСАНАДУ ФИЛЬМ", "РТСР" представляют МЕСТО НА ЗЕМЛЕ Существовало ли ещё хоть какое-то зло? Глас Человека, вплетённый во Вселенную, не давал ответа. И чуть ли не мнилось, что лишь день принесёт ответ, что всё теперь обратилось в ожиданье. ожиданье дневного светила, что всё остальное уже было не вправе существовать. На сей раз они были безъязыки от сознанья вины и тяготились виной от сознанья безъязыкости. ". и ночью мы вернулись, я помню, как улица пересказывала. истории этого бара. И, когда мы вошли, две девушки там танцевали." При виде этой тишины Человек тоже готов был исторгнуть немой вопль ужаса. Но, ещё видя эту тишину, едва ли не прежде ещё, чем увидел, он уже перестал её видеть. Потому что ночь собрала свои последние силы, чтобы одолеть свет. Но свет напал на неё со спины. Но свет напал на неё со спины. И сначала тихо-тихо, словно боясь испугать его, шёпот, уже слышанный Человеком когда-то (о, как давно это было, ещё прежде его существования!) этот шёпот начался снова.

Теги:
предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын город Вагаршапат Эчмиадзин руки золото молот указ место строительство архитектор форма храм престол иерархия центр группа восток история зарождение организация сомобытность автокефалия догма традиция канон собор вопрос формула слово натура одна семь танство крещение миропамазание покаяние причащение рукоположение брак елеосвящение Айастан нагорье высота море вершина мир озеро Севан площадь климат лето зима союз хайаса ядро народ Урарту племя армены наири процесс часть предание пятидесятница деяние апостол Фаддей Варфоломей свет Евангилие Армения Библия земля Арарат книга дом Фогарм Иезекииль просветители обращение христианство место начало век проповедь просветитель Патриарх времена царь Тиридатт Аршакуни страна провозглашение религия государство смерть церковь святой видение чудо сын

<<< Они не хотят видеть дурные сны.

Твоей матери же здесь нет? >>>